Наследники трех родов (СИ)

Следовало взять себя в руки, я должна выглядеть сильной ради брата и всех подданных, сохранивших верность нашей семье. Ради них мы должны пройти через все и выжить. Все остальное не имело значения, не должно иметь значения, ведь на вопрос, кто я такая, я знала только один ответ. Я принцесса Апатии, и я должна оправдывать этот титул во все времена. Проверив внешний вид и убедившись, что лучше я не смогу выглядеть в столь диких условиях, я встала и собиралась выйти из отведенного мне закутка, спрятанного за плотной тканью. То, как она отодвинулась, и в помещение прошмыгнул Эдгар, стало большим сюрпризом. Брат хорошо узнавался благодаря белым волосам, выделяющим его среди остальных. За все его пятнадцать лет я никогда и ни у кого не видела таких волос, даже седые волосы стариков выглядели не такими чисто-белыми, как эти, и парню они шли. Вот будь у него глаза другого цвета и не такая бледная кожа, то был бы первым красавцем в городе.
– Я всем сказал, что хочу пожелать тебе спокойной ночи, – сразу проговорил брат, а я натянула милую улыбку, стараясь скрыть усталость. Я любила брата, но сейчас не была настроена на еще одну беседу с ним. – Так что, если кто-нибудь зайдет, мы попрощаемся, и я уйду, – продолжил он, и что-то в голосе Эдгара показалось странным. В нем проскальзывал холод, несвойственный ему. На улице стояла глубокая ночь, освещаемая редкими кострами на территории руин замка и светом луны в небе. Выделенное мне помещение было без потолка, и, вместо свечей или факела, источником света выступала только луна. Рассматривая брата, я не совсем понимала, для чего он пришел, и к чему такая секретность, что он озвучил.
– Хорошо, но в чем дело? – поинтересовалась я, не собираясь ходить вокруг да около и вести светские беседы, если брат пришел именно с этими целями. Тут губы Эдгара растянулись в улыбке, которой я на них никогда не видела, и парень склонил голову слишком неестественно для него.
– Дело в тебе, – заявил он, а мои брови приподнялись в недоумении, – и всей важности, что ты представляешь, а я и знать об этом не знал, – своими словами Эдгар начинал меня пугать, и я невольно сделала шаг назад, отступая от него и склонив голову набок, пытаясь понять, к чему он это говорит. Неужели хочет отречься от трона в мою пользу? Нет уж, королевой мне становится не хотелось, особенно учитывая, что приличного мужа точно не найти, а одна из главных обязанностей королевы – достойно выйти замуж. – Да расслабься ты уже, я не твой брат, – от этой фразы я не нашла ничего лучше, как отпрыгнуть от парня еще на пару шагов и окончательно наткнуться на стену, вернее то, что от нее осталось, но от этого она не перестает быть преградой к свободе.
– Как? – непонимающе выпалила я, всматриваясь в лицо брата. Если это Бог смерти, то как он явился сюда, на территорию страны, куда ему нельзя, да и почему принял облик Эдгара, ведь я не считала его одним из самых красивых людей.
– Это единственный недостаток – быть Богом тьмы, хаоса и разрушений, которым я являюсь в первую очередь. Все остальные мои товарищи могут вселиться в любого человека без зеленых глаз и спокойно гулять по этим землям, мне же подходят только такие люди, как твой брат, что не переносят света. Досада, знаешь, как обидно? – сообщил он, облокотившись на косяк двери и выглянув наружу, словно проверяя, не идет ли кто сюда или не подслушивают ли нас. – Как я понял, у вас тут весьма незавидное положение. Моя армия загнала вас туда, откуда все началось, это даже забавно, – встретившись со мной взглядом, Бог понял, что я не догадываюсь, о чем он.
Одно его присутствие со мной в одном помещении, да еще и в теле моего брата, сразу всколыхнули воспоминания о событиях на корабле, и о пережитой почти смерти, и мне очень не хотелось повторить все сначала.
– Этот замок был первым из тех, которые вырезал твой отец. Я помню, как пришел сюда, когда все было уже кончено и от него остались одни угли, и обомлел, не понимая, как один человек мог это сделать, и почему никто его не остановил. Затем был замок на острове, там я почти успел, замок был еще цел, но все внутри мертвы, ну, да ладно, я пришел не воспоминаниям предаваться, – махнул он рукой, мне же сказать оказалось нечего. В голове гуляла мысль, стоит ли закричать и позвать Зеланиса с Рианом, они рядом, они успеют прибежать, прежде, чем он меня убьет, ведь сил у Бога здесь нет.
 
– На твоем месте я бы не стал кого-то звать, я пришел поговорить, – вытянув руку вперед, тело брата продемонстрировало мне нож, зажатый в другой руке. – Бедный Эдгар истечет кровью быстрее, чем твои друзья успеют встать на ноги, это я тебе обещаю.
– Что вам от меня надо? – пробормотала я, как смогла, глотая слова и понимая, что Бог вовсе не шутит и ему действительно ничего не будет стоить убить моего брата, пока он находится в нем.
– Я хочу предложить простую сделку, которая спасет все, что осталось от твоей страны, по крайней мере, на время, – спокойно отозвался собеседник, опустив руку и тем самым демонстрируя доброжелательность и доверительное отношение. Сглотнув ком в горле, я поняла, что дрожу от страха точно так же, как и тогда на корабле в его присутствии. Еще бы, когда двадцать лет живешь в стране, где Боги – это лишь сказки на ночь и легенды, в которые мало кто верит, а тут оказывается, что это реальные существа, обладающие немалой силой, которые за пределами нашей страны могут убить одной мыслью.
– Какую? – этот вопрос можно было не задавать, он слишком очевиден, но тишина затянулась, и я решила ее нарушить.
– Я отзову армию, они уйдут и больше никого не тронут, но вы с Алистом и фибулой в виде кленового листа, которую он у меня украл, пойдете со мной. Мне нужны только вы и фибула, больше я ничего не прошу. В Апатию снова вернется мир и процветание. Придется, конечно, многое восстановить, но Эдгар справится, ты не представляешь, каких высот твой брат достигнет, если не будет стесняться, – на губах тела брата снова появилась хитрая улыбка, не свойственная ему, а я молча стояла и смотрела на него, не понимая смысла того, что услышала. Бог предлагает мне спасти страну в обмен на меня и Риана? Осознание пришло внезапно.
– Подождите, все это, – вторжение, армия, смерти, – все из-за того, что он украл у вас фибулу и сбежал сюда? – не верящим голосом поинтересовалась я, понимая, что готова убить Риана прямо сейчас, если он мне попадется. Из-за него моя жизнь рухнула в одно мгновение, и он знал это, но продолжал язвить и издеваться прямо в лицо.
– Это был весьма глупый поступок с его стороны, и мне пришлось продемонстрировать насколько. Думаю, он сам не понимает, что натворил своей импульсивностью, ведь так я узнал о твоем существовании, – собеседник поставил руку на пояс, а во второй крутил нож, зажатый между пальцев. Я же потеряла дар речи и не могла ничего сказать в ответ на такое заявление. Я просто задыхалась от ярости.
– Не вини его во всем, он хороший парень, и просто хочет спасти свою мать от меня, это довольно благородная цель. Он и не предполагал, что на его поиски я брошу все силы, что у меня есть. Немного недооценил важности украденной вещи, да и своей важности, как теперь оказалось, – пожал плечами Бог смерти, и я посмотрела на него напрямую, встретившись с красными глазами брата, которые смотрели на меня так, как никогда не смотрел Эдгар. Сжав ладони в кулаки, я собрала всю волю и смелость, что еще остались, и постаралась взять себя в руки.
– Мой отец и второй брат живы? – поинтересовалась я, решив поставить точку в этом вопросе раз и навсегда.
– Нет, они мертвы, – спокойно отозвался собеседник, и внутри меня что-то оборвалось. Сердце словно перестало биться на какое-то время, а резкая боль оказалась слишком сильной, лицо перекосилось, но я вовремя успела взять его под контроль.
– Вы можете их вернуть? – почему бы и не спросить, ведь я разговариваю с Богом.
– Нет, – в открытую посмеялся собеседник. – Я Бог смерти, а не жизни. Максимум, что я могу обещать в этом вопросе – это отпустить их души и поговорить с тем, кто может, но он этого не сделает. Не любит нарушать естественный порядок вещей, если это не касается важных вопросов, а Виктор и Эдвард неважны.