Перешагивая через Грань (СИ)
Это тоже была официальная формулировка, и Элис поняла, что попала в ловушку. Претендент на кресло лидера, в чью пользу официально отказался другой предложенный кандидат, автоматически терял право на самоотвод.
— Итак, — деловито продолжал Кристофер. — Есть ли ещё желающие выставить чью-либо кандидатуру на пост главы Департамента внешней разведки?..
Втайне она ещё надеялась, что всё обойдётся, и выберут не её, а кого-нибудь другого, но этого не случилось.
— Есть ли те, кто может высказаться против кандидатуры агента Элисон Мейнфорд?
Несколько человек пожали плечами, но рук никто не поднял.
Кристофер выдержал положенную паузу.
— Я прошу отнестись к настоящему голосованию серьёзно и ответственно. Кто за то, чтобы агент Элисон Мейнфорд заняла пост главы Департамента?
Оглядываться было незачем: по негромкому шороху, раздавшемуся одновременно со всех сторон, Элис поняла, что руки подняли все или почти все, — в любом случае, несколько воздержавшихся ничего бы не изменили.
— Избрана единогласно, — резюмировал Кристофер, опуская руку.
"Вот и всё", — подумала Элис. — "Всё кончено". Она нервно улыбнулась, и уголки губ предательски задрожали. Это было бы забавно, если бы ей не было так страшно, — страшно не оправдать оказанное ей доверие.
Заслуживает ли она его?..
Питер чувствительно толкнул её локтем в бок и покосился на место рядом с Тайлером, не переставая при этом хлопать и свистеть. И в этот миг Элис осознала, что пути назад нет.
Ноги отчего-то стали ватными. Под дружные аплодисменты Элис вышла из-за стола и нетвёрдой походкой подошла к Кристоферу. Когда она поравнялась с ним, он дружески похлопал её по плечу и занял своё место за столом. Шум и аплодисменты почти сразу утихли.
Стараясь не подавать виду, что нервничает, Элис медленно оглядела своих коллег, а теперь и подчинённых. То, с каким почтением они смотрели сейчас на неё, смутило девушку ещё больше. В голове пронеслась мысль, что немало агентов поддержали её дабы загладить свою вину за несправедливые обвинения в её адрес. От этого осознание, что она получила место лидера не вполне заслуженно, только усилилось, что отнюдь не добавило ей уверенности.
Усилием воли взяв себя в руки, Элис проглотила комок в горле и выровняла дыхание. Ситуация требовала произнести речь, но все приличествующие обстоятельствам фразы, как водится, вылетели из головы.
— Понимаю, вы все от меня ждете чего-то особенного, — негромко заговорила она. — Мудрых решений, верных стратегических ходов и ощутимых результатов. Так вот: этого не будет, — Элис сделала паузу. — Этого не будет, если мы не будем доверять друг другу. Если мы не будем помогать друг другу. Если мы не будем работать, как одна команда. И если кто-то из нас — в том числе и я — будет близок к тому, чтобы сделать ошибку, наша общая задача — не допустить этого.
Агенты слушали её с неподдельным вниманием и растущим уважением. Очевидно, отсутствие пылких заверений в преданности и верности, как и длинных пространных речей о патриотизме, напичканных шаблонами и клише, сыграло в её пользу.
— Я тоже не застрахована от ошибок, — добавила Элис ещё тише. — И если вы увидите, что я в чём-то не права, вы обязаны немедленно указать мне на это.
Она сжала руками спинку стула. Агенты молчали, ожидая продолжения.
— Мы все слишком устали, чтобы обсуждать сегодня ещё какие-то вопросы. Продолжим завтра, в девять. — Элис вспомнила Феликса и его неизменный жест рукой, когда он объявлял об окончании собрания. На глаза навернулись слёзы, и она торопливо смахнула их, надеясь, что никто ничего не заметил. — Прошу считать собрание закрытым.
Пространство тут же наполнилось самыми разнообразными звуками: заскрипели отодвигаемые стулья, раздались голоса, у кого-то запищал только что включенный коммуникатор. Элис стояла, отвернувшись к окну, ожидая, когда она, наконец, останется одна. Затяжной осенний дождь сменил первый снег, и зелёный газон, окружавший штаб, покрылся седым налётом зимы.
Когда последние шаги затихли за дверью, Элис обернулась и встретилась глазами с Кристофером.
— Ну спасибо, Тайлер, — процедила она. — Ты ведь знал, что так будет. Ведь знал, признайся. Зачем ты это сделал, а?
Агент шумно вздохнул, весь его вид выражал обеспокоенность, что разговор начался именно так, как он опасался.
— Так надо, пойми, — он замолчал, подыскивая слова. — В кресле главы ДВР хотят видеть тебя, а не меня.
— Меня?! — Элис истерически расхохоталась. — Издеваешься? С моим-то опытом?
— У тебя вполне достаточно опыта! — возразил он. — Никто не знает Реверсайд так же хорошо, как ты.
— Да неужели? А Найджел?
— Найджел — полевой агент. И он нужнее в Реверсайде.
— Я — тоже полевой агент! Я не привыкла раздавать приказы, сидя в кресле и ничем не рискуя!
— Ах, вот, значит, что ты думаешь на самом деле! — вскипел Кристофер. — Ты считаешь, что глава ДВР только и делает, что отдаёт распоряжения? Значит Реджинальд и Феликс ни разу не рисковали собой?! Если так, то ты глубоко заблуждаешься!
Элис смутилась.
— Я вовсе не это хотела сказать…
— Имей совесть, Элис! — Тайлер тряханул её за плечи. — Феликс видел свою преемницу в тебе! Он с самого начала разглядел в тебе настоящего лидера. И с твоей стороны было бы вопиющей неблагодарностью не попытаться хотя бы наполовину оправдать его ожидания!
— Феликс… что-то знал? — Элис моргнула.
— Я думал, ты знаешь, — Кристофер отпустил её и угрюмо уставился в пол. — То есть… Неужели Феликс ни разу не говорил с тобой об этом?
— Нет…
— Ну, конечно, он не предполагал, что это случится так скоро… — пробормотал он со вздохом. — Но с этим уже ничего не поделаешь.
— Феликс не должен был погибнуть, — Элис рухнула на ближайший стул и зажмурилась, силясь собраться с мыслями. — Я не могу допустить, чтобы погиб кто-то ещё. Когда Берти выпил эту отраву, я подумала… подумала… — Элис не договорила.
— Признаться, я был потрясён не меньше, — Кристофер опустился на соседний стул. — Чудо, что всё обошлось…
— Счастье, что всё обошлось! — поправила Элис. — И я не допущу, чтобы пострадал кто-то ещё.
— Наконец-то ты заговорила как настоящий лидер, — удовлетворённо вздохнул Кристофер. — Что ж, этого я и хотел добиться. Ты справишься, Элис, не сомневайся. А жертвы… Они всегда были и всегда будут. Ты должна это понимать. Мы на войне, а на войне не обойтись без жертв, — он поднялся и прощально взмахнул рукой. — До завтра, Элис.
После того, как за агентом беззвучно закрылась дверь, Элис ещё какое-то время сидела в одиночестве, прислушиваясь к чопорной тишине кабинета.
Ей казалось, что пока она внутри, время будто бы остановилось, замерло, превратившись в густую вязкую субстанцию, и сама жизнь приостановила своё течение; но стоит ей только перешагнуть порог комнаты и выйти наружу, как эта магия рассеется, и бурный водоворот событий подхватит её с удвоенной силой.
Всё начнётся завтра.
Но до этого времени ей нужно завершить некоторые дела.
* * *
В Реверсайде было по-весеннему тепло. Мартовское солнце вовсю плавило накопившиеся за зиму сугробы, превращая их в бесформенные конструкции, похожие на изъеденные молью овечьи шкуры. На прогалинах зеленела первая трава; а почки, набухшие на ветках, были готовы лопнуть и зазеленеть со дня на день.
Мельника Йохана дома не оказалось, но открыть дверь ей не составляло никакого труда, и Элис решила не дожидаться старика: ей надо было всего лишь забрать вещи. Подумав, она оставила на кухонном столе несколько крупных купюр.
А вот Фоссу Элис надеялась застать в её подземном бастионе, и даже немного огорчилась, узнав, что хозяйка вместе с сестрой уехали два дня назад. Элис написала девушке записку, где благодарила её за заботу о Ларси и сообщала, что забирает малыша в Аверсайд. Впрочем, Элис не сомневалась, что фэрлинги расскажут Фоссе о её визите до того, как она обнаружит записку.