Я был аргонавтом (СИ)
— А чего сто-то лет ждать? — вмешался Гилас. — Может, мне самому песнь сложить, как я тебя из плена освобождал?
Нет, сначала веслом по башке, а потом уже за борт кидать...
Глава четырнадцатая. Царь должен умереть
Все-таки, Черное море, по которому мы плывем, он же Понт Аксинский, совсем не то море, по которому я когда-то плавал — недалеко, вдоль береговой линии Крыма, на прогулочном теплоходике, где милые девушки торгуют мороженым и пивом, а за отдельную плату можно посмотреть на дельфинов, поднявшись на верхнюю палубу. Или я еще буду плавать? Тьфу. В общем, была мысль по памяти нарисовать карту, а потом отдать ее Ясону, чтобы наш капитан имел представление — куда идти. А что? Я начал потихонечку ориентироваться, привязывать нынешние географические объекты к тем, что сохранились и в наши дни. Место, где я пребывал в заложниках, судя по всему, будущая Болгария, а конкретно — Варна. Где еще вблизи Черного моря имеются минеральные источники? Впрочем, может они и имеются, но про Варну и ее лечебницы я слышал, читал, даже собирался как-нибудь туда съездить. Вопрос — водились ли в тех краях кентавры? Вот об этом не слышал, но теоретически, дунуть из Эллады, дойти до Болгарии, мифологические существа вполне могли.
Но мысль о карте как пришла, так и ушла, потому что Лаэрт сегодня узрел очертания острова. Вернее, папа Одиссея острова не опознал, но наша воздушная разведка, взмывшая в небо, определила, что это именно остров, и немаленький, а на нем еще и город стоит, обнесенный стеной.
Эх, почему из меня снова лезет историк? Вылезает, порой очень не вовремя. То увидишь, как в фильме, повествующем о семнадцатом веке, в крестьянских домах наличествуют окна, забранные стеклом, а один из моих любимых писателей (на самом-то деле их два, но в одном лице), написавший несколько книг по эпохе, в которую я попал, повествует, как на местном базаре главный герой покупает вяленых рыбок, чтобы бросить их в чашку для подаяний. Любопытно, какой валютой он расплачивался? Так и хочется приказать «заклепочнику», сидящему во мне — «Брысь!», но не выходит. Вот и сейчас, на «Арго», где моими соседями являются сплошные герои и полубоги, клятый историк опять-таки дал о себе знать. Если есть город, значит остров большой, а иначе как обеспечить пропитание населения? Или это промышленно-торговый центр, из чего вытекает, что здесь имеется порт, куда причаливают корабли, гостиницы, чтобы мореходы смогли отдохнуть, торговые ряды, склады, мастерские, жилые дома и все такое прочее, включая служительниц Афродиты.
Стена — явный признак того, что у тутошних обитателей имеются внешние враги. Понимаю, в Древней Элладе, аккурат в эпоху аргонавтови много позже, эллины строили города и обносили их стенами, потому что существовало множество государств, постоянно воюющих друг с другом [16], но здесь-то зачем? Не может быть на таком острове нескольких государств. Или все-таки мореходство здесь имеется? А коли существует мореходство, есть и пираты. Ладно, допускаю, что в тринадцатом веке до нашей эры на Черном море существовали пираты — не иначе, финикийцы заглядывали, но остров-то откуда взялся? До Змеиного нам еще плыть да плыть, но Змеиный остров совсем маленький, не то полтора километра, не то два и город на него никак не поместится. Есть еще Джарылгач, тот изрядно больше, километров сорок, но до того и плыть дольше, да он и поныне необитаем. Вывод какой? Карту для Ясона я составлять не стану, чтобы не попасть впросак, а остров, появившийся из ниоткуда, с городом, воспримем как данность.
Наверное, будь я на месте Ясона, то прошел бы мимо этого острова. Вода у нас есть, вино тоже, провизии (хвала кентаврам), вполне достаточно. Так и чего, спрашивается, мы здесь забыли? Ясон, если верить его словам, собирается добыть золото для найма копейщиков, а на таких островах самородные слитки явно не валяются. Забрать добро силой? Во-первых, хватит ли у нас сил, а во-вторых, куда мы добычу сложим? Или, коли на корабле собрались сплошные герои (кроме меня!), так обязательно искать приключений на намозоленное от сидения на скамье место? А ведь похоже, что так и есть, потому что Тифий, не спрашивая капитана (может, он с Ясоном мысленно разговаривает?), переложил руль в сторону острова.
А с другой стороны, почему бы не обследовать остров, не побывать в неизвестном городе? Да и подустали мы, если уж совсем откровенно, друг от друга. и морды знакомые надоели. И это говорю я, который провел на корабле не так много времени, а уж что сказать об остальных? Пусть будет какое-то разнообразие. А еще, что тоже немаловажно — давненько аргонавты одной богине почести не отдавали, а народ молодой, гормоны играют. А коли город, так если не храм Киприды, то хотя бы ее жрицы должны быть.
«Арго» судно небольшое, причалило аккуратно, не задев ни одной лодки, привязанных у бревенчатого причала, на который мы поспешили высадиться. Ясон критически осмотрел народ, намечая «жертвы» — тех, кого нужно оставить в караульных? Скользнув взглядом по мне, перевел взор на остальных и выбрал-таки.
— Акаст и Гилас.
Имя кормщика не называлось, но Тифий и так бы не покинул корабль.
Акаст, как я уже знал, являлся двоюродным братом и другом Ясона, а еще сыном того самого Пелия, которого наш капитан собирался свергать. С чего этот парень решил поучаствовать в экспедиции, только Гермес ведает, да и то потому, что прочие олимпийцы промолчат, а этот на все даст ответ.
Кузен капитана воспринял приказ спокойно, а Гилас не был бы Гиласом, если бы не принялся возмущаться.
— А чё опять я? Я и так, пока мы на Лемносе стояли, две недели один дежурил.
Ох ты, а он мне заливал — какие там женщины, на этом острове! Гиласа, значит, на корабле оставили? Что ж, правильно. Рано ему по бабам бегать. Кстати, а что делала Аталанта, пока остальные развлекались с одинокими дамочками?
— Продолжишь пререкаться, в следующий раз «Арго» останавливаться не станет, — посмотрел Ясон на нахального подростка, и тот сник, осознав, что капитан так и сделает.
Город на наше появление реагировал странно, то есть — никак. Не было ни мужиков с оружием, ни девушек с хлебом-солью, ни вездесущих мальчишек, жаждущих поглазеть на приезжих.
На всякий случай, аргонавты решили облачиться в доспехи, взять мечи, а луки со стрелами, щиты и копья оставить на судне. Глядя, как мои товарищи влезают в медные панцири, я немного взгрустнул, а потом вспомнил, что где-то должен лежать и мой доспех, из свиной кожи. Где он, кстати?
— Надевай, — подошел ко мне сияющий Лаэрт, держа в руках что-то шуршащее, ярко-красное и тоже сияющее.
Ух ты, так это же мой чешуйчатый панцирь, сработанный руками тестя и зятя. Красота, словно по мне сшит. Впрочем, его именно по мне и шили. Чешуя подогнана плотно, но движений не стесняет.
— Откуда столько меди-то взяли? — слегка удивился я, прикинув, что на отделку ушло гораздо больше перьев, нежели в трех долях добычи — моей, Автолика и Лаэрта.
— Так остальные поделились, — хмыкнул Лаэрт, напяливая на меня шапочку из свиной кожи, тоже ставшую чешуйчатой.
Приятно. И за заботу, и вообще. Медь — штука дорогая. От умиления я чуть не пустил слезу, но все испортил Автолик, явившийся в своем двойном кожаном панцире, с приклепанными полосками меди.
— Всем же интересно увидеть, что тут получится, — сообщил сын Гермеса. Критически глянув на меня, добавил. — Надо еще маску сделать — круглую, с прорезями для глаз, совсем станешь на окуня похож.
Что ж, хоть не на карася, так уже хорошо. Я улыбнулся, похлопал по плечу Автолика в знак благодарности и собрался ухватить своей каменный топор. Но оказалось, что это еще не все подарки.
— Саймон, это тебе, — сказал Ясон, вручая мне перевязь с ножнами, в которые был вложен не то длинный кинжал, не то короткий меч. — Подарок, — словно бы виновато произнес капитан, помогая мне просунуть голову сквозь ременную петлю. — У меня-то их два, а у тебя нет ни одного.