Дочь моей любовницы (СИ)

Млять… какого хера выделывается? Такая мокрая. Член в штанах дернулся, напоминая, что он по-прежнему жаждет секса.
Черт!
Принялся медленно ласкать складочки, а Карина замерла, смотря в одну точку. И тут до меня дошло.
- Ах ты врунья мелкая. Месячные говоришь?
- Ну да… только закончились, - тихонько добавила она, а я резко отстранился, отстегнул ремень безопасности и вышел из авто.
Громко хлопнул дверью, обошел машину и открыл дверь со стороны Карины.
Провела меня, мелкая дрянь. За это я ее накажу.
- Выходи! – рявкнул я, но в ответ девчонка лишь покачала головой.
Понятно.
Я подхватил ее и перекинул на плечо. Шлепнул по заднице и, закрыв авто, пошел в подъезд.
Меньше выделываться надо было.
- Куда ты меня тащишь, дедок?
- Покажу тебе свою пенсионную квартиру и ложе.
- Чего? Какое ложе? Я не заказывала.
Я снова шлепнул ее по заднице и, придерживая за ноги, поглаживал нежную кожу.
- Буду тебя перевоспитывать. Забудь, как врать мне!
- Моя голова вин…
Ударил по заднице сильнее, и она наконец-то заткнулась.
- Ну у меня же синяки будут! Зачем ты хлопаешь по попочке?
- Твоя попочка так и жаждет приключений, и я их организую.
Занес свою ношу в квартиру. Свет включился от датчика движений, и я прошел по коридору в комнату.
- Эм… дядь…
- Ооо, уже не дед, а дядь?
Сбросил Карину на кровать, отчего она громко пискнула и уставилась на меня во все глаза.
- Только посмей меня тронуть…
- Посмею!
И я быстро рванул с себя рубашку и отбросил в сторону. Карина начала отползать назад, а я, схватив ее за лодыжку, потащил на себя.
- Ну, чего ты, блонди? Разве тебе не хочется? Твоя киска такая мокрая была и набухшая.
- Трусики натерли.
- Ах, трусики натерли…
Я коленями встал на кровать и сразу же расстегнул пуговицу на ее юбке. Молния быстро поддалась, и я стащил по ее ногам надоедливую тряпку.
- Егор, ты же не посмеешь, да?
- Что именно? – я продолжил.
Кое-как получилось снять куртку и отшвырнуть ее туда же, к юбке. Карина осталась в одном белье.
Какая же сексуальная стерва. Тонкая талия, округлые пикантные места.
Приглушенный свет придавал эротичности моменту, и я едва сдерживал себя, чтобы не наброситься на малышку.
Уже представляю, как разрываю на ней трусики и вонзаюсь в лоно так глубоко…
Черт! Не думать об этом!
Лучше не думать.
Переместил Карину на кровати так, чтобы голова оказалась на подушках, и пока она пыталась вырваться, я достал из тумбочки наручники и закрепил их на ее запястьях.
- Ты с ума сошел? Извращенец! Пусти немедленно!
Она брыкалась, кусалась, изворачивалась, а я перехватил руки и сразу обе приковал наручниками к кованному изголовью кровати.
Наглым взглядом осмотрел ее и руками прошелся по телу от плеч до трусиков. Особое внимание уделив груди.
- Чтобы у тебя не встал твой червячок! Чтобы он отсох, пока будешь снимать свои трусы! Вот убедишься, что я ведьма! Когда снимешь свои семейки, дохлый червяк останется у тебя в трусах.
Я бы даже посмеялся, но боялся все испортить. Девочка из кожи вон лезла, только бы оттянуть наш секс. Но она еще не догадывалась, что я для нее приготовил.
Поднявшись с нее, я обошел кровать и остановился у ног Карины. Осторожно погладил их, отмечая, что у нее повсюду нежная кожа. С удовольствием бы исследовал языком…
Снял босоножки и отошел на метр. Прекрасное зрелище. Сексуальная блондинка в кружевном черном белье на моей кровати.
- Прокляну тебя, дедок. Век из туалета не выйдешь.
Я хмыкнул и переключил светильник, чтобы он работал всю ночь. Приглушил свет. Теперь в комнате царил полумрак. Складывалось ощущение, словно ночник включен. То, что нужно для этой стервы.
- Спокойной ночи, Карина.
- Что? Ты… - она удивленно захлопала ресницами, не поверив в то, что я сказал.
Она думала я реально собираюсь ее сейчас поиметь?
- МО-Я ГО-ЛО-ВА ВИН-ТОМ! – снова заорала она, а я, нахмурившись, развернулся и тихо зашипел:
- Будешь кричать, намажу киску мазью. Будешь всю ночь возбужденная лежать, просить, чтобы я тебя трахнул.
 
Заметил, как она сглотнула, но рот открыть не осмелилась.
- Поверь, у «деда» полно вещиц для сексуальных игр. И возбудитель одна из них.
Глава 4
Утро началось с яркого солнца, светящего мне прямо в глаз.
Черт, опять забыла вчера закрыть шторы.
Повернулась в кровати и с удовольствием потянулась. Как же хорошо. Понежиться бы еще немного, да желудок требует какой-то еды. Эх ты, предатель!
Открыла глаза и замерла. Поморгала глазами. Ничего не изменилось.
Какого лешего?
Повернула голову направо – окно, налево – дверь. Что происходит?
Резко поднялась в кровати и застыла.
Так, стоп! Это же вчера маньяк меня к себе привез. И… эм, не поняла.
Заглянула под одело. Угу, в белье. А где наручники? Откуда одеяло?
Поправила волосы и, поднявшись с кровати, огляделась. Даже вещей моих нет. Что происходит?
Блин, и зеркало куда-то спрятали. Как я выгляжу, хрен его знает. Ну да ладно, плевать.
Сорвав с кровати одеяло, я закуталась в него, чтобы скрыть все свои пикантные прелести. Распахнула двери и царственной походкой пошла по узкому коридору на поиски хозяина. Заглянула в гостиную, но там оказалось пусто. Тогда я решила идти на кухню. Конечно, где что находится я понятия не имела, но шла интуитивно… и вот, кажется, вышла к кухне.
А не хило дед устроился. Квартирка нифига себе! Три моих!
Мои шаги приглушало одеяло, плетущееся за мной словно длинный плащ. Наверное, в прошлой жизни я была человеком-пауком. Почему именно им, не спрашивайте. Так захотелось.
Услышав голоса, я приостановилась и прижалась к стене, собираясь немного подслушать.
- Да он охерел, когда я сообщил об аннулировании контракта, - заявил Егор, а мои глаза расширились до размера пятикопеечной монеты.
- Требовал неустойку? – это был незнакомый мне голос.
- Требовал… - хмыкнул Земский, - только теперь сам ее заплатит. Ты меня знаешь, Джем, я не собираюсь плясать ни под чью дудку. Этот мудак заигрался, решив, что может управлять чужими судьбами. Ну и также не забывай, мелкий шрифт в конце четвертого листа. Тверской настолько туп, что даже бумаги, которые имеют огромную ценность, не прочитал внимательно.
- Не пожалеешь его?
- Он кого-то жалеет? Ты бы видел эту истеричку блондинистую. Правда, красивая стерва. Но это не повод угрожать ей расправой и присылать, чтобы ее имели какие-то мудаки во все щели.
- Можно подумать, сам ее не хочешь, - хмыкнул незнакомец, и я напряглась.
- Я – это другое. У нас совсем иной уровень, и насиловать я ее не собираюсь.
Я задержала дыхание, зажмурилась и крепко сжала пальцы на одеяле. Боялась пошевелиться и выдать себя.
- Девочка сама придет ко мне и попросит. А в обиду ее не дам.
Чего-чего? Я попрошу?
Хмыкнула про себя. Ну нахалище серебристое. Да что он себе возомнил?
- А что с ее матерью?
Вот этот вопрос меня заинтересовал, но ответа я не услышала. Словно Егор отмахнулся, не желая говорить на эту тему. Зато из кухни повеяло сигаретным дымом. Наверное, хозяин квартиры закурил.
Ну а мне, собственно, пора и честь знать.
Я развернулась и сделала шаг, но, как оказалось, не туда. Шаг, подписавший мне приговор. Я наступила на угол одеяла, то потянуло меня за собой, и я звездочкой разлеглась посреди коридора.
Прекрасное начало утра.
- Не понял, а это что? – услышала голос собеседника Егора.
И ехидно скривилась.
Козел. Сам ты «что», а я человек.
- Попандопуло из Малиновки!
Мля, как же больно то головой приложилась.
- Собственно, брат, ты понял все, - произнес Егор, а я резко накрыло лицо одеялом.
- Неблагодарные мстители из Простоквашино!
- Это тоже у нее бывает. Мать в детстве головой роняла. Пошли кофе пить. Отдохнет и присоединится.