Дочь моей любовницы (СИ)

На тумбочке зазвонил мой телефон.
— Опчик, пенсионный фонд звонит. Сейчас, покупки заберу и продолжим.
Открыв двери, взглядом пересеклась с грустными глазами Егора. Вот это да, такого я не ожидала. Мне казалось, он совсем другой, хотя… с учетом, с кем он водился все это время… Да и в машине утром я увидела лишь его профиль.
А тут... я даже немного растерялась.
— Как она?
— Шпильки, танцы и вино. Грустит, конечно. Как еще?
— Дай я пройду к ней.
— Не надо, — я придержала его, руками уткнувшись в грудь, — сначала ей нужно прийти в себя. Ты уже начал думать, как будешь просить прощения?
— Тут слова не спасут.
— Вот именно. Так что… у тебя много работы. Особенно умственной, — я опустила взгляд на пакеты и кивнула Егору, — можешь пакеты поставить на комод. Я сама отнесу в кухню.
Егор выполнил мою просьбу и снова перевел взгляд на дверь, за которой находилась Карина.
— Лесь, у меня шанс хоть есть? — Земский посмотрел на меня с надеждой в глазах.
— Это смотря какие чувства у тебя к блонди.
— Люблю я ее. Влюбился, как мальчишка, первый раз в жизни. И готов возвращать любой ценой.
— Ну уж нет, де… Егор! Любой ценой не надо. Пойдем, провожу, — я открыла двери и повела его в подъезд. Уверена, блонди нас подслушивает. По крайней мере, я бы так поступила.
— Послушай, передай блонди от меня, — он протянул мне квадратную бархатную коробочку, а я посмотрела на него ошарашенными глазами.
— Это че, предложение?
— Пока подарок.
— Нет уж, это потом сам. Знаешь ли, выглядит, словно ты таким образом прощение просишь. С Кариной такое не проканает. Думай, включай фантазию. Я тебе еще что хотела сказать. Вчера до твоего наезда к блонди приезжал папа. Есть догадки, по какому вопросу?
— Млять, только не говори, что снова Линка, — зло прорычал он, и тут я заметила, что Егор вернулся. Его взгляд заполыхал гневом.
— Она наплела дяде Лене, что ты сейчас являешься ее любовником.
— Стерва! — рыкнул он. — Лесь, держи меня в курсе состояния Карины. Я очень за нее переживаю.
— А ты?
— А я решу вопрос с Линкой. Слишком долго эта тварь гуляла, пришло время лечения.
— Давно пора. Она только портит жизнь блонди. Ее нужно изолировать.
Егор кивнул и сбежал вниз по лестнице.
— Егор, — окрикнула его по среди пролета.
— Что?
— То есть тебя не смущает, что Карина не сможет забеременеть?
Я заметила, как Земский выдохнул и, посмотрев мне в глаза, произнес:
— На эту ситуацию можно смотреть под разным углом.
— Что ты имеешь ввиду?
— Например, усыновить ребенка.
Егор больше не сказал ни слова. Молча сбежал по ступенькам, и уже через несколько секунд в окно увидела, как он сел в машину.
Сама себе кивнула.
Значит, правильный мужик достался моей подруге.
Зашла в квартиру и решила сразу же проверить Карину. Думала будет подслушивать, но нет, блонди меня удивила. Она спала на кровати, закутавшись в одеяло.
Бедная девочка, сколько же ей всего пришлось пережить. Моя малышка…
Я прошла в комнату и присела рядом с блонди. Осторожно погладила ее по голове и, грустно улыбнувшись, так же тихо вышла за дверь. Буду с ней рядом, сколько попросит.
Егор.
Бл*ть, как же меня напрягала вся эта ситуация. Мало мне долбанной справки, которую Линка купила специально для меня идиота, так она еще и до Леонида дошла. Кажется, эта тварь совсем заигралась и не видит абсолютно никаких рамок. Пора ей отправиться лечиться, иначе ничем хорошим это не кончится.
По дороге позвонил знакомому врачу, который как раз заведовал рехабом. Познакомился я с ним совершенно случайно на одном мероприятии, после которого стал спонсировать его клинику. Немного ранее я уже говорил с Вадимом насчет реабилитации Линки, и он знал, что я могу позвонить в любой момент. И вот теперь настал тот момент. Вадим пообещал подъехать в течение часа.
Резко затормозил у подъезда и, схватив сигареты, поднялся на этаж Линки. Пора с ней заканчивать. Больше я не позволю этой суке клеветать на мою девочку.
Нажал на звонок один раз, второй. И только с третьего послышался шорох за дверью. Замок щелкнул, и через секунду передо мной появилась Линка. Черт, ну вот и доказательство. Расширенные зрачки, потерянный взгляд.
 
— Мой любовник вернулся, — счастливо промычала она, тут же протягивая ко мне руки.
Я резко перехватил ее и затолкнул обратно в квартиру, захлопывая за собой дверь.
— Ох, какой ты пылкий, как и раньше. Ну что, ты эту пигалицу послал? Указал ей на ее место?
— Ты тварь, даже сейчас стоишь передо мной обдолбанная. Неужели и вправду думаешь, что я захочу вернуться к наркоманке? К тебе прикасаться противно.
— Я не поняла, ты что, поверил ей, а не мне? Я же тебе даже справку показала. Она детей ненавидит! Не удивлюсь, если это у нее не единственный аборт!
— Рот закрой, тварь! Иначе я клянусь, не сдержусь и ударю тебя. А мне бы этого очень не хотелось, — я держался из последних сил, пытаясь не сорваться и не дать ей по лицу. Но видит Бог, как сильно я этого хочу.
Мразь, наговорила на собственную дочь и пытается мне доказать, какая сама хорошая.
— Ты жестокий! Ты ничего не понимаешь, а я столько терпела. Терпела ее выходки, ее насмешки. Она всегда мешала мне строить личную жизнь.
Эта дура продолжала визжать на всю квартиру, раздражая меня и толкая на жестокие поступки. Моей выдержке приходил конец.
— Ты тварь, у которой совершенно нет чувств. Для тебя дочь, как ненужная вещь. Ты аморальная падшая женщина. Опустилась до того, что даже справку об аборте купила. Я таких жестоких матерей прежде не встречал.
— Напела, что аборта не было? И ты поверил? — она хмыкнула и, облизав обветренные губы, выдернула руку из моего захвата: — Вот посмотришь, залетит от тебя, убьет этого ублюдка, тогда попомнишь мои слова.
Я не выдержал больше. Заломил ее руки за спину, схватил за волосы на затылке и потянул в ванную. Продолжая удерживать руки, сорвал второй рукой лейку и, включив холодную воду, не обращая внимания на крики Линки, принялся поливать ей голову. Пусть остынет мразь, немного придет в себя, иначе быть беде. А я, черт возьми, не привык бить женщин!
Поливал ее несколько минут, ровно до того момента, как Линка перестала орать. Замерзла, дрожит, плачет, а мне похер. Убить ее готов.
Отбросив лейку, выключил воду и оттолкнул дуру на пол. Осмотрелся и, заметив полотенце на крючке, швырнул в Линку.
— Собирайся. Тебя ждет длительное лечение.
Продолжая завывать, Лина схватила полотенце и принялась вытирать мокрые волосы. В другой ситуации я бы ее пожалел, но сейчас… ничего, кроме ненависти, к ней не испытывал. Эта тварь причинила боль Карине, и не убью я ее лишь потому, что она все же мать моей девочки. Да, только на словах, но я не имею права решать за блонди.
— А я ведь, Земский, ничуть не хуже твоей Карины. Такая же жертва насилия. А она… того результат.
Слова Линки словно горячим кнутом по душе прошлись. Только не из-за жалости к этой дуре, а от мысли что моя девочка…
— Ты чокнутая, Лина. Какого х*я, зная, каково это — жить после изнасилования, обвиняешь во всем дочь? Ты поддержкой ее должна быть!
— Ахаха, какой ты смешной, Егор. Да я ненавижу ее! Она отродье того ублюдка! Мать мне не позволила аборт делать, пришлось рожать. На черта она мне нужна?
— Ты бесчувственная. Ребенок-то причем? Рожала, значит, неси ответственность! Карина перенесла насилие, а ты даже не подумала, как ей хреново! Забыла, как тебе было?
— Мне плевать на нее, я не хотела рожать. Мне не нужен ребенок от насильника. А твоя Карина станет такой же, как и я. Может, и похуже, потому что кровь в ней течет еще и папашина. А он-то полный ублюдок.
— Какая же ты дрянь. Совсем тебя не жаль. Карина жить не хотела, когда с ней это произошло. Она ждала твоей помощи, поддержки. Да только Леська с отцом ее и вытянули с того света!
— Я всю жизнь только и слышу: Карина то, Карина это, Карина самая лучшая. Да именно она мне всю жизнь и испортила. Я другой судьбы хотела, другого отношения. А все сюсюкали ее, и никто не подумал спросить, а надо ли мне это?