Жандарм 5 (СИ)

— Как не прискорбно, но Григорий Бологовский прав, — тяжело обронил старый полковник, глядя на ровный срез на клинике. — Вырождается нынешнее поколение корнетов, ни чести, ни уважения, ни мужества.
Симпатии к моему противнику стремительно растаяли. Не только у молодых дворянок и их компаньонов, но даже приятели корнета смотрели на того с недоверием и осуждением.
— Победитель — Григорий Бологовский, — констатировал очевидное Коршунов. — Броньев, — посмотрел он на корнета, — прошу вас покинуть собрание и больше не появляться в моем доме.
Я и сам не ожидал, что выведу этого мальчишку на чистую воду так быстро. Но тем лучше.
Дуэль проходила в тренировочном зале поместья, все же на улице уже холодно, чтобы проводить ее во дворе. Потому расходились из зала все не спеша, перешептываясь. Обсуждали поведение корнета. Ну и мое естественно. Из-за этой неспешности я успел заметить чету Старопольских и двинулся к ним. Все же одной из целей моего посещения собрания было поговорить с ними. Точнее, назначить такой разговор.
Михаила Старопольского я догнал в курительном зале. Мужчина к этому моменту успел оставить свою супругу в компании подруг и пришел сюда утолить привычку и перекинуться парой слов с другими аристократами. При виде меня он нахмурился, но остановился и не стал подходить к группе дворян, раскуривающих трубки. От разговора убегать он не собирался, что меня изрядно приободрило.
— Здравствуйте, Михаил Витальевич.
— Здравствуйте, Григорий Мстиславович, — сдержанно кивнул он мне.
— У вас не найдется завтра времени на серьезный разговор, касающийся вашей дочери? — решил я не ходить кругами и задал вопрос в лоб.
Тот слегка пожевал губами, раздумывая, после чего степенно кивнул.
— Замечательно. Буду рад вас видеть у себя дома.
Закруглившись на этом, все-таки тем для бесед у нас больше не было, я пошел искать Ирину. Сразу уходить после дуэли я не стал. Хотя основные свои дела и завершил. Себя показал, общество в целом меня приняло, если не считать отдельных молодых раздолбаев с ветром в голове, да и со Старопольским о встрече договорился. Но чтобы не посчитали, будто я сбежал, я и решил еще немного задержаться. Да и мало ли, вдруг у кого уже из местных дворян есть свои резоны подойти ко мне. Просто до этого по каким-то причинам не могли. Надо дать им шанс, так сказать. Хе-хе.
Девушку я нашел в той же компании, в главном зале. На свою голову. Потому что того, что произошло дальше, я не ожидал.
  
Глава 8
 
Когда я подошел к компании молодых дворян, те замолчали. И взгляд у них стал довольно холодным. А потом Ира подошла ко мне и влепила пощечину. Это было так неожиданно, что я даже не дернулся, чтобы перехватить ее руку.
— Не желаю вас больше знать, — фыркнула она.
— Вот как? — меня обуяла злость. — Неужто согласны со словами этого офицеришки? Да еще разделяете его отношение к жандармерии?
— Причем здесь это? — вскинула бровь Ира. — Или вы думали, что я не узнаю о том, что вы сделали с милой Евгенией? А мы ведь когда-то вместе с ней учились в гимназии. Помню, она часто о вас говорила. Как любит, жить без вас не может. И вы воспользовались ей! Опозорили и бросили! Проходимец, а не дворянин. Я была о вас гораздо более высокого мнения, а вы ничем не отличаетесь от моего бывшего мужа. Не подходите больше ко мне!
— Уж не знаю, что вам известно, — процедил я, — но у вас поверхностное знание о ситуации. Продолжайте в том же духе относиться к людям и тогда, уж поверьте мне, друзей рядом с вами не останется. Лишь проходимцы, каким вы назвали меня.
Ира сверкнула глазами и хотела сказать что-то еще, но я просто развернулся и пошел прочь. Ну ее. Если она так быстро делает выводы на основе чьих-то слов, да потом еще не стесняется прилюдно их озвучить, лучше держаться от такой дуры подальше. И хорошо, что я узнал о ее таком характере сейчас. Пусть и не собирался выстраивать с ней каких-то серьезных отношений, но в круг друзей или просто близких мне людей у нее был шанс попасть. Со временем. Теперь же — нет.
 
Дуэль и выходка Иры окончательно испортили мне настроение. Снова появилось желание послать всех к черту да вернуться домой. Остановила только мысль, что такой поступок можно интерпретировать, как побег. А уж недоброжелатели, коих у меня здесь оказалось прилично — вон, напели же Ире нужные им мысли — точно постараются донести именно такую мысль до всех и каждого. В этом случае даже не стоило и заявляться на собрание.
До конца этой «тусовки аристократов» я в итоге провел в обществе того самого старика с полковничьими погонами. Матвей Ратмирович оказался человеком консервативным, но умеющим держать себя в руках. Пусть ему моя служба у жандармов и не нравилась, однако он прошелся по этому моменту вскользь, посетовав, что я не вернулся на службу в армию хотя бы интендантом. Благо мои предыдущие заслуги на границе позволяли подать заявку. А там уж он поспособствовал бы. Говорить о причинах моего решения я естественно не стал, сославшись на то, что у интендантов мне было бы скучно, а в жандармерии я серьезным делом занят. Вздохнув, тот покивал и стал рассказывать о своей службе и моем деде. Как они познакомились, пару курьезных случаев поведал, да повздыхал, что мои родители погибли.
Вернулся домой я только к двум часам ночи. Думал уже, что все спят, но сильно ошибся. Катя в своем рвении «натаскать» моих алеутов дошла до того, что читала им на ночь! Да не абы что, а Пушкина. В этом мире поэт тоже родился и пошел плюс-минус по тому же пути, что в моем. Пришлось увлекшуюся сестренку чуть ли не силком отправлять в постель, да пригрозить ранними побудками, если она будет и дальше продолжать читать по ночам. Пусть и в благих целях. И в качестве доказательства серьезности своих слов дал наказ Любаве разбудить нас всех к девяти утра на завтрак.
— Уа-а, — громко зевнула Катя, сидя за столом. — Гриша, ты изверг, — обвинительно заявила она, сонно посмотрев в мою сторону.
— Сочту это за комплимент, — усмехнулся я в ответ. — Кушай, давай.
Та вяло поковырялась ложкой в тарелке с кашей, снова обиженно посмотрела в мою сторону, но все же начала потихоньку кушать. А вот парни хоть и зевали, но отсутствием аппетита из-за этого не страдали. И управились со своим завтраком раньше всех. Наказав им переодеться и ждать меня в тренировочном зале, я вскоре и сам закончил есть.
— У нас сегодня ожидаются гости, — предупредил я Катю. — Оденься к их приходу подобающе.
— Кто и когда? — тут же навострила она ушки.
— Родители Евгении, — скривился я от одного только имени проблемной девицы. — Хочу поговорить с ними. Наедине, — добавил я, строго посмотрев на сестру. — Потому постарайся сделать так, чтобы она не попадалась на глаза ни мне, ни родителям. Хорошо?
Катя скуксилась недовольно, но кивнула. Ну а я пошел проверять, чему она успела научить мою великолепную семерку. Совместим так сказать полезное с полезным. Потренирую их в физухе, а попутно они мне станут этикет рассказывать. Или чему там они учились. Тоже знать надо.
Правильно сделал, что решил их физическую форму проверить, а не сразу начал каким-то приемам учить. Хоть парни и крепкие, особенно та четверка, которую мне вождь навязал, но увальни знатные. А парням Анкалина еще и выносливость подтянуть надо. Что поделать — городские жители. Да и работой их в основном «умственной» загружали. Смышленые же. Со знанием этикета у них пока тоже не очень. Нет, кое-что они запомнили, но очень отрывчато и вспоминали лишь, когда я давал им подсказки.
Где-то через час подошла Катя. Сестра успела переодеться в свою гимназическую форму, видно хочет показать свой «официальный» статус. Ну или не придумала ничего лучше. Или одежды нет. Сомневаюсь в последнем, но мало ли? Тут же и спросил ее об этом.
— Ну-у, — протянула чертовка, потупив глазки в пол, — дедушка конечно давал мне деньги, но не так чтобы много. А ты купишь мне платье? — тут же стрельнула она в меня глазками. — Чтобы не позорила род?