Ведьма (СИ)

Я прикусила губу и настороженно посмотрела на ректора, расслабленно откинувшего голову на спинку кресла.
– Стайлс… Когда ты перенёс меня в Аскитон, я прошла одна и только потом провела тебя. Но… я – фурия. Запретная магия на меня не действовала. А после воссоединения с Жаликом проклятие вообще спало. Только поэтому ты смог пройти. Когда мы покидали Аскитон, меч вернул купол обратно…
Маро озадаченно свёл брови вместе.
– Тогда, когда мы вернулись во дворец с подарком, папа был зол, но быстро отошёл. Отец не умеет долго злиться. Тем более, что старшая фрейлина позвала его в покои мамы. Потом, когда после нашего удачного попадания в лабиринты некоторым отпрыскам герцогов захотелось так же попытать счастье, но у них ничего не вышло, я тоже задался этим вопросом. Распределение поставило всё на свои места. У Эля обнаружился дар проклятийника. Из-за этого брата перевели в Оралимскую академию магии. Боевики магов практикуют проклятия в атакующих заклятиях. У демонов таких ответвлений на факультетах не было.
Мне было неловко рушить хорошо отработанную теорию демона, и я согласно кивнула, мысленно делая пометку в голове.
– Ясно…
Маро не обманулся. Задумчивость никуда не ушла. К ней добавилось ещё мрачное недовольство собой.
– Да ну… нееет…
– Стайлс?
– Я… – мужчина поднялся с кресла так резко, что я вжалась в спинку своего. – Подождёшь меня немного? Я быстро.
Портальный шарик разбился у ног демона, и он тут же пропал.
– Ну, вот! – Оглядевшись, растерянно моргнула. – У кого-то назревает серьёзный разговор с родителем. А мне что делать?
Я подошла к средней двери и подёргала её. Как и думала, она оказалась закрыта.
Зато кабинет и спальня остались в доступе. Порадовала особенно вторая дислокация. В спальне за внутренней дверью пряталась уборная, а значит, растянись демонское «я быстро», пропадать от неудобства не придётся!
Сама от себя не ожидала, но в спальне я подзадержалась.
3а окном светало, а усталость, наоборот, навалилась совершенно неожиданно. Всё-таки вечер и ночь выдались насыщенными, а пребывание в стазисе вообще никакого отдыха не принесло.
Выглянув в гостиную, скривилась, оценив маленькие неудобные диванчики, размерами совсем чуть-чуть превосходящие кресла.
Я вернулась обратно в спальню. Нервно притопывая ножкой, постояла напротив огромнейшей кровати с синим пологом и мягкими пледами. Минут пятнадцать – не меньше. Только после этого плюнула и забралась на постель.
Жалик молчал. Даже ничего не съязвил.
Взывать к его сарказму не стала – очень хотелось спать.
Едва глаза закрылись, я блаженно выдохнула, каждой клеточкой кожи млея от удобства матраца, и вырубилась.
Было так тепло и приятно. Запах свежести, в меру необходимое тепло от мягкого пледа, хлопковая простыня. Темно. Даже просыпаться не хочется… Подушка только какая-то странная.
«Будто живёт своей жизнью…» – настороженно прислушавшись к ощущениям, отметила, как подушка под моей щекой сделала очередной вдох.
Я словно окаменела.
Руки сами по себе полезли проверять догадку, хотя я никакой команды не давала. О том, чтобы щупать ректора у меня даже мысли не было! Да кому придёт в голову лапать полуголого демона!?! Вот уж нет!
Игнорируя мои мысли, пальчики вполне успешно прошлись по торсу мужчины, с какого-то перепугу решившего присоединиться ко мне!
«Вот ты, Сенька, гадкая ведьма, – ехидно пропел Жалик, заставляя меня в такой напряжённый момент вздрогнуть от испуга. – Залезла на чужую койку и права ещё качаешь! Сама же оценила софу. Если она для тебя мала, то как поместиться на ней почти двухметровому мужику?»
«Вау! Кто-то у нас подрядился в защитники к ректору? Это мужская солидарность, или ты передумал насчёт "образованности". Мне вчера показалось, что ты против тесного общения с Маро…»
«Я – да. Но никто обо мне и не говорит. Ты меня на стол профессорского стола выложи и общайся, сколько душе угодно. Я, как первоклассный эмпат, прекрасно вижу, что к тебе чувствует Стайлс, поэтому полностью доверяю ему тебя».
 
«Ума! Я-то не эмпат! Ничего такого не вижу и не чувствую! Мне словами надо говорить, а не лезть в кровать, когда койка-место занято мной! – Я запыхтела, как взбесившийся ёжик. – Заняла я её!!! А ничего, что меня заперли?! Я могла бы спокойно уснуть и в своей постели, если бы кое-кто выпустил меня в коридор общежития вместо того, чтобы оставить дожидаться некоторых, бравирующих словами "я быстро"!»
«Вот это ты, мать, завелась…»
Жалик ещё что-то пробормотал, но я уже его не слушала.
Открыла глаза и воздухом поперхнулась.
– Что? – Буркнула недовольно, смущаясь под пристальным взглядом демона.
«Так смотреть просто неприлично!»
«Вот вредина. Да он же любуется тобой!»
«Стальным слова не давали».
«Грубиянка! Это кто это стальной!? Я из тектония! Если такая умная, разбирайся без меня!» – В голове раздался щелчок, будто кто-то хлопнул дверью, и сразу воцарилась тишина.
«Ну, вот! Обидела хорошего чел… фамильяра. А всё сосед по лежбищу виноват! Фу! Какая я утром злая!»
Стайлс молчал. Смотрел на меня с улыбкой в глазах и не мигал.
Стало даже как-то жарко.
Борясь с раздражением и смущением одновременно, повторила вопрос более конкретно:
– Почему ты на меня так смотришь?
– Очарован. Мне говорили, что любимая женщина прекрасна после сна, но я не подозревал, что настолько.
– А?
Я ожидала какого угодно ответа, но не такого. Любимая!? Прекрасна? Да ещё и после сна?!
Обескураженно потянувшись к волосам, попыталась пригладить гнездо, что образовалось на голове.
Ректор едва заметно подвигал рукой, и мои пальцы коснулись идеально уложенной прически.
Я знала точно, что там её до этого момента не было и быть не могло. Мне зеркала не надо – я сплю так, что каждый раз просыпаюсь домовым! И без вариантов.
«С другой стороны – спасибо, что ли…»
Приподнявшись, натянула на себя покрывало. Пусть ложилась я на постель в платье, а было как-то не по себе. К тому же ректор лежал наполовину обнажённый. Наполовину – потому что простыня надёжно скрывала всё, что у Стайлса находилось ниже пупка.
Стоило только проследить взглядом за лёгким покрывалом, как я наткнулась на ребристый торс мастера боевых искусств. Пальцы дрогнули и опустили край простыни. Мало ли… К тому же мне тут в симпатиях признаются! Дождалась, ёлки-иголки.
Когда прошло ещё две минуты тишины, поняла, что с «дождалась» я немного поспешила.
– Что ты сказал?
Демон хитро улыбнулся и поманил меня пальцем.
– Я и отсюда расслышу. Только повтори.
Умник не нашёл ничего забавнее, как тихо что-то прошептать.
– Смешно, – поджала я губы, игнорируя лучащиеся смехом глаза. – Но понятнее не стало.
– Оттого и говорю, что тебе надо придвинуться.
– Вот! Таким децибелом и продолжай изъясняться.
Дальше умничать у меня не получилось.
Силуэт демона смазался, и я, как та фанатеющая от вампиров особа, тихо охнула, когда меня опрокинули обратно на кровать, с завидной скоростью кровососущих нависнув сверху.
Стайлс нагнулся к самому лицу и шумно сделал вдох, медленно проводя губами по мочке уха.
Меня тряхануло так, что, кажется, матрац заходил ходуном.
Маро на этом не остановился.
Цокнув языком, мужчина едва слышно промурчал:
– И что делать, если с тобой мне хочется исключительно шептать?
– Перестань, – содрогнулась я от томительного жара, что принялся самовольно разливаться в нижней части живота.
– Ты мне не веришь, – как-то грустно прошептал мужчина, немного отстраняясь.
И так стало обидно за ректора, что правду я выдала раньше, чем подумала.
– Верю… От того и страшно.
– Я тебе не нравлюсь…
Какая-то простая фраза, но я вдруг поняла, что страшно мне теперь! Стайлс не спрашивал. Он говорил с тоскливым убеждением.