Невеста для профессора (СИ)
Сборы в Германию в этот раз не занимают у меня много времени. Откровенно говоря, чемодан я начала собирать уже в тот вечер, когда Макс меня позвал в эту поездку. А вот как и во что одеться — другое дело.
Я верчусь у зеркала почти два часа, стараюсь найти что-то не максимально кричащее “трахни меня”, но мой предвкушающий приключения в Франкфурте мозг подкидывает варианты с катастрофически короткими юбками из всего арсенала. Наплевав на скромность, я надеваю чулки и короткое вязаное платье с пышной юбкой.
Под пристальным взглядом Эда я выхожу на улицу, невинно обнимаю Майера и пока он загружает чемодан в багажник, сажусь в такси.
Почему-то он снова садится на переднее сиденье и я замечаю весьма напряженное состояние мужчины. Я вижу его лицо в боковом зеркале: он хмурит брови и нервно постукивает пальцами на двери автомобиля. Похоже что что-то произошло и надеюсь выведать эту информацию в самолете.
Вот вроде бы что-то случилось у него, а на душе погано становится и у меня. Мне катастрофически хочется помочь и утешить его, ведь тогда и мне станет легче.
К моему шоку и приятному удивлению, в этот раз мы летим не просто в максимальном комфорте, а на маленьком частном самолете, который потрудился прислать за нами отец Максимилиана.
— Вау… — только и могу выдать я, глядя на роскошный салон.
Боже мой, тут помимо обычных кресел даже диваны имеются! Все такое глянцевое, светлое… К глянцевым подлокотникам даже прикасаться страшно, все выглядит настолько дорого, что неприлично.
Но все эти мелочи меркнут, стоит мне только подумать как мы останемся наедине. Это незнакомое ранее желание сбивает меня с толку, в какой-то степени. Ведь раньше, глядя на парней, я мысленно не раздевала их глазами и не млела от невероятных эмоций, что впервые испытала в ту ночь с Максом, не мечтала ощутить их снова. Чувствую себя извращенкой, но ничего поделать с этим не могу.
— Не могу больше, иди сюда, — тянет меня за руку в сторону одного из диванов Макс, после взлета.
Мужчина сажает меня к себе на колени, снимает свой джемпер и попросту отбрасывает куда-то в сторону, оставаясь в одной футболке. Не дает опомниться и буквально сразу завладевает моими губами. Жар растекается по телу и я не менее жадно целую Макса в ответ. Все эти дни, когда мы не могли всецело отдаться своим чувствам, были сущим адом. Ситуация в преподавательской только усугубила этот накал. Согласна, находиться на расстоянии — это подогревать интерес, но наш интерес и так подогрет настолько, что валит пар.
Я хочу его. Я люблю его. Какое же это счастье хотеть и любить одного и единственного, знать что тебя желают и любят ни на грамм меньше.
Руки моего профессора полным ходом занимаются исследовательской работой под моей юбкой, пока я наслаждаюсь поцелуями и таю от дразнящих прикосновений его языка к моей шее. Мурашки бегут по коже и я начинаю задыхаться от восторга, когда его пальцы мягко скользят вверх по внутренней поверхности бедра и накрывают изнывающую от нетерпения промежность. Я медленно теряю контроль над ситуацией и закрываю глаза, отдаваясь на волю чувств, отдаваясь своему мужчине. Стон вырывается из груди, ведь я полностью поглощена его мягкими дразнящими движениями вокруг чувствительной точки, прямо через тонкую ткань трусиков.
— Скажи что ты не хочешь и я перестану, — хрипло шепчет Майер и я отрицательно качаю головой, мечтая лишь о том, чтобы он не останавливался. — Хорошая девочка.
Запускаю руки под его футболку, прикладываю ладони к горячей коже, к манящим рельефным мышцам и нерешительно спускаюсь к пуговице на джинсах. Когда мне удается расстегнуть ее и молнию, Максимилиан шумно выдыхает, прекращает ласку и вдруг резко переворачивает меня, валит на лопатки. От неожиданности я взвизгиваю и испуганно открываю глаза, тотчас тону в глубине его темных омутов глаз.
На секунду в моей голове проскакивает мысль, что вот этот его взгляд — он не изменился. Макс с самого первого знакомства смотрел на меня именно так и никак иначе. Строго, с вызовом, интересом и одновременно с… любовью? Может ли такое быть на самом деле или мой затуманенный в данный момент мозг просто придумывает всякую дурь…
— Ты такая красивая, — тихо произносит он, поглаживая ладонями мои изгибы. — Знала бы ты насколько…
Он наклоняется и вновь ловит мои губы, проникает языком внутрь углубляя поцелуй, переходя черту откровенности, сводя с ума. На грани сознания слышу шелест джинсовой ткани и шуршание упаковки презерватива. Макс, все так же не прерывая поцелуя, ловко избавляет меня от влажного белья и устраивается между ног, требовательно разводя колени еще шире.
Мной овладевает чувство неимоверного предвкушения. Каждая клеточка моего тела жаждет соединиться с ним, будто только так будет правильно. Я чувствую, как его твердый член касается моего бедра и инстинктивно выгибаюсь навстречу.
— Нетерпеливая, — отстранившись, Майер довольно улыбается. — Все правильно, у нас осталось меньше часа, а планов еще море.
Медленно и осторожно мужчина входит в меня, отслеживая в глазах реакцию на свои действия. Когда стон удовольствия вырывается из моей груди, Макс принимает его за сигнал к дальнейшим действиям. Его движения спокойные и размеренные заставляют меня тихо скулить и требовать большего. Я чувствую, что он сдерживается, будто бережет меня и боится причинить боль, но ее больше нет. Впиваюсь ногтями в его плечи и прикусываю губу, сама подаваясь навстречу, заставляя погружаться глубже, быстрее.
— Черт, — рычит он, уткнувшись лбом мне в подбородок, — если будет больно, только скажи.
Словно услышав мои мысли, Макс ускоряется. Его движения становятся грубее, жестче, но мне это безумно нравится. Двигаюсь навстречу его частым размашистым толчкам, ощущая как нарастает напряжение и ищет выхода. Хочу кричать от наслаждения, но лишь яростно кусаю губы, чтобы не краснеть на выходе из самолета перед стюардессой.
Сердце рвется из груди, рокочет как заведенное, наши частые дыхания смешиваются и с каждым жестким толчком я чувствую приближение долгожданного оргазма. Внутри меня бушует неистовое пламя, которое сию минуту нужно потушить, иначе я вспыхну и растворюсь пеплом в воздухе. Всего пара движений и судороги экстаза охватывают мое тело. Я парю на невидимых крыльях, все вокруг кружится в вихре и это ощущение усиливается все сильнее, смешиваясь с осознанием того, что мы и правда высоко над землей.
Некоторое время после мы продолжаем самозабвенно целоваться, затем приводим себя в порядок. Насколько это возможно, ведь волосы липнут к лицу, щеки горят и одежда влажная от пота.
— Как ты? — обнимает Макс, заправляя мне за ухо прядь растрепавшихся волос. — Все хорошо?
— Более чем, — улыбаюсь в ответ и прижимаюсь к его груди.
— Я не мог ждать до вечера, — смеется Майер. — Запишемся в клуб любителей секса на высоте? На обратном пути чур ты сверху!
Тихо хихикаю ему в шею и уши предательски горят. Сколько должно пройти времени, чтобы я не краснела после всего произошедшего между нами? В процессе это как-то не так ощущается, а вот сейчас немного стеснительно за свои действия.
В аэропорту нас снова встречает Анселл. Не скажу что рада, даже наоборот, но в этот раз я точно не останусь с ним наедине. По дороге мужчины перекидываются какими-то фразочками на немецком, смеются, а я как всегда ни черта не понимаю. Это даже заставляет меня улыбнуться и вспомнить свою предыдущую поездку.
Буквально с порога меня сгребает в свои объятия Розали. Она не переставая лопочет о том как рада моему возвращению и как хорошо что оболтус Максимилиан определился со своими чувствами.
В этот раз нас сразу же проводят в столовую и я испытываю яркое дежавю, ведь за столом как и тогда сидит Генрих Майер и его друг. Отец Максимилиана поднимает на нас взгляд и я читаю в его глазах удивление, когда тот смотрит на меня. Похоже, я не очень-то званый гость…
— Ist das ernst?*, - спокойным тоном обращается Генрих к сыну.