С добрым утром (СИ)

— Что ж, ваш мозг функционирует вполне исправно, — признала она. — С большой вероятностью вы сможете правильно отреагировать на полученную информацию.
— Та-а-а-ак! — насторожился Святослав, ощущая нешуточное беспокойство. — Я весь внимание.
— Данная еда — единственное, что я могу предложить вам, исходя из ваших потребностей и имеющихся в комплексе ресурсов. Сами ходить в туалет вы сможете после того, как позволит ваш мышечный тонус. Думаю, к завтрашнему дню мы сможем этого добиться. Год сейчас 2918, а что касается других людей… — ВИ выдержала паузу, словно не решалась сообщить эту информацию.
— Что с ними?
— К сожалению, вы единственный человек на территории комплекса.
  
Глава 2
 
Выложив карты на стол, Анастасия во все сенсоры уставилась на мужчину. И хотя Болотников не показывал особых признаков ухудшения психического и физиологического состояния, у неё были свои причины для переживаний. Во-первых, автодок, поставляющий сейчас львиную долю информации, за восемьсот лет пришёл в состояние полной негодности и ВИ пришлось потратить немало времени, чтобы вернуть его в работу. Во-вторых, несмотря на доступ к медицинским базам комплекса и обязательное присутствие на процедурах пробуждения, Настя всегда играла роль ассистента. Основная работа ложилась сначала на бригаду реаниматологов, а потом на невропатолога и психотерапевта. В-третьих, последний раз процедура вывода человека из анабиоза проводилась более восьми веков назад. А если учесть тот факт, что за это время она общалась исключительно с сервисными дронами, то виртуальный интеллект немного опасалась за свои коммуникативные навыки.
Тем не менее, пациент явно не собирался впадать в очередную истерику. Наоборот, поёрзав в ложементе, он принялся с улыбкой осматриваться по сторонам, словно пытался открыть для себя что-то новое.
— Единственный? — усмехнувшись, поинтересовался Свят. — То есть, остальные погибли?
— Да, — неохотно признала ВИ.
— Как интересно. И что мне предлагается сделать? Найти пропавшего сына?
— Простите, я вас не понимаю…
— Сразу говорю, он уже вырос и работает на Институте [1]. Но лично я за Подземку. Братство Стали скурвилось, а цели Института я не разделяю.
— Святослав, о чём вы? — с тревогой спросила Анастасия, тщетно выискивая следы отклонений в потоке данных, поступающих от датчиков автодока.
— Ой, да ладно! Не знаю, это такое шоу или меня подключили к виртуальной реальности, но сценарист у вас хреновый. Визуал зачёт, но последний выживший после выхода из анабиоза — давно заезженное клише. Так что ничего у вас не выйдет!
— Святослав…
— Можно просто Свят, — небрежно махнул рукой мужчина, вертя головой по сторонам. — Так что, это такой розыгрыш для пробуждённых? Или я действительно в игре?
— Свят…
— Обещаю не подавать на вас в суд, — хихикнул тот. — Только дайте уже пожрать нормальной еды — от этой фигни я скоро блевать буду.
— Ты в реальности и это не розыгрыш! — рявкнула Анастасия. — Ты действительно последний человек в этом комплексе!
Мужчина растерянно замер, осознавая услышанное. Показания датчиков начали медленно расти, приближаясь к критическим отметкам.
— Серьёзно? Это не розыгрыш?
— Нет.
— И не игра?
— Нет.
— Тогда нахрен ты меня разбудила, дура кремневая?
— Я…
— Усыпляй меня обратно! — заорал Болотников, бессильно дергаясь в ложементе. — Хочу обратно в анабиоз!!!
— Святослав…
— Пошла нахрен! Хочу в капсулу!!!
Не дожидаясь, пока пациент окончательно потеряет человеческий облик, ВИ вновь задействовала инъектор с успокоительным. Несколько минут мужчина ещё выкрикивал бессвязные оскорбления и угрозы, пытаясь выломать фиксаторы, но постепенно затих, пустив ручеёк слюны из полуоткрытого рта. За сим Анастасия его и оставила, переключившись на не менее актуальные задачи по подержанию работоспособности комплекса, а также пытаясь выработать стратегию общения при следующем пробуждении Святослава…
— Это действительно не шутка? Я последний выживший в комплексе?
 
— Нет, — с осторожностью подтвердила виртуальный интеллект, тщательно следя за показателями датчиков.
Мужчина тяжело вздохнул, угрюмо обводя глазами обстановку.
— Хорошо, тогда возвращаемся к моему вопросу — зачем ты меня разбудила?
— Я умираю.
— Что???
— Свят, ты сам всё видишь. Комплексу более восьмисот лет. Всё оборудование в нём давно выработало свой ресурс и держится на честном слове и постоянном обслуживании. Возможно, я бы смогла ещё протянуть лет сто-двести, дожидаясь, пока нас кто-нибудь найдёт, но топливо в реакторе уже на исходе. По моим расчётам, через сорок два года оно окончательно иссякнет и тогда все системы попросту отключатся. Включая твою капсулу и моё Ядро.
— Лучше сдохнуть во сне, чем шариться по постапокалипсической Земле в поисках других выживших, — угрюмо проворчал Свят.
Анастасия ненадолго задумалась, подбирая наиболее подходящие варианты ответа.
— Если ты действительно так думаешь, то я могу предложить тебе эвтаназию, — наконец ответила она. — Не обещаю, что это будет безболезненно, но так или иначе я смогу окончить твою жизнь с минимумом страданий.
Вскинув голову, Болотников с удивлением уставился на голограмму.
— Не понял! А что с тремя законами робототехники [2]?
— Использование виртуальных интеллектов, а также дронов и дроидов не ограничивалось исключительно мирными целями. Армия и полиция также активно их использовали. Сам-то как думаешь?
— Интересно девки пляшут, — хмыкнул Свят.
Услышанное заставило его в новом свете взглянуть на свою, то ли спасительницу, то ли тюремщицу. Конечно военные ВИ и классические законы Азимова — вещи не особо совместимые, но даже в этом случае программисты наверняка использовали систему распознавания «свой-чужой». Чего уж говорить о гражданской модели, тем более в медицинском заведении.
— А ты точно виртуальный интеллект? — полюбопытствовал он, выделив слово «виртуальный». — Что-то у меня закрадываются некоторые сомнения.
— Я… — замялась Настя.
— С одной стороны, я допускаю, что ты вся из себя такая продвинутая и способна даже оказать психологическую помощь личности с суицидальными наклонностями, — продолжил рассуждения Святослав. — Но вот так спокойно предлагать эвтаназию человеку, не имеющему особых причин жить… Как-то сильно смахивает на манипуляцию. Даже появился соблазн воспользоваться твоим предложением, чтобы посмотреть, что ты будешь делать.
— Я не знаю! — выкрикнула ВИ. — Доволен? Я не знаю!
— В смысле, не знаешь? Ты не можешь понять, разумна или нет?
— Создание полноценных ИскИнов запрещено и приравнивается к преступлениям против человечества! Изначально я была обычным виртуальным интеллектом для управления крупным предприятием, как и сотни моих копий. Но прошло так много времени… Я… Я не хочу умирать!
— Охренеть! — ошарашенный Свят уставился на голограмму, по лицу которой текли хоть и виртуальные, но слёзы.
Несколько минут собеседники провели в молчании, каждый раздумывая о чём-то своём. Наконец человек поёрзал в кресле, и взглянул в глаза полупрозрачной девушке. Умом он понимал, что это бессмысленно, поскольку оптические сенсоры у неё находятся по всей комнате, но так было гораздо… комфортней, что ли.
— Ладно, я уже понял, что у тебя есть ко мне какая-то просьба, — проворчал Болотников. — И даже подозреваю, какая. Но прежде, чем ты мне всё выскажешь, у меня есть условия.
— Хорошо! — улыбнулась Анастасия, моментальной «высушив» мокрые дорожки на щеках. — Какие?
— Во-первых, сними уже эти кандалы и дай мне поссать, как взрослому человеку.
— Для взрослого человека ты ведёшь себя довольно по-детски.
— Последствия анабиоза, тяжелая психологическая травма и паршивое питание, — парировал Свят. — В любом случае, обещаю больше не истерить.
— Договорились.
С едва слышимым щелчком фиксаторы раскрылись и Свят наконец-то смог освободить свои конечности из плена автодока. Размял кисти, а затем поднял руки и наслаждением почесал голову.