Я родила от друга мужа (СИ)

Авторитетно кивает соседка.
- Неужели, так и сказал – на счетчик? – приоткрываю рот от удивления.
- Не совсем, но смысл один, - она кивает. – Да ты сходи в наш ЗАГС, Зинка, заведующая, она ж с твоим женихом приходила, документы на развод заполняла в коридоре.
- Да ладно, - история обрастает все более фантастическими подробностями.
- Ага, сама видела, через глазок. Ой, - теть Люся прикрывает рот ладошкой, - но это случайно вышло, конечно, я просто на улицу собиралась, у Феденьки корм закончился, а тут какие-то бугаи на лестнице. Ну, я и подождала, пока они уйдут, исключительно безопасности ради.
- Я так и подумала, не волнуйтесь, - спешу ее успокоить. В данный момент любовь соседки к подглядыванию только на руку. – Ладно, я пойду, спасибо вам большое!
Кладу курицу на стол и бегом к выходу, чуть не забыв обуться. Зинаиду, работницу нашего местного ЗАГСа, знаю, пойду спрошу ее о сказке, рассказанной теть Люсей.
- Девушка, вы к кому? Заявления подаются здесь! – окликают меня в здании.
- Я к заведующей, - бросаю на ходу и спешу к лестнице.
Ее сотрудницы могут быть ретивыми не там, где надо. Сейчас, если догонят, ни за что не пустят к Зинаиде.
- Здравствуйте! – произношу громко, запыхавшись. – Помните меня? Из пятнадцатого дома тоже.
- Светочка! Как хорошо, что ты зашла! Я ж все думала, как свидетельство о разводе передать, адреса Иван Георгиевич не оставил, - она сует мне цветную бумажку.
Текст расплывается перед глазами, никак не могу сфокусировать взгляд.
- Эт-то что? – спрашиваю, заикаясь.
  
28
 
- Билет в новую жизнь, милая, - отвечает Зинаида. – Да ты бери, не бойся, не подделка. Ребенок твой, претензий Евгений не выставляет по этому поводу. Единственное, с алиментами или лишением отцовства – это не ко мне, отдельно через суд только. Здесь я не смогу помочь. Ну, и с квартирой тоже дальше сами, пожалуйста.
Сжимаю бумажку в руках и плохо понимаю, что говорит Зина.
Такое ощущение, что сейчас новый год, и я снова верю в деда Мороза.
- Спасибо, Зинаида, - киваю, как болванчик, - я пойду.
Смысла расспрашивать подробности нет. Теть Люсе не приснилось. Нужно звонить Ивану.
Но зачем он это сделал? Почему? Хочет стать официально отцом Павлику?
Да, наверное, в этом причина. Вряд ли он думал обо мне, я ему никто. На тот момент у нас не было даже таких подвешенных отношений, как сейчас.
Но ведь было признание в любви?..
Я запуталась.
- Черт! – прохожу мимо зеркала в коридоре ЗАГСа и замечаю, как выгляжу.
У меня гематома на пол-лица! Не помогла курица, что делать?
Зинаида ничего не сказала, потому что в бумажках своих возилась, она и не смотрела почти на меня. Но остальные-то будут!
Долбанный Женя! Чтоб ему. Я ведь не замажу тональным кремом эту красоту.
И болит, зараза. Видать, я на эмоциях от того, что Иван втайне решал мои проблемы, не ощущала очевидного. Но, кажется, придется идти в больницу.
- Здравствуйте. А я не знаю, надо ли мне к вам, но, в общем, вот, - обращаюсь к девушке на регистратуре травмпункта.
Хороший у нас район, все рядом. И дом, и ЗАГС, и больничка. На все случаи жизни.
Черный юмор так и прет.
- Ого, конечно, давайте полис и паспорт. Снимок сделаем, врач осмотрит и даст рекомендации, - отвечает работница. – Кстати, в самом конце по коридору сидит участковый, рекомендую после к нему, заявление писать.
- Зачем? – искренне удивляюсь. – Чем мне поможет полиция? Они теперь лечат?
- Ох, что за женщины! – она возводит глаза к потолку. – Чтобы была хоть какая-то фиксация, что ты не сама на косяк напоролась. Или будешь утверждать, что так оно и было?
- А, вы про это. Нет, не сама, статуэткой попали, не увернулась вовремя. Вряд ли он рассчитывал на такой эффект.
- Конечно, давай всех защищать, а в следующий раз муженек тебе статуэткой по виску зарядит.
- Ой, я об этом не подумала, - на миг холодею. – А муж уже бывший, он потому потерял контроль над собой.
- Да неважно! Дети есть?
Киваю.
- Значит, еще придется общаться. А откуда ты знаешь, что он в следующий раз учудит? Так что иди и пиши заявление. Я не говорю, что участковый спасет тебя, как герой из романа, но будет официальная бумажка. А у нас, как говорится – без бумажки ты…
 
- Какашка, - договариваю за регистраторшей, - а с бумажкой человек.
- Вот-вот. На, держи, сначала пятый кабинет, потом седьмой, к врачу на осмотр. У полиции нет номера на кабинете, но ты поймешь, что там они сидят, дверь у них очень яркая.
- Ага, спасибо.
Беру направление с моими документами и растерянно подхожу к кабинету. А ведь я действительно не думала. Нужно завязывать с этой привычкой.
- Кто последний? – робко спрашиваю у людей, столпившихся у кабинета.
- За мной будешь, - говорит старушка с гипсом на руке. – Ого, знатно тебя приложили.
Тактичность и воспитание — это не то, чем сильны жители моего городка.
- Светка! Сразу не признала. Реально огромный синяк, так сильно опухло, жесть, - ко мне подскакивает соседка сверху, Аня. – Иди, садись, отдохни.
Мы с ней не подруги ни разу, просто гуляли иногда с детьми во дворе, когда я жила здесь.
Но теперь, кажется, весь наш дом будет в курсе произошедшего. Мне можно ничего не говорить, люди сами додумают.
- Ага, спасибо, - шмыгнув носом, присаживаюсь на предложенное место.
Хоть какая-то польза в моем положении.
Спустя полчаса, проведенных в компании жутко разговорчивых людей, я-таки попадаю на рентген.
Мой сухой пересказ, как оно было на самом деле, никого не впечатлил. У каждого из слушающих все равно оформилась в голове своя версия событий. Единственное, что могу сказать, идти мне теперь точно к участковому. Когда много народа в курсе проблемы, совесть не позволит слинять.
- Подходите к аппарату, девушка. Ага, хорошо. Все, через несколько минут медсестра вынесет снимок, пойдете к врачу.
- А что там? Нормально или плохо? – спрашиваю со страхом.
Те же словоохотливые из очереди сообщили, что от удара в скулу чего только не бывает.
- У моего брата лицо перекосило после такого! Да-да, - авторитетно заявила женщина с опухшей ногой. – А у него отек был поменьше твоего. Так что, милая, не хочу тебя пугать, но последствия бывают ого-го какие.
Не хотела она пугать, как будто после подобного откровения кто-то не испугался бы.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
- Да, кости целые, трещин нет, - голос рентгенолога возвращает в реальность.
- Смещений тоже нет?
- Каких смещений? – он смотрит на меня, как на дурочку.
- Челюстных? Скульных? – неуверенно отвечаю.
Слово «скульные» существует?
- Ничего нет. Ушиб. Просто у вас реакция организма сильная, врач назначит лечение. Идите, не задерживайте очередь.
- Да после меня все равно никого, но спасибо, - говорю вежливо и выхожу в коридор.
Таким впечатлительным, как я, нужно все фильтровать.
- Вот, ваш снимок. Теперь в седьмой кабинет.
- Отлично! – подрываюсь на ноги.
Я уже устала от больничной атмосферы, хочу на воздух. Хотя, это травмпункт, морально все же легче.
- Что тут у нас, - произносит врач, рассматривая снимок, - ага, ясно. Отек большой.
- Ай! – он ощупывает мою скулу.
- Очень большой. Видимо, ткани у вас чувствительные. Холод надо было приложить, дамочка, сразу после удара.
- Не поверите! Сидела полчаса с упаковкой куриных ножек.
- Значит, индивидуальная реакция. Синяки часто ставите?
- Не особо, но они долго держатся.
- Ясно. Этим мазать, этим тоже мазать, держать холод, чтобы гематома спала, если боль будет сильно мучить, примите анальгетик, - он протягивает мне листок. – А это вам справка для обращения в кабинет в конце коридора. Надеюсь, дойдете?
Врач смотрит строго, я краснею. Какой позор, выгляжу женой, которую избивает муж.