За горизонт. Дилогия (СИ)
Чем дальше бронемашина удаляется в холмы, тем выше и плотнее становится растительность. Полчаса, и видимость упала до тридцати метров, сжатая высокими кустами и невысоким подлеском просеки. При том, что "дорога" выписывала порой весьма забавные загогулины, как я тут обратно с трофеем на хвосте поеду? Тут даже развернуться негде.
Еще час и скрывшееся за холмами дневное светило прорезало резкие тени по неосвещенной стороне холмов. По часам еще верных три часа светового дня, а видимость местами такая, что хоть дальний свет включай. Растительность достигла размеров, когда создается ощущение, что едешь по бесконечному темно-зеленому тоннелю.
И след, свежайший след, ушедшей в нужном нам направлении машины.
- Руди, не поменять ли нам планы?
Скрипнув рессорами и зашипев стравливаемым тормозной системой воздухом, бронемашина замирает перед пересекающей дорогу речушкой.
- Слушай сюда. Вот это седло между холмами отделяет нас от цели. И нашуметь мотором мы пока не успели. Так? А раз так, то сколько голов может поместиться в машину, которая прошла перед нами?
Руди спрыгивает на землю, с минуту разминает затекшее тело и склоняется над дорогой.
- Две оси, след не глубокий и не широкий, между осями чуть больше двух метров, покрышки очень изношенные. Небольшой грузовик или большой пикап, что то типа "Лапландера" или "Унимога" ранних годов выпуска. Хотя нет.... Там везде мосты портальные стоят, а эти полдороги мостом подравняли. Скорее на ваш гражданский "УАЗ" похоже, но немного шире в колее.
- Брони у них нет, иначе след глубже был?
- Нет. И смотри. Вот тут они останавливались, а потом чтобы тронутся, немного назад сдали, - немец кончиком ножа приминает растительность между колей. - Масло, и вот еще капля, и вот еще тут.
- Угу, клоуны какие-то, - аккуратно срезаю стебелек с каплей масла. Хм, о сколько нам открытий чудных. - Руди, понюхай это то, о чем я думаю?
Немец, как наркоман кокс, обнюхивает стебелек, разве что на вкус его не пробует. - И....?
- Включи голову, запах резкий? Ну вот. У какого масла запах резкий?
- Трансмиссия.
- Верно. А теперь вот этот лист занюхни.
- Почти не пахнет. Эта капля моторного масла.
- Верно мыслишь, - у них из всех щелей масло сочится. Какой отсюда вывод?
- Машина изношена и за ней не следят.
- Это следствие, а причина? Не тужься, эти ребята в жизни под капот не заглядывали. И, на мой взгляд, водила у них всю жизнь, катался исключительно по асфальту. Как ты верно заметил, они даже тронуться толком не смогли. Если доводить машину до подобного состояния, то пешая прогулка по местным пампасам неизбежна. Я бы на такую прогулку не решился, без крайней необходимости, слишком велики шансы не дойти. Давай пока будем считать, что имеем дело с залетными фраерами, а не с местным аграрием, выжимающим последние крохи ресурса из груженого репой пикапа. Лучше перестраховаться.
- И каков новый план? - немец чешет за ушами Муху, дорвавшуюся понюхать, чего там - на дороге нашли интересного.
- План такой. Это место единственное за последний час, где можно съехать с колеи без перспективы не выехать обратно. Вот мы и съедем. У ручья дно сплошной камень, ни ила, ни песка нет практически, как по автобану проскочим. Тридцать метров и нас не видно, прячем нашу "Ящерку". Вы с Мухой остаетесь на стреме возле брони. А я сползаю на горку, и оттуда осмотрюсь по сторонам.
Немец план одобрил, но внес в текущий расклад свои пять копеек.
- Вместе пойдем, случись что, мне одному не отбиться. И не возражай, русский, вместе...
- Может, ты и прав, вместе, так вместе. Пройдись вдоль ручья, проверь не сядем на брюхо в этой речушке?
Немец кивнул и в компании Мухи двинулся вдоль берега.
Место для парковки нашлось, лучше не придумаешь.
В полутора сотнях метров вниз по течению нашлась замечательная полянка, ближе к реке преходящая в небольшой пляжик.
Что особенно ценно в том подарке судьбы, на полянке имелась возможность развернуть машину. И, как следствие, выезжая обратно на дорогу, не придется корячиться по ручью задним ходом.
Вторым, чуть менее ценным плюсом, возможность наконец-то толком помыться. И пусть из моющих средств в наличии всего один обмылок местного, серого, похожего на тамошнее "Хозяйственное", мыла. Его вполне хватает, отмыть въевшийся запах отработанного топлива и разводы дорожной пыли.
- Руди, готов? Раз готов - попрыгай.
- Зачем?
- Как зачем? В голливудских фильмах всегда прыгают перед выходом на задание, наудачу наверно. Выше прыгай, вот так, гут. А почему я не прыгаю? Перед выходом на задание русским положены не прыжки, а наркомовские сто граммов. Сам товарищ Сталин в медицинских целях рекомендовал. А поскольку наркома я тут пока не встречал, придется мне на сухую идти.
Натягивая яловые сапоги, ловлю себя на мысли, что не зря их в этот мир прихватил - пригодились. Карабкаться по косогорам в кроссовках или горных ботинках оно, конечно, половчей было бы. Но ровно до того момента, пока тебя какая-нибудь змеюка не укусит, а змеюк тут много и все как одна зело опасные и ядовитые, как моя бывшая теща.
Там - в прошлой жизни, я их у знакомого летехи сменял на мешок муки и коробку консервов. Точнее, муку, консервы и немного денег я ему просто отдал, парню тупо семью кормить нечем было. Буквально нечем. У него жена на пятом месяце, и все эти пять месяцев ему жалование не платят. Самого лейтенанта в части кормили, а голодная жена в пустой съемной комнатушке ждет, пока служивый со службы вернется, с четвертинкой хлеба, тайком прихваченной из столовой. И ведь деньги в часть, пусть и с задержками, но перечисляли. Но не в меру жадный начфин обналичивал положенные младшим офицерам средства и вкладывал их в бумаги МММ. В предсказуемом финале - Леня Голубков исчез с экранов, начфину дали недлинный срок, а офицерам выплатили положенное. Как раз к началу чеченской войны и выплатили, на дорожку. Дорога у лейтенанта получилась в один конец, и на одного друга детства у меня стало меньше.
Вот эти самые сапоги мне и были насильно задарены, когда лейтенант пришел отдавать занятые деньги.
Портянки, сапоги, штаны из плотной ткани, купленная на базе Ордена "родезийская" куртка. Купленная там же шляпа мне сейчас ни к чему, обойдусь капюшоном. Свёрнутый в рулон кусок брезента. СВД, четыре магазина и нож за голенищем. Все - к выходу готов.
Была бы нормальная сбруя, прихватил бы еще короткоствол, ножик повнушительней и еще много чего бы прихватил, но пока придется обойтись бюджетным вариантом.
- Руд, пожрать взял? На троих? А флягу? И бинокль взял? То-то, хватай бинокль и пошли, прогулка перед ужином очень способствует хорошему аппетиту.
Прикрытая сверху ползучим кустарником уютная расщелина отлично приютила в своем чреве пару человек и лохматую собаку.
- Руди, как отдышишься, доставай хавчик. Воду пока не трогай, нам тут при хорошем раскладе минимум всю ночь торчать. При плохом значительно дольше. Выхлебаешь воду, росу собирать пойдешь. Это для меня с Мухой. А сам, как солдат Пустынного Лиса под Тобруком, будешь жажду утолять. Оцени перспективы.
Немец перспективы оценил, судорожно сглотнул, но на уполовиненную им же флягу коситься не перестал.
Мы и прошли-то всего ничего - километра четыре максимум. По низу холмов растительность густая и продираться через нее с винтовками за плечами не самая лучшая идея. Пришлось притормозить ломанувшего как танк немца и потратить четверть часа на поиски более приемлемого варианта подъема.
Приемлемым вариантом оказалась утоптанная узкими копытцами звериная тропа. Начинаясь у ручья, звериная тропка провела нас через самую густую - нижнюю часть зарослей. И растворилась ближе к вершине холма между обломков скал и невысоких кустарников. Но дальше уже и без тропинки можно бодро топать.
Первое место выхода на гребень гряды холмов оказалось крайне неудачным. Укрыться решительно негде и обзорность никакая. Пришлось забирать у, норовившего отдохнуть, парня бинокль, сидор с продуктами и пройтись по тыльной стороне холма в поисках более подходящего наблюдательного пункта.