Пионер – ты в ответе за всё!
– Привет, Семен, – из раздевалки показалась Капустина. – Говорят, у тебя проблемы?
– Да забей, разберусь, – отмахнулся я и повернулся к идущей следом Сикорской. – А ты чего молчишь? Как раз самое время сказать, мол, а я же говорила. Ты ж меня всегда вором считала. Так что давай, начинай.
– Да пошел ты, – внезапно отказалась Сикорская и, развернувшись, направилась в беговой дорожке. – Дурак!
– Зря ты так, Семен. Соня за тебя переживает. – Укоризненно посмотрела на меня Даша и, перед тем как идти за подругой, добавила: – Смотрю я на вас и не понимаю, чего вы собачитесь. Или это у вас такие брачные игры?
– Не дай бог, – я вспомнил папаню беловолосой и тайком перекрестился, и сплюнул через левое плечо. – Не надо мне такого счастья.
Нет, чего греха таить, Сонька была невероятно эффектной девицей, и зажечь с такой я бы никогда не отказался, но кроме физиологических позывов у меня имелись мозги. И они кричали, что от этой семейки надо держаться как можно дальше. Начиная от их личных проблем из-за знаменитого прадеда, заканчивая тараканами в голове, которые что у дочки, что у папы были размером с немецкую овчарку. У меня и так хватало неприятностей, чтобы искать дополнительные, я лучше вон с Ленкой зажгу. Тихая скромница Зосимова на поверку оказалась еще той зажигалкой, не чуждой экспериментам. Да и Марину забывать не стоит. Короче, есть с кем время провести.
– Стройся! – появился из кабинета Выгорский, держа под мышкой охапку длинных, метра полтора точно, бамбуковых палок. – Значит так.
Сегодня будем помогать товарищу освоить одну из важнейших техник Разрядников. Ты правильно понял, Чеботарев, выходи вперед.
Я мысленно потер руки и сделал, что приказали, хотя червячок сомнения шевельнуться в душе. Михалыч, чувствуя за спиной поддержку жены, не чурался самых жестких методов для получения результата. Так что я мог с ходу угадать, что этими палками меня будут бить. С другой стороны, это реально работало. Я ради интереса поинтересовался в школе уровнем развития тех, кто ходит в клуб «Энергия» к физруку. Так вот, там даже рядом не было тех результатов, что показывали ребята.
Про себя я молчу, все-таки сатори это аномалия, плюс было у меня подозрение, что те самые шары, что я подбирал после смерти Одержимого и собак, все же бустят мое развитие. Но даже так скорость освоения состояния озарения можно списать только на жесткие, даже жестокие, но эффективные методы. Так что можно было и потерпеть.
– Значит так, Семен, атаковать ты умеешь, ударную технику освоил неплохо, дальше нужна чисто техническая наработка, чтобы научиться использовать ее на автомате, – начал объяснять тренер. – С сатори у тебя на это уйдет не так много времени, но это не значит, что нужно остановиться, как начнет все получаться. Понял?
– Конечно, – я кивнул. – Базовые навыки на то и базовые, что их нужно отрабатывать постоянно.
– Все верно, и сейчас начнем изучать вторую базовую технику, как вы уже поняли – защитную. – Выгорский кровожадно ухмыльнулся и протянул Сикорской палку. – Держи. Когда скажу – ударь Чеботарева по предплечью. Сама понимаешь, жалеть его не стоит, ему же и навредишь. А ты, Семен, не отбиваешься, а стараешься защититься пассивно. Собираешь энергию, как для удара, но вместо резкого выплеска распределяешь ее равномерно по конечности. Как бы обволакиваешь руку энергией. Понял? Ничего, научишься, сатори тебе в этом поможет. А вы следите внимательно, особенно ты, Данила, старайся почувствовать движение энергии, понять принцип. Тебе это сильно поможет, как сам ранг повысишь. Семен, сосредоточься и ныряй. София – бьешь по команде!
Я расслабился и нырнул в сатори, для начала не слишком глубоко, чтобы осознавать себя и иметь возможность влиять на происходящее. С каждым разом у меня это получалось все легче и легче. Так и сейчас я запросто вошел в состояние озарения и принялся делать то, что сказал наставник. Собрать энергию оказалось не сложно, но вот с ее распределением возникли проблемы. Она просто не хотела растекаться, а когда София, по команде Выгорского, хлестанула меня палкой, я на автомате ударил в ответ, разнеся ту на куски. Зато стало понятно, для чего палки такой длины. Чтобы не навредить помощнику. Михалыч хоть и придерживался жестких методов, но лишний раз подставлять воспитанников не желал.
Следующие пару десятков раз у меня тоже ничего не получилось, и еще четыре палки закончили свое существование, сломавшись от моих ударов, но с каждым повторением я все лучше понимал, что именно делаю не так, и как правильно. А когда после очередного удара Ваньки, сменившего уставшую Сикорскую, палка не впилась в тело с характерным звуком, а отскочила, будто попав по дереву, я понял, что у меня получилось. И… нырнул глубже в сатори, потому что один раз это не результат. Нужно, чтобы подобное получалось на автомате. Так что работа только начиналась.
После правой руки пришел черед левой. Потом ног, спины, живота с грудиной и, как апофеоз, головы. Правда, чем больше я пытался, тем легче мне давались следующие попытки. Сатори тем и хорошо, что позволяет буквально на лету подмечать малейшие огрехи и находить наилучший вариант их решения. Озарение, тут по-другому даже не скажешь.
Не скажу, что за эти полтора часа я полностью отработал постановку энергетической защиты. Скорее лишь понял суть и принцип ее работы, но это был огромный шаг в моем развитии энергета. Ребята поглядывали с завистью, особенно Данила, но все же злобы от них я не чувствовал. Скорее мотивацию и стремление к собственному развитию. Оно, конечно, обидно, когда кто-то, едва начав заниматься, догоняет тебя и перегоняет, несмотря на то что ты пять лет уже корячишься, стараясь стать лучше. Но с другой стороны, это же заставляет искать новые пути, пробовать разные методы и сосредотачиваться на тренировках. Тем более что по просьбе Выгорского я начал учить ребят входить в сатори.
Не знаю, правда, на что тренер надеялся, если бы я сам понимал, как оно работает, но надо так надо. И мы начали с обычной медитации. Вообще очищать сознание от лишних мыслей Юниоров учат в самом начале. Без этого просто не получится нормально выполнить ту самую гимнастику, которая и стимулирует энергетическое тело, помогая ему развиваться. Многие так и начинают с медитаций, постепенно переходя к движениям. Но мне нужно было, чтобы ребята сосредоточились не на движении энергии в теле, как при обычной тренировке, а нырнули в глубины своего разума.
Просто насколько я понимал, сатори, это состояние, когда мозг использует свои возможности на все сто процентов. От этого я и плясал, заставляя ребят не просто выбросить все из головы, а сосредоточиться на какой-то практически нерешимой задаче. Крутить ее в мыслях, полностью на ней сосредоточившись, и пытаться найти решение. Хоть какое-нибудь, пусть не верное, но главное, чтобы мозг работал.
Понятное дело, я не сам это придумал. Проблемами погружения в сатори в Союзе занимались целые лаборатории при серьезных институтах, и мои размышления совпали с выводами группы ученых. Просто одно дело пытаться наобум, а другое – когда перед глазами живой пример. И действительно, хоть раньше ребята тоже пытались проводить подобные занятия, сейчас они прямо загорелись энтузиазмом, глядя на моим успехи. Так что Выгорскому пришлось даже продлить тренировку еще на полчаса.
А я заодно и в себя пришел, потому что в стремлении помочь ребята и девчата отбили мне все что могли, и под спортивной формой я напоминал тигра, но не черно-желтого, а в сине-красную полоску. Хорошо еще, что после занятий с Анастасией я настолько привык к боли, что практически не замечал ударов. Точнее не обращал на них внимания, но стимул к развитию они давали потрясающий. А самое интересное, что беспокоить такими пустяками Анастасию я не стал.
Новый ранг развития не только дал мне новые способности, но и улучшил регенерацию. Так что пару дней, и я буду как новенький, но сейчас мне больше всего хотелось пожрать и завалиться спать. Все же вымотала меня тренировка полностью, и я чувствовал себя выжатым лимоном. Дважды причем. Поэтому махнул всем рукой и сразу рванул домой. Мама обещала бефстроганов сделать и гороховый суп с копчушками; от одной мысли об этом рот наполнялся слюной, а в животе начинался ураган. Пожрать я всегда был не дурак, но теперь прям стал каким-то всеядным монстром. Хотя маме нравилось глядеть, как я уминаю все, что она приготовит. Вот и порадуем родительницу.