Пионер – ты в ответе за всё!

– Валим! – первым среагировал Шрам, стартовавший прямо из положения лежа. – Врассыпную!!!
И тут же, следуя его примеру, остальные братки кинулись бежать. Я их понимал, мало кому хочется на зону, и даже в какой-то степени относился к побегу философски, тем более что сделать ничего не мог, да и по большому счету они уже были и не нужны. В том, что Сикорский дожмет Козыря с компанией, я не сомневался, а Разрядники по сути обычные быки, не особо посвященные в их дела. Но глядя, как Слон перескакивает через сбитых с ног госбезопасников и скрывается в кустах, я не смог спокойно лежать и, подскочив, кинулся за ним.
Сожаление об импульсивном поступке мелькнуло и пропало, стертое азартом погони. Я мчался по Инюшенскому бору со всей возможной скоростью, огибая стволы деревьев, перепрыгивая канавы и ручьи и понимал, насколько круто прокачал нас Выгорский. Раньше я бы не смог с такой легкостью бежать по лесу, а теперь удавалось не снижать скорость даже на самых трудных участках. Не удивительно, что вскоре впереди замаячила спина Слона, успевшего оторваться и применяющего какую-то технику движения, но все равно проигрывавшего мне в скорости, а главное, в маневренности. Ведь ему двигаться через лес было гораздо сложнее, и сам Слон это понимал. Поэтому резко свернул с первоначального пути, устремляясь в просвет между деревьями, где виднелась стройка.
Не понимаю, чего всех бандитов так туда тянет, может, это подсознательное, мол, не встал бы на кривую дорожку, сейчас работал бы строителем, но выбора у меня не было, пришлось бежать за Слоном. Мы с легкостью перемахнули забор из бетонных плит и словно ветер взлетели по этажам, остановившись на последнем, шестом, если я не ошибаюсь. Здание представляло собой бетонный каркас, без стен и перегородок. То есть имелись колонны, держащие монолитные перекрытия, и, собственно, на этом всё. Не лучшее место для драки, но пойди объясни это Слону, он-то был настроен весьма серьезно, иначе не стал бы меня ждать.
– Ну что, крыса, вот мы с тобой и остались одни, – браток зло оскалился, поигрывая дубинкой. – Готов сдохнуть?
– Лучше сдайся, не доводи до края, – я попытался достучаться до его разума. – Раньше вы могли соскочить, но сейчас за вас взялось второе управление КГБ. А это полная жопа. Сдавайся, дави на то, что работал исключительно по заказу, как наемник, и отчалишь на зону. Лет семь придется отсидеть, тут уж ничего не поделать, зато будешь жив. А так можешь себе на вышку намотать.
– Завали хлебало, мразь!!! – вызверился на меня Слон. – Это все из-за тебя!!! Ты, сука, нас сдал!!!
– Ты дебил? – мое удивление было абсолютно искренним. – Это я заставил вас вымогательством заниматься? Или, может, я за ручку тебя в бандиты привел? Ты сам выбрал свою судьбу. Решил, что рожден не работать, а воровать. Так какого хрена сейчас выеживаешься? Вор должен сидеть в тюрьме, и выбор у тебя: или сесть, или лечь. Как по мне, тут даже думать не о чем.
– Заткнись на хрен!!! – Слон окончательно взбеленился и кинулся на меня, размахивая дубинкой. – Сдохни, сука!!!
Все-таки, несмотря на все мои читы, драться с энергетом выше тебя рангом очень тяжело. Я вроде не уступал Слону в скорости и техниках, но вдруг понял, что у меня тупо заканчивается энергия. Слишком много потратил до этого на поединок и бег по лесу. Это ощущение мне было хорошо знакомо, Выгорский не раз доводил меня до истощения, и для развития, и для того, чтобы я четко понимал, когда стоит поднажать, а когда отступить. Жаль только, что отпускать меня гопник был не намерен.
От первых двух ударов я увернулся, все-таки мобильность у меня была повыше, но все же пропустил идущий за ними хитрый финт, и Слон зацепил меня за предплечье. Китайская олимпийка тут же расплавилась, защита тоже, но свое дело сделала. Вместо серьезного ожога я получил лишь небольшой, но очень болючий.
– Ащщ-щ! – я отскочил, замахав рукой, пытаясь скинуть остатки черной жгучей жидкости, или что это там было, жгучая тьма, что ли. – Ну всё, сам напросился.
 
– Что, щенок, страшно помирать? – Слон был очень доволен собой. – Приготовься, сейчас будет гораздо больнее!
Я не ответил, внимательно следя за его движениями. В целом я уже вполне считал его стиль, даже сатори не понадобилось. Разнообразием техник и ударов он не блистал, это тебе не арнис с бешеным напором и далеко не родовой стиль Персивер. Так что я верил, что смогу закончить бой до того, как полностью обессилю. И дождавшись новой атаки, скользнул в сторону, делая один-единственный выпад дубинкой, но уже как положено, с техникой шока.
– Мля-я!!! – заорал Слон, хватаясь левой рукой за полностью парализованную правую, из которой выпало оружие. – Сука! Я тебя угондошу!!!
– Слон, это бесполезно, – я устало вздохнул. – Пусть я не сильнее тебя, но техничнее.
А в бою энергетов это зачастую важнее. Сдавайся. Если мокрухи на тебе нет, реально соскочишь на обычную уголовку. Конторе не до мелкой рыбешки, они поймали сома покрупнее.
– Завались! – браток был глух к голосу разума и, несмотря на неработающую руку и отсутствие оружия, снова напал.
Каюсь, это моя вина. Я не воспринял его всерьез. Без своей истекающей жгучей тьмой палки Слон был не опаснее дворового хулигана. Да, быстрый и сильный, но очень предсказуемый. Я собирался немного вымотать его и вырубить наверняка, но не учел, что мы не на специально подготовленном ринге. И пусть мне не мешали связки арматуры или сваленные кучей какие-то металлически детали, но здесь нельзя было учесть всего. Вот и я пропустил момент, когда Слон подцепил ногой не замеченный мною кусок арматуры и, подкинув, перехватил его левой рукой, тут же нанося тяжелый удар мне в голову.
Я успел его блокировать скрещенными над головой дубинками, не давая вновь появившейся жгучей тьме попасть мне на лицо, но пропустил тяжелый пинок прямо в грудь. Да такой силы, что меня просто швырнуло через весь этаж, и никакая защита не помогла. Я просто улетел, пару раз приложившись об пол, и скрутился в позу эмбриона на краю плиты, пытаясь вдохнуть хоть глоток воздуха. Дубинки потерялись где-то по дороге. В глазах плыло, а в голове билась только одна мысль – доигрался он на скрипке. Довыеживался.
– Ну что, крыса, теперь не такой дерзкий? – Слон был откровенно доволен, возвышаясь надо мной, хоть и выглядел не очень. – Понял теперь, кто тут хозяин?! Да я таких, как ты, пачками рву, ушлепок! Понял, да? А теперь молись. Я тебя, гнида кагэбэшная, долго убивать буду. Чтобы ты прочувствовал каждый удар! Чтобы у тебя мозги из ушей потекли, чтобы…
– Собхралхся бхить – нхе болтхай. – На то, чтобы дернуться вверх, втыкая ему палец в солнечное сплетение, активируя технику шока, у меня ушли все силы. – Отдохни… Э! Кхуда?!.
Разряд получился не слишком сильным и не смог гарантированно вырубить моего противника. Слон, увлекшийся живописанием моих будущих страданий, задрожал и начал заваливаться прямо на меня. Но в последний момент вдруг дернулся вперед, словно забыв, что там уже ничего нет. Я попытался схватить его за одежду, но руки еще плохо слушались и пальцы лишь скользнули по одежде братка перед тем, как он молча исчез за краем плиты.
– Живой? – Сикорский подошел со спины и сел рядом. – Как?
– Упал, – я вздохнул и отвел взгляд от тела, нанизанного на десяток прутьев арматуры, торчащих из будущей колонны. – Я его уговаривал сдаться. Убеждал. Но… блин. Это моя вина. Я его убил.
– Возьми себя в руки, сопляк! – голос Игоря Игоревича резанул словно хлыст. – Его убила гравитация и сопротивление при аресте! Понял? Он ведь сопротивлялся?
– Вот, – я продемонстрировал ноющее плечо. – Техника у него поганая… была.
– Дать бы тебе по башке за самоуправство. Вот на хрена ты за ним побежал?! Морду его срисовали, взяли бы потом по-тихому. – Сикорский буквально пыхал злобой, но потом вдруг успокоился. – Ладно, пошли. О том, что произошло – забудь. Тебя тут никогда не было, понял? Ты ничего не видел и не слышал. После начала операции скрылся в бору, опасаясь мести бандитов. Там и просидел до того момента, как все закончилось. Понял?!