Агония Титана (СИ)

- Ну, вспомнила? – усмехается Виера, принимая боевую стойку.
- Это ты, - шепчу я в полубреду. – Ты!..
- Да, детка, я. А теперь бери-ка в руки свои трезубцы и начинай нападать. 
Для нее это словно шутка. У меня мурашки прокатываются по телу, когда я смотрю в ее лицо, не выражающее ни единой толики сожаления. 
Внутри нарастает такая огромная волна ярости, что я физически ее ощущаю. 
Становится темнее. Резко темнее, и Виера выпрямляется, хмуро смотря на меня:
- Какого черта ты задумала, Алира?.. 
Я ничего не отвечаю. В районе солнечного сплетения образовывается воротка из которой начинают бить лучи яркого света. Я словно разрушаюсь изнутри, мое тело загорается неоново-голубым огнем. 
- Убей. Убей их всех. Заставь весь мир подчиниться.
Незнакомый, но одновременно родной голос звенит в голове. Я словно становлюсь кем-то другим, ощущая, как все тело пропитывает Сила. 
Вот оно. Настоящее могущество. И оно все мое. До капли. 
- Алира! – истерично кричит Виера, и я понимаю, что этот свет жжет ее, но не останавливаюсь, не собираюсь успокаиваться, а испытываю какое-то звериное удовольствие от того, что причиняю боль другому. 
- Алира! 
Гул вокруг нарастает. Я представляю себе то, как расщиплю на мелкие кусочки сначала ее, а потом и весь Хаят. Мне хватит сил. Я точно знаю это. Ощущение собственного могущества опьяняет, заставляя сжать кулаки и видя, как сквозь пальцы льется свет. А что, если я направлю его аккурат на уже сжавшуюся на песке Виеру, закрывающую голову руками?..
- Алира, остановись. 
Он словно падает с неба, приземляясь рядом и взрывая вокруг себя песок на несколько метров. 
- Уйти, Александр, - рычу я, испытывая ни с чем не сравнимую жажду мести. – Уйди прочь, если не хочешь пострадать. 
- Убей и его. Он заслужил это. 
Кажется, Александр усмехается. Кажется, он тоже слышит голос в моей голове. Я вижу, как он весь собирается и тьма затопляет его, отрезая корчащуюся Виеру от моего взора. 
- Не льсти себе. – Шаг. Еще один. – То, что тебе удалось ранить меня на Арканууме это лишь эффект неожиданности. – С трудом, но он уверенно продирается сквозь потоки света, источаемые моим телом, прикрываясь тьмой словно щитом. – Я не знал, что Ярузу удалось раскрыть твою силу. – Еще один шаг, и Александр вытягивает руку, хватая меня за горло. – Сила растет, Алира. Со временем. А я намного древнее тебя. Тебе понадобится тысяча лет минимум, чтобы называть себя равной. 
Я удивленно смотрю в его светящиеся глаза, чувствуя, как его пальцы все сильнее смыкаются на моем горле. Хватаюсь за его руку, стараясь ослабить хватку, и тут же свет проигрывает тьме, затухая, поглощаясь ею. 
- Александр… - хриплю я. – Пожалуйста… 
Воронка в груди пропала. Свет потух, вновь являя обычные краски дня. Пропала и моя жажда крови. 
Александр отпускает меня, бросаясь к Виере, и я падаю на песок, с ужасом понимая, что чуть не убила ее. 
Во мне словно теперь жила вторая личность. И она до смерти пугала меня своими непреклонными решениями. 
«Убей. Убей ее. Она заслужила это.» 
Мурашки расползаются по телу, когда я вновь слышу голос в своей голове. 
От мысли о том, что это может быть Астарта, меня накрывает приступ паники такого масштаба, что немедленно хочется бежать отсюда к чертям собачим. 
На что я еще способна?.. Кто я вообще такая?..
- Какого дьявола ты натворила? – орет Александр, ставя Виеру на ноги, предварительно убедившись в том, что она невредима. Я не успела нанести ей повреждения…
- Ты сказал, что боевые искусства помогут ей контролировать дар! – хрипит Виера.
- Так ты ее самоконтролю тут учила? – рычит Александр зло. 
Виера поджимает губы и отбрасывает меч в песок: 
- С меня достаточно. 
Она отряхивается и бросает на меня удушающий взгляд, прежде чем направится в сторону замка. 
- Виера! 
- С меня достаточно, Алекс, - произносит она не оборачиваясь и продолжая шагать. – Увидимся на Эвире. До этого мне лучше не соваться к твоей подружке, чтобы не расходовать ее ресурс на собственное убийство. 
 
Я бессильно сжимаю зубы и кулаки, смотря с ненавистью на ее удаляющуюся фигуру. 
- Поднимайся. 
Александр хватает меня за плечо, ставя на ноги одним движением.
- Не прикасайся ко мне! – ору я, чувствуя, как слезы подкатывают к глазам. – Ты знал! Ты всегда знал! 
Пальцы сотрясает мелкая дрожь, и Александр так и стоит напротив, строго смотря на меня. 
- Знал, - отчеканивает он. 
- И покрывал ее! Взял ее вину на себя! – воплю я, не узнавая собственного голоса. 
- Это и есть моя вина, - глухо произносит он. – Виера моя послушница. Она исполняет то, что я приказываю ей. 
- Но ты не приказывал ей убить Эмира! 
- Я приказал ей следовать за мной на Харваду. За Деей. И она исполнила. Все, что делает Виера – это моя ответственность. 
Я издаю какой-то вой или стон, вновь падая на колени в песок и закрывая лицо ладонями. 
Боль от потери Эмира накрывает меня всем масштабом. Его безжизненное тело на траве встает перед глазами, и я не могу остановиться, захлебываясь слезами, вспоминая моменты из детства, когда он сажал меня к себе на плечи и утешал, когда я разбивала колени об острые скалы. 
- Я убью ее, - шепчу я, словно в бреду. – Клянусь богом, убью… 
Вздрагиваю, когда моего плеча касается его теплая рука. Уверенность его касания, словно передается и мне. 
Но этого мало. Ничтожно мало для того, чтобы мне стало хоть чуточку легче. 
- Ты можешь сделать это, Алира, - очень тихим, ровным голосом. – Ты можешь убить их всех. Но подумай, кем ты сама будешь ощущать себя после этого. 
Я поднимаю на него глаза и хочу вцепиться ногтями в лицо. Хочется заорать, чтобы он катился ко всем чертям со своей долбаной философией. Хочется самого его расщепить на мелкие кусочки, но… Где-то в глубине себя я понимаю, что он прав. 
- Что мне делать… - тихо шепчу я. – Я не могу простить ей этого. Я не могу простить смерти Эмира… Мне так больно, Александр… Я очень хочу домой… 
Его рука, лежащая на моем плече, крепче сжимается. Он поджимает губы, а лицо словно кривится болью. 
А потом… Он вдруг осторожно, совсем не так как обычно, поднимает меня на руки, бережно прижимая к себе и произносит: 
- Я отведу тебя кое к кому. Вам давно пора было познакомиться. 
Ничего не спрашиваю. Просто не могу говорить. Чуть прикрываю глаза, нерешительно овивая его крепкую шею и чувствую, как легкие наполняются легким ароматом сандала. Его ароматом. 
- Я скучаю по тебе, - тихо шепчу я, когда мы взмываем в воздух. 
Я не знаю, слышит ли это Александр, или ветер и тьма, окутывающая нас, топят эту мольбу о помощи. Его пальцы на моем теле вздрагивают и Александр крепче прижимает меня к себе, порывисто вдыхая воздух возле моего уха. 
А потом мы поднимаемся еще выше, за границу белых облаков. 
  
Глава 32
 
Ветер колышет разноцветные выцветшие от яркого света ткани, развешенные на покосившемся ларьке. 
Редкие снующие люди, опасливо смотрящие на Александра и кейны, намного более облезлые на этой планете, чем в Хаяте. 
Я словно оказалась на задворках вселенной, где правит хаос и разрушение. 
- Что мы тут делаем? – тихо спрашиваю я, поправляя волосы, тут же напитавшиеся песком. 
Александр ничего не отвечает, в свойственной ему манере. Уверенно проходит вперед, отодвигая красную тряпку и делает мне приглашающий жест рукой. 
У меня нет ни единой причины бояться. 
Я уже поняла, что единственный, кого мне стоит опасаться – это сам Александр. Но сейчас, после этой вспышки гнева на арене, между нами словно установился хрупкий мир. Разруха в моей голове и сердце были такого масштаба, что хуже уже стать просто не могло. 
А потому, набрав в легкие побольше воздуха, а делаю несколько шагов вперед, входя в эту лавку и видя какие-то грязные жестяные миски на бедном, покошенном столе. Нехитрая мебель вся сплошь завалена тканями. Некогда прекрасными, но увядшими со временем.