Агония Титана (СИ)

Александр был в неизменном черном. Только пуговицы золотились на его брюках и рубашке, закатанной до локтей, открывающей вид на его сильные руки с длинными пальцами. Все его тело словно состояло из мышц и силы. Он источал ее. И рассматривая его строгий профиль, я невольно удивлялась тому, почему он выбрал меня. 
Женщины, попадавшиеся нам по пути во дворце и его садах, не сводили с Александра восхищенных взглядов. А я напряженно всматривалась в его реакцию, с непонятным облегчением понимая то, что он даже не обращал на них никакого внимания. 
Мне страшно хотелось, чтобы он взял меня за руку, чтобы провел шершавой ладонью по волосам… Но как только мы покинули комнату, Александр словно замкнулся в себе, вновь став непроницаемым и недосягаемым. 
Все к лучшему. 
Мне невыносимо само его присутствие. По венам словно разгоняется чистое пламя уже от того, что я просто чувствую запах сандала, которым покрыто его тело. Дыхание учащается просто потому, что тепло Александра обнимает правую сторону моего тела. А мы ведь даже не соприкасаемся! Он просто рядом со мной, а я уже задыхаюсь от его близости. 
Запретной близости… И мысль о том, что Гиб может даже сейчас наблюдать за нами, отчётливо напоминало мне о том, что на самом деле Александр – враг. 
- Хочу знать все, с самого начала, - произношу я, выталкивая непрошенные мысли из головы. – Откуда у нас… С Деей этот дар? – спина покрывается потом из-за того, что я чуть было не добавила «и Гибом». 
Я самая ужасная лгунья на планете. Так всегда говорил отец. И я с ним абсолютно согласна. 
Никогда не умела врать, и это было огромной проблемой во всем. 
- Я покажу тебе, где все началось, - улыбается Александр, к моему счастью, не обратив внимания на запинку в речи. 
Мы проходим сад, попадая в небольшое углубление под стеной, сырой коридор, наполненный звуками падающих капель. Солнечный свет не пробивается сюда, и я с опаской продвигаюсь следом за ним, замечая через его широкую спину тяжелую дверь впереди. 
- В подвалы меня ведешь? 
- А ты боишься? – не вижу его лица, но слышу улыбку в голосе.
- Еще чего, - независимо отвечаю я, и он начинается смеяться. 
- Маленькая смелая воительница Алира, - он открывает дверь, пропуская меня вперед, и когда я ровняюсь с ним, Александр делает молниеносный бросок вперед, зажимая меня у двери так, что дыхание сбивается. – Попалась!..
- Ненавижу, когда ты так делаешь… - шепчу я, слыша, как голос моментально становится хриплым, а тело горит в тех местах, где его касаются руки Александра. 
- Так мне убрать их?.. – сводящим с ума шепотом, целуя меня в скулу, а потом в подбородок. Рука начинает сжимать грудь, и я широко распахиваю глаза от этого касания сквозь легкую ткань. – Я уже говорил, что платья идут тебе много больше, Алира?..
- Потому что… - его рука продолжает сжимать мою грудь, а пальцы дразнят затвердевший сосок. – Потому что так тебе проще мучить мое тело…
Жар внизу живота расползается по бедрам, заставляя колени дрожать, но Александр вдруг отпускает меня, делая шаг назад. 
- Мучить? – его брови сходятся на переносице. И пусть дыхание до сих пор учащено, я вижу, что он больше не хочет касаться меня. – Считаешь, я «мучил» тебя вчера… И сегодня?..
Опасные нотки в его голосе настораживают, но меня начинает нести. 
Голова взрывается от ощущения того, что я «должна» чувствовать и тем, что я чувствую «по-настоящему». 
- Ты применил ко мне силу, - упрямо произношу я. 
- Я применял к тебе силу всю ночь? – его губы кривит усмешка, но ноздри начинают раздуваться гневом. 
Щеки опаляет жар стыда, когда я понимаю, что он действительно прав. И на это мне нечего сказать. Я только упрямо поджимаю губы, и никак не могу отделаться от ощущения присутствия третьего человека во всей этой сцене…
Александр бросает на меня хмурый взгляд своих светящихся глаз, а затем проходит внутрь помещения, позволяя мне выдохнуть. 
Тут только я обращаю внимание на то, где мы оказались. 
Огромное пространство, мощеное бетоном, посреди которого растет дерево с розовыми листьями. Толстый ствол прорастает красными корнями в бетон, нещадно взрывая его. 
 
- Что это такое? – зачарованно произношу я, подходя ближе и видя, что над деревом пробита дыра, сквозь которую на него падают лучи света. 
- Священное древо Хиджи, - голос Александр эхом разлетается по помещению. - Именно его корни расползаются по всему комплексу планет Эрлис Луванга. 
- Но как они могут быть на всех планетах? – удивляюсь я. 
- Когда-то это все было единым организмом, - чуть хмурясь, произносит он. 
- На сколько давно? – осторожно интересуюсь я. 
- Очень давно, - с нажимом отвечает он, - тогда еще и твоих прабабок в планах не было. 
- А ты был, можно подумать, - я недовольно складываю руки на груди, но напрягаюсь, видя его насмешливый взгляд. – Если… если я спрошу, ты ответишь мне честно? 
- Если твой вопрос покажется мне интересным, - усмехается он. 
- Сколько тебе лет? – выпаливаю я, видя, как Александр расплывается совсем в мальчишеской улыбке. 
- Хм… Скажем так, Алира… Я на очень, очень, очень, очень много старше тебя. 
- Конкретнее можно? – хмурюсь я, а в голове какой-то хаос. 
Я слышала о людях, способных жить довольно долго. Воины шивари могут жить около восьмиста лет. Но о тех, кто когда-либо прожил больше тысячи, не было упоминаний в учебниках по истории. А мы с Деей и Гибом обучались вместе. И частенько доставали своих учителей. Потому я и была уверена, что эту информацию помню достоверно. 
- Спроси о любом известном тебе времени с планет вашего Альянса, и я расскажу тебе о нем, - отмахивает Александр. 
- Сколько? – не сдаюсь я. – Тысяча? – он кривит лицо. – Две? – снова усмешка. – Три?.. Четыре?.. – с каждой новой цифрой, мой голос звучит все глуше. 
- Не забивай себе голову, - наконец, произносит он. – Я уже и сам не помню, Алира. 
Мне ужасно не по себе, и я смотрю на древо Хиджи, видя, как его листья вибрируют, словно на ветру. Но дело в том, что в это помещение ветер не проходит…
- Почему это дерево священное?
- Таковое оно только для нас, потомков планеты Эвир. Это не полное название, - добавляет он, видя, как я смотрю на него. – Лишь первые три буквы. Остальное не переводится ни на один из ваших межмировых языков. 
- Я никогда не слышала о такой планете, - хмурюсь я. 
- Потому что она не из вашей вселенной, - глухо отвечает Александр. – Как и дар, которым обладаешь ты и Дея. 
Я внимательно изучаю его профиль, устремленный на древо Хиджи:
- То есть… Мы с ней тоже не из этой вселенной, ты это хочешь сказать? 
- Нет, вы с ней вполне обычные уроженки Альянса Пяти планет. Все дело в том, что вы получили то, что вам не причитается. 
- Как это понимать? – хмурюсь я. 
- Не кипятись, Алира, - усмехается Александр, подходя ближе к древу, и чуть опуская одну из ветвей, на которой, мне мерещится, я вижу маленький плод, сияющий неоново-зеленым светом. – Так думают лишь некоторые из нас. 
- Но не ты?..
Он молчит, задумчиво изучая ветви, а потом вновь переводя взгляд на меня: 
- Просто держись подальше от обитателей дворца, и все будет хорошо. 
- Держаться поближе к тебе, ты хочешь сказать? – не могу сдержать усмешки, и вижу, как губы Александра сжимаются в тонкую нить. 
- Только если ты умная, Алира. 
- А если я не умная, Александр? Что? Что тогда ты будешь делать? Запрешь меня в комнате? Сделаешь так, чтобы я никогда не покидала ее пределов? – не замечаю, что с каждым предложением мой голос становится на тон выше, а лицо Александра все темнее. 
Он делает несколько шагов, занося руку так, словно собираясь меня ударить, но я не отворачиваюсь, не сжимаюсь… Честно говоря, мне даже хочется, чтобы он это сделал. Хочется, чтобы он показал себя настоящего. Того монстра, каким ему и надлежит быть. Чтобы я могла возненавидеть его всей душой. Чтобы мне никогда не хотелось больше чувствовать на себе его прикосновений…