Агония Титана (СИ)

К моему удивлению, Дея усмехается: 
- Подобная привязанность может произойти только с жертвой. А ты, Алира, никогда не будешь жертвой. 
Мне становится неуютно. Отвратительно неудобно и хочется уйти. Последнее, чего мне хочется – говорить об Александре и своих ненормальных эмоциях к нему. 
- Он говорил с тобой?
- Мельком, - пожимает плечами Дея. 
- И?..
- Из этого разговора стало ясно лишь то, что жениться он на мне не собирается, - грустная улыбка на ее лице, от которой мне вновь хочется вырвать ему сердце. 
- А что… Что тогда? – хмурюсь, понимая, как садится голос. 
- Узнаем завтра. Эта… Виера… Она оставила для меня платье и сказала быть готовой к завтраку. Меня представят местным… Местной власти. 
- Зачем еще? – хмурюсь я, но Дея только пожимает худенькими плечами. То, как безразлично она делает это, вновь наводит меня на мысль о том, что какая-то часть души в ней просто погибла. Не выдержала той боли, что принесла за собой возможная смерть отца. Очень возможная…
- Мне страшно, Алира…
И я прижимаю ее крепко к себе, целуя в голову. 
- Не бойся… Не бойся, дорогая… Мы должны быть сильными. Как бы трудно это ни было. 
Я укачиваю ее на руках, и в какой-то момент Дея перестает дрожать, произнося очень тихо:
- Мама и Диана всегда рассказывалы мне истории про принцесс с Земли и далеких галактик. Расскажи и ты…
- Что рассказать, дорогая?
- Историю… Она бы меня успокоила…
- Какую?..
- Про любовь…
И я впадаю в ступор, потому что не знаю ни одной подобной. Ни одной, которая могла бы успокоить ее, помочь справиться с обстоятельствами, в которых мы оказались.
- Расскажи… - шепчет Дея, и я сдаюсь, начиная сочинять на ходу дурацкую сказку, про девушку, которая была любима всеми и никогда не знала горя. Она встретила прекрасного принца…
- А какие у него были глаза?
- Голубые… - на автомате выдаю я, и вздрагиваю, сама пугаюсь тому, чей образ представляла в голове. Но Дея, кажется, ничего не замечает. 
Она изредка перебивает меня, спрашивая все новые подробности, но в конечном итоге, начинает дремать у меня на плече. 
И чуть позже, я помогаю ей переместиться на кровать и поправляю ее одеяло, убирая волосы со лба. 
Выходит так, что мне нужно быть сильной за нас обеих, а потому я не позволяю себе раскиснуть, возвращаясь в свою собственную комнату. 
И тут же вся напрягаюсь, чувствуя необъяснимое чужое присутствие.
- Александр?.. – зову я, вглядываясь в темноту, и даже заходя в купальню. 
Но это не он. 
Я и так знала это. Не та энергетика, не тот запах. И я вновь подозрительно оглядываю каждый уголок, не понимая, почему словно ощущаю на себе чужой взгляд. 
И лишь убедившись в том, что это все мои напряженные нервы, я позволяю себе лечь в купальню, украшенную цветами и наполненную для меня заботливыми послушниками.
  
Глава 13
 
От всей этой помпезности ему блевать хотелось. 
В тронном зале набилось там много надушенных и напудренных кретинов, что Александр едва ли не начал ностальгировать по временам, когда жил на родной планете. 
Да, титаны были скорее жестоки, но они никогда бы не превратили себя в это сборище никчемных, жадных до власти слабаков, все еще мнящих себя теми, кем были их далекие предки. 
- …Мы собрались здесь для того, чтобы быть свидетелями того, как наследие Эвира вновь засияет своей мощью…
Эра трепалась уже так долго, что у него затекли ноги. Речь наполненная брехнёй и пафосом. 
«Эвир». Усмехается тому, что эта мнящая себя богиней баба не знает даже древнего языка, называя планету по первым трем буквам. 
Что ж, возможно, он и вовсе один из двоих, кто до сих пор знает этот язык. 
Со стороны Александр выглядел абсолютно в своем духе: непроницаемый, мрачный, окутанный тьмой, которую еще больше подчеркивали цвета его камзола: черный с золотом. 
Он не любил демонстрировать свою силу, но сегодня это было необходимо. 
Здесь собрались все потомки Эвира. Все до единого. Не более семиста человек, - вот, что осталось от их планеты. И все они жаждали чуда. 
 
- …Александр был прощен, и оправдал наше доверие. 
Все глаза присутствующих обращаются к нему, и ноздри Александра начинают трепетать от бешенства. 
Эра смотрит на него победно, она давно хотела пустить эту шпильку. Показать всем своим подданным, что этот пес жрет у нее с руки. 
И он, беря себя в руки, чуть склоняет голову, позволяя Эре создать иллюзию того, что это действительно так. Что он жаждал присоединиться к их гребаному высшему обществу. И что она его контролирует.
- Приведите же девушку! – командует Дэус, даже не вставая со своего золоченого трона. 
Сбитая с мысли Эра недовольно поджимает губы и возвращается на свой трон поменьше, подле мужа. 
И все-таки Дэус настоящий идиот, раз не видит того, что эта змея уже напустила яда в рот для укуса. 
Александр даже не сомневался в том, что если Эра получит хоть толику Силы, Дэусу тут же придёт конец. Она уничтожит мужа самым жестоким из возможных способов.
Послушники распахивают двери, и в зал вплывает улыбающаяся Виера в черном платье с высоким воротником. При этом вырез идет от шеи до пупка, а от бедра он следует от самого основания. 
Александр усмехается, видя, как она с вызовом и наглой улыбкой оглядывает мужиков, пускающих на нее слюни. На фоне Виеры, девушка, семенящая сзади в платье из голубой полупрозрачной ткани, кажется просто жалкой тенью. 
Его невеста.
Усмехается, вспоминая глаза Алиры, когда она заявила это. 
Как этот бред вообще мог прийти к ней в голову? 
Дея была миленькой, хрупкой девочкой. Он бы сломал ее за несколько часов. Он и сделал это, по сути. 
Сам не желая того. 
Просто зашел к ней в комнату, объявить, для чего она нужна ему, но Дея тут же принялась рыдать, вводя его в ступор. 
Женские слезы злили его. Это всегда манипуляция. А Александр ненавидел, когда им пытались управлять. 
Дея, схватившая ножницы и начавшая отрезать себе волосы у него на глазах не вызывала ничего, кроме удивления. 
«Раз я не нужна тебе, то изуродую себя!». 
И в тот момент он понял, что с него хватит. Дею била натуральная бабья истерика. Он не хотел даже вникать в это. А потому вышел, хлопнув дверью, и посылал к ней Виеру, чтобы доносила его приказы и следила, чтобы та не сдохла раньше времени. 
И сейчас он лишь дивился тому, что дар Сияющей мог передаться этой маленькой девочке после Астарты. 
На его планете верили в реинкарнацию. Как минимум, в реинкарнацию дара. Сила выбирала схожие души. Всегда. И Дея была непригодна для этого, по его мнению. Увидь все это Астарта, наверняка бы начала пылать яростью. Сила Сияющей куда больше подходила Алире…
Усмехнулся, тут же почувствовав, что его что-то кольнуло в груди. 
Невозможно… Энже не посмела бы…
Громкое позвякивание колокольчиков выдернуло его из мыслей. 
Каждый в этом зале, каждый кроме него, держал в руках два крошечных колокольчика, перевязанных между собой и позванивал ими, выражая бурные эмоции. 
И сейчас этому способствовало появление Энже. 
Волосы этой женщины со строгим лицом уже окрасились сединой, но осанка не потеряла своей гордости. 
Она прошла вдоль рядов высокопоставленных и послушников идеально прямо, поклонившись Эре и Дэусу. 
- Мы ждали этого дня, Энже, - лицо Эры сводит судорога улыбки. – Ты сказала, что сможешь открыть спрятанный дар, и теперь пришло твое время.
Да, только дело все в том, что она же его и скрыла. Но об этом знал только Александр.
Энже встречается с ним тяжелым взглядом, и он чуть кивает, видя, как она подходит к дрожащей внучке. Что-то шепчет ей на ухо, и он настораживается, видя, как Дея кивает. 
- Вселенная скрыла от нас дар Сияющей, - громыхает Эра, вызывая головную боль своим голосом. – Но Энже, присоединившаяся к нам, сумела разгадать Уравнение Вселенной. Она высвободит дар и подарит его нам!