Путь среди звезд для землянки (СИ)

— Я с планеты Земля. Вы называли ее Ки, — ответила я.
Я с вызовом глянула на него, ища проявление отношения господина к рабам. И не ошиблась. В его глазах мелькнуло нечто.
— То есть ты киэнгир? — удивленно спросил Хендурсанга. — Но откуда у тебя такие силы, что именно тебя отправляют с таким задание на эту планету? И ты должна…
— Ничего не должна, — перебиваю я. — Ни тебе, ни кому — то еще. Я сказала, что я землянка, а не киэнгир. Я не потомок тех, кого создавал Энки — это они киэнгиры. Во мне достаточно крови лахму, атлантов и тиаматов. А то, что я попала к аннунакам, просто результат того, что мои мозговые волны активировали телепорт и меня перенесло на Нибиру. Мое земное наследие позволило мне управлять кораблем, во мне оказалась сила золотого сияния, достаточная чтобы в одиночку управлять Нибиру. Но никогда и, ни при каких обстоятельствах я больше не советую меня называть киэнгиром и говорить, что я что-то аннунакам должна, эн Хендурсанга.
— Ты, киэнгир, не смеешь говорить со мной в таком тоне, — угрожающе сказал Хендурсанга.
— Ты, похоже, меня не услышал. Но давай, продолжай. Очень интересно, как ты будешь призывать меня к порядку, — зло усмехаясь, сказала я.
В ту же секунду вокруг меня вспыхнула моя защитная сеть. А Хендурсанга, казалось, весь вспыхнул огнем. Вал огня, понеся в мою сторону. Я, молча, смотрела на это и ждала, что будет дальше. Как и ожидалось — ничего. Волна огня обтекала меня, поджигая все вокруг, до чего могла достать.
— И как, долго до тебя будет доходить, что ты ничего мне сделать не можешь? — сказала я. А то мне уже скучно. И пора идти. Давай, покажи мне свое супер-аннунакское превосходство.
— Я заставлю тебя подчиняться, — шипел Хендурсанга, посылая волны за волнами огня — Ты покоришься моей воле.
— Ты сейчас сожжешь свой корабль, вот все чего ты добьешься. Смирись, ты ничто против меня. Вот за это я вас, аннунаков, и ненавижу. Ничего из себя не представляют, а туда же — вершить судьбы всех живущих. Не зря вас всех изгнали из вашего же мира, — сказала я. — Еще раз повторю, может, услышишь: я не киэнгир.
Хендурсанга будто озверел. Он просто бросился на меня. Сеть тут же среагировала на это и опутала его черно-золотыми нитями, приподняв над землей. Его огонь погас. И, видимо, сеть сжимала его настолько плотно, что он с трудом дышал. Я не могла понять, чего во мне сейчас больше — злости или грусти.
— Ну что? Ты все так же уверен в своем превосходстве надо мной? — спросила я. — Ты понял, что я не киэнгир?
Хендурсанга молчал, только злобно смотрел на меня. Тут сеть немного сжала его и он застонал.
— Вот даже сейчас, после стольких проблем: вас изгнали, материнская планета взорвалась, вас почти не осталось, вы осуждены судьями, но ты продолжаешь считать себя венцом творения. Ты почему-то уверен, что тебе кто-то что-то должен. Да ты сейчас остаешься живым только потому, что ты похож на аннунака, которого уже, к моему горю, нет в живых, единственного порядочного из вас. Только твое сходство с ним дает тебе пока шанс на жизнь, — сказала я. — И это не я вам что-то должна, а ваша раса мне должна. Вы испоганили мою жизнь, вырвали из привычного мне мира, хотели стереть мне личность и убили того, кто был мне дорог.
В этот момент ко мне бросилась женщина и упала мне в ноги с криками, чтобы я отпустила Хендурсангу.
— А где ты была, когда он пытался спалить меня своим огнем? Почему так же не пыталась остановить? — спросила я ее. — Ему это вполне могло удаться, если бы не моя сила. А сейчас я должна его отпустить только потому, что ты так просишь?!
После этих слов я слегка наклонилась к женщине. В это время в путах сети задергался Хендурсанга из последних сил шипя: «Нет, нет»
— Успокойся, я не собираюсь ее убивать. Я — не вы, — сказала я ему. — Я собираюсь сейчас уйти отсюда и не желаю слышать ничего о том, что я якобы что-то должна вам всем вместе взятым и каждому в отдельности. А ты, эн Хендурсанга, только попробуй что-нибудь мне сказать или сделать — пожалеешь. Запомни, не ее слезы, а твоя внешняя схожесть с Ишумом спасают тебя на этот раз. И не пытайтесь никогда меня искать. Больше не пожалею.
 
После этих слов, моя сеть отбросила Хендурсангу метров на десять от меня. Женщина тут же кинулась к нему.
— Нибиру, скажи мне, что я правильно поступаю? — мысленно сказала я.
— Ты правильно поступаешь, — отозвался Нибиру.
— Это на самом деле так или это просто повтор моих слов? — спросила я.
— Я так считаю. Видишь ли, уничтожать их — не самая разумная идея, — отвечал Нибиру — Раз им не стерли память, при этом отправив сюда, значит, они вполне адаптированы для нормального сосуществования с другими расами и войны затевать не будут. Кроме того аннунаков мало. Когда-нибудь ты родишь ребенка и ему нужна будет пара. А где ее искать как не среди аннунаков. Хендурсанга был очень вспыльчивый, но дураком никогда не был. Он сбежал с Нибиру от Энлиля. С ним покинули клан еще часть аннунаков. И как-то все это время он умудрился выживать и раз он прилетел сюда, то у него это вполне неплохо получилось. Я уверен, что он обдумает вашу встречу и все, что произошло сегодня еще не раз. И больше такого не произойдет. Урок он усвоит.
— Ладно, давай отправимся сейчас на Сириус. Мои дела тут закончены. Надеюсь, что я никогда сюда не вернусь, — сказала я.
Я еще раз глянула на Хендурсангу и женщину: она уже умудрилась поднять его, и он просто сидел на земле. Смотрел на меня, пока она хлопотала вокруг него. Неужели ждет от меня каких-то еще объяснений? Остался жив после того, что устроил — пусть спасибо скажет. Я воспроизвела мысленно координаты Сириуса и через секунду оказалась на площади перед зданием, которое выглядело, как будто состояло из гибких лиан, которые охватывали по всей площади стен каркас из стекла. Это было очень необычно и красиво. Я подошла ближе. Передо мной тут же откуда-то вырос голографический помощник и сообщил, что это здание Центрального межгалактического Совета, а так же спросил чем он может мне помочь.
Я какое-то время рассматривала его. Светло-голубая кожа, большие, раскосые, широко расставленные глаза, очень маленький нос. При всем желании за человека не примешь. Так вот они какие, эти сирианцы.
— Они не только такие бывают, — тут же активизировался Нибиру. — Бывают с еще более белой кожей, а бывают с очень темной. У них есть разнообразие в этом вопросе.
— что мне спросить у этого помощника? Куда мне надо? — спросила я Нибиру.
— Скажи, что ты аннунак, прибыла на обучение и тебе было велено явиться в межгалактический Совет, — посоветовал Нибиру.
— Но я не аннунак, — сказала я.
— В тебе есть их кровь, — ответил Нибиру.
Я послушно повторила все, что мне предложил озвучить Нибиру. Буквально тот час же из здания вышла белая фигура и поспешила к нам. Это была очень юная девушка. Такая же голубокожая, как и голографический помощник, девушка. С такими же раскосыми глазами. Ростом она была с меня. На ней был бирюзовый брючный костюм.
— Приветствую, я провожу вас в зал Совета. Встречать вас поручили мне, потому что земляне воспринимают лучше женщин-сопровождающих, — защебетала сирианка. — Меня зовут Иса.
— С чего вы взяли, что я землянка? Я сказала, что я — аннунак, — спросила я резко.
— Совет предупрежден о том, что вы явитесь. Судьи не только сообщили о вас, но и дали нам ваше изображение. Так что мы знаем откуда вы, — так же бодро ответили мне.
Тем временем мы уже зашли с ней в это необычно и красивое здание. Иса шла чуть впереди, а я чуть сзади. И вот мы зашли в лифт с прозрачными стенами. Одна из стен позволяла увидеть панораму города. Было страшновато, но красиво: я видела бескрайний зелено-серебристый город. И вот мы приехали. Коридор, по которому меня вела Иса, был бело-голубого цвета. И вот мы с ней входим в зал. Я оказываюсь на небольшом пьедестале в центре зала. Что-то я перестала любить залы и большие собрания. Неприятные ассоциации. Я, молча, разглядываю присутствующих, они разглядывают меня. Молчание затягивается. Все же один из сирианцев решил начать первым разговор со мной.