Однажды в Голливуде

О чем Рик не знал — и не узнает еще очень долго, — так это что он страдал от болезни, которая в те времена была очень плохо изучена. Еще в школе у Рика случались резкие перепады настроения. Его тоска была тоскливее, чем у многих, а радость часто граничила с сумасшествием. Но после завершения контракта с «Юниверсал» на четыре фильма (особенно после «Солти, говорящей морской выдры») его хандра, казалось, пробила дно. Особенно вечерами, когда он оставался наедине с собой, когда одиночество, скука и самобичевание сходились вместе и устраивали у него в голове фестиваль ярого отвращения к себе, и облегчение приносило единственное лекарство — «Виски сауэр».
Семь месяцев спустя, когда Рик уже вернулся из организованной Марвином Шварцем командировки в Италию, причем с новехонькой женой-итальянкой, ему позвонил его давний наставник — режиссер Пол Уэндкос. Они не виделись три года, и Рик был рад услышать его голос.
— Алло, — сказал Рик, взяв трубку.
— Далтон, старый лентяй, привет, это Уэндкос.
— Привет, Пол, как поживаешь?
— Как я поживаю? Это ты как поживаешь? — сказал Уэндкос. — Я слышал, в твой дом ворвались какие-
то грязные хиппи, а ты показал им настоящего Майка Льюиса.
Рик скромно посмеялся.
— Я на самом деле только осознал разницу между мной и Майком Льюисом. Он убил сто пятьдесят нацистов и даже глазом не повел. Я спалил одну мелкую хиппарку и чуть в штаны не наложил.
— Ну, если честно, Рик, — сказал Пол, — Льюис, убивая людей, и глазом не повел не потому, что он храбрец, а потому, что ты играть не умеешь.
Оба засмеялись.
Что имел в виду Уэндкос: едва Рик прилетел с новой женой из Рима и вернулся в свой дом в каньоне Бенедикт, как к нему вломились трое хиппи (две девушки и парень), вооруженные мясницкими ножами и пистолетом, и стали угрожать его семье. Разговор был короткий: в жестоком бою Рик и Клифф прикончили всех троих нарушителей. Клифф, защищая жену Рика, Франческу, в гостиной расхерачил в труху бошки парню и одной из девушек. Рик в момент нападения плавал в бассейне в надувном кресле, и девчонка-хиппи едва не подстрелила его из пистолета. «Эта сраная хиппарка за малым голову мне не снесла!» — сказал он позже органам правопорядка.
И словно бы в сцене прямиком из фильма Уэндкоса «Четырнадцать кулаков Маккласки», Рик поджарил нападавшую из учебного огнемета, который хранил в сарайчике для инструментов еще со времен съемок. («Поджарил сраную хиппи до хрустящей корочки», — рассказывал он позже одному из соседей.)
С какой именно целью вооруженные хиппи ворвались в дом, так и осталось загадкой. Но что намерения у них были недобрые — это факт. Когда Клифф спросил парня, что ему нужно, парень приплел Сатану: «Я дьявол, и я пришел делать дьявольскую работу».
Полиция предположила, что нарушители были под кислотой и собирались провести сатанинский ритуал. Лишь одно очевидно: эти ебучие хиппи явно ошиблись адресом.
На следующий день новость о приключениях Рика была повсюду, о нем говорил весь город. С местных телеканалов новость перебралась в федеральные вечерние новости — а потом загремела на весь мир. Образ Джека Кэхилла, поджарившего троих лохматых хиппи огнеметом из «Четырнадцати кулаков Маккласки», будоражил воображение. И очень скоро вся эта ночная передряга превратилась в символ: Рик Далтон, бывший ковбой из телесериала, стал чем-то вроде фольклорного героя никсоновского «молчаливого большинства» [21].
Новый виток его популярности не пропустили и в индустрии. Вскоре Далтону предложили роль приглашенной звезды в сериале «Миссия: невыполнима» Брюса Геллера, одном из самых популярных на ТВ. После случая с огнеметом «TB-Гайд» сделал профайл Рика (уже третий в этом журнале). И его впервые пригласили на «Вечернее шоу Джонни Карсона». Появление Рика в гостевом кресле у Карсона наделало много шума, и с тех пор на протяжении семидесятых Карсон звал Рика по поводу каждого его кинофильма, телефильма, заметной гостевой роли или сериала. Позже Далтон признался Клиффу: «В конечном счете проклятые хиппи оказали мне услугу».
 
Пол Уэндкос звонил Рику не просто потрепаться. Это был звонок, о котором мечтает каждый актер. Он звонил узнать, свободен ли Рик. Уэндкос собирался делать фильм о Второй мировой войне со студией в Англии и съемками на Мальте. Случай с поджаренными из огнемета хиппи не только поднял акции Далтона как актера, но и подарил вторую жизнь фильму Уэндкоса «Четырнадцать кулаков Маккласки».
Он готовил фильм для небольшой британской продюсерской компании «Оакмонт Продакшнс», у которой был договор на международную дистрибуцию с MGM. Компания «Оакмонт» специализировалась на среднебюджетных боевиках о Второй мировой с британскими актерами во всех ролях, кроме главной — ее обычно играл американский актер из телика. Например, в «Атаке 1000 самолетов» Бориса Сагала снимался Кристофер («Крысиный патруль») Джордж; в «Эскадрилье ,,Москито“» — Дэвид («Агенты А.Н.К.Л.») Маккаллум; в «Субмарине Х-1» Билли Грэма — Джеймс Каан, еще до «Крестного отца», но после «Эльдорадо»; в «Последнем побеге» Уолтера Громана — Стюарт («Симаррон Стрип») Уитман; а в «Штурме железного побережья» Уэндкоса — Ллойд («Морская охота») Бриджес. Уэндкос готовился снять еще один приключенческий боевик о морской пехоте с кричащим названием «Адские лодки». Изначально на главную роль рассматривали блондинистую телезвезду Джеймса («Мистер Новак») Францискуса. Но когда Францискус застрял на затянувшихся съемках «Под планетой обезьян», Уэндкос был вынужден начать подыскивать другую американскую телезвезду. И, как и в случае с «Маккласки», когда выбыл из игры сломавший плечо Фабиан, Уэндкос подумал о Рике Далтоне. И вот не успел Рик глазом моргнуть, как он и Клифф уже летели в Лондон, а затем на Мальту, чтобы в течение пяти недель сниматься в «Адских лодках».
Все фильмы «Оакмонт Продакшнс» были на одно лицо, выделялись разве что «Эскадрилья ,,Москито“» и «Штурм железного берега». Но в своей весовой категории они были весьма ничего. Нескучные, хоть и ничем не выдающиеся поделки. Когда в 1970-м «Адские лодки» прокатывали в США, они шли прицепом в двойном сеансе вместе с бодрым итальянским боевичком «Гнездо шершней» от Фила («Адское пламя, штат Техас») Карлсона с Роком Хадсоном и Сильвой Кошиной в главных ролях. Сюжет почти дословно повторяет «Четырнадцать кулаков Маккласки», с тем лишь отличием, что вместо Рода Тейлора, возглавившего банду ублюдков, чтобы взорвать дамбу и затопить нацистскую крепость, в главной роли там Рок Хадсон, возглавляющий банду военных детей-сирот, чтобы взорвать дамбу и затопить нацистскую крепость. В общем и целом неплохой вариант, чтобы сходить в кино в 1970-м.
Благодаря «Адским лодкам» Далтон получил не только еще одну главную роль в студийном кино, но и возможность восстановить отношения со своим наставником, режиссером Полом Уэндкосом. А тот, не теряя времени даром, завербовал Далтона в свой новый фильм. Несколько лет назад, снимая для студии «Мириш» третью часть «Великолепной семерки», он хотел позвать Далтона сыграть персонажа Маккуина из первой части. Но Рик тогда не смог — застрял из-за контракта с «Юниверсал», где снимался в паре с водным грызуном. Уэндкос так хорошо справился с задачей, что студия «Мириш» предложила ему снять и четвертый фильм, в то время носивший рабочее название «Пушки для великолепной семерки». Автором сценария был Стивен Кандел, уже писавший для Уэндкоса «Битву за Коралловое море», где Далтон и Уэндкос впервые поработали вместе. По сценарию главный герой Крис (в первых двух фильмах его играл Юл Бриннер, в третьем — Джордж Кеннеди) и шесть его товарищей сражаются с мексиканским бандитом, который выдает себя за революционера по имени Кордова. Армия Кордовы насчитывает сотню бойцов, и на вооружении у них шесть угнанных у армии США пушек.
 
Крис и его Великолепная семерка, отправленные в Мексику самим генералом Джоном Дж. Першингом, должны проникнуть в неприступную крепость Кордовы, уничтожить пушки, захватить Кордову и доставить в США, чтобы уже там он предстал перед судом. Как говорит Крису генерал Першинг — и звучит он при этом словно самоуничтожающаяся запись из сериала «Миссия: невыполнима»: «Если согласитесь на задание, у вас не будет ни полномочий, ни приказов, ни формы. Если вас поймают, вам конец». Все это очень напоминало вестерн-версию «Миссии», что, в общем, неудивительно, учитывая, что Кандел когда-то был старшим редактором сценариев для того сериала. Работая над сюжетом, он предположил, что роль предводителя команды Криса повторит Джордж Кеннеди. На протяжении всего сценария возникают отсылки к огромной фигуре Криса. Но сценарий так понравился братьям Мириш, что они решили найти кого-то получше Джорджа Кеннеди. И предложили фильм Джорджу Пеппарду. Пеппард отнесся к материалу благосклонно, но играть был готов только с одним условием. Он ни за что не хотел быть третьим актером в роли Криса в четвертом по счету фильме о Великолепной семерке. Поэтому попросил избавиться от всякой связи с семеркой и назвать персонажа как угодно, только не Крисом. Кандел переписал сценарий, и персонаж Леппарда вместо Криса стал Родом. А команду пришлось сократить с Великолепной семерки до Великолепной пятерки. Да и название сменили на «Пушку для Кордовы». Уэндкос предложил Далтону вторую по значимости роль в команде — Джексона Харкнесса. Но в этот раз роль второго лейтенанта не была калькой с Маккуина. Динамика отношений Рода и Джексона очень напоминала оную между Грегори Пеком и Энтони Куинном в «Пушках острова Наварон». Персонаж Далтона винит в смерти своего брата персонажа Леппарда, своего бывшего друга. Герой Рика соглашается отправиться в Мексику и уничтожить Кордову с его пушками, но дает клятву: если они выживут, он лично убьет Рода.