Выживальщик (СИ)
— Для доклада нужны факты. Мои… наши предположения начальство не заинтересуют. Сейчас полчаса законного отдыха, а после займёмся эксгумацией трупов. Я должен быть полностью уверенным, что захоронены именно те, чьи нашивки весят на крестах.
Малюта почесал кадык, основательно заросший щетиной.
— Побриться бы.
— Плохая примета. Вот закончим операцию, тогда и займёмся гигиеной. В баньку пригласишь? У вас в гарнизоне она по любому лучше, чем в Москве.
Начать решили с могилы Завьяловой. Судьба девушки-контейнера интересовала в первую очередь. К тому же, судя по приготовленным герметичным кейсам, похожим на термосы в хромированном стальном корпусе, ребята собрались брать образцы для последующих лабораторных анализов.
Карач и Жимба ловко орудовали найденными в хозблоке лопатами. Тунгус слонялся по округе, пытаясь по следам воссоздать произошедшие здесь события. Духан вёл наблюдение.
Тело нашли на достаточно большой глубине. Выживальщих явно опасался вмешательства хищников и падальщиков больше, чем каких-то экспертиз. Прекрасно понимал, что зверь, даже очень голодный, на такую глубину прорыть не способен, а вот человек, вооружённый шанцевым инструментом сподобится и не на такое.
Дело в том, что и командир ликвидаторов, и безопасник подспудно крутили версию некоего обмана со стороны проводника. Возможно, пытаясь запутать преследователей он имитировал смерть подопечных, тем самым стремясь отвлечь и умерить пыл тех, кого паломники интересовали как товар.
Смущало то, что проделано всё топорно и без свидетелей.
Однако в могиле оказался именно труп Жанны. Завёрнутое в брезент тело извлекли и, с опаской, развернули посмертный саван. Тому, кто сподобился устроить бойню, хватило бы ума и труп заминировать.
Останки оказались не просто обезображены — морф целенаправленно выел всю брюшную полость, обглодал позвоночник и кости таза.
— Тварь знала, что искать, — констатировал Шрам, отворачиваясь, — Сука! Определить, что представлял собой плод, теперь невозможно.
— Я возьму на анализ часть тканей и сердце, — доложил Жимба, — Думаю, удастся установить, чем конкретно пичкали девочку. По силе препаратов поймём степень опасности от беременности таким эмбрионом. Хоть что-то.
— М-да, — недовольно скривился Шрам, — За потерю объекта нас по головке не погладят. Тут, как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок.
— Хочешь совет оперативного сотрудника? — напомнил о себе Малюта.
— Тут не надо быть опером, чтобы проследить пищевую цепочку, — отмахнулся напарник, — В желудке мутанта ничего нет. Тунгус уже проверил. У этих трансформеров метаболизм мама не горюй! Он же был в боевой фазе! Дрался сначала с людьми Выживальщика, а потом с Изменённым. Организму требовалась куча энергии, которую можно получить только активно переваривая пищу.
Безопаснику пришлось признать, что Шрам с бойцами в его советах не нуждаются. Не понравилось ему это. В очередной раз больно ударило по самолюбию. За годы, проведённые в поселении Лешего, привык, что все с восхищением и трепетом прислушиваются к его рекомендациям. Каждый знал, что начальник службы безопасности справится с любой проблемой, найдёт выход из самой неразрешимой ситуации. Не было у него конкурентов по части анализа и логики. А тут, какой-то сержант, походя отметает помощь и недвусмысленно намекает, что не нуждается в его гениальных умозаключениях. Обидно, ей-богу!
Очень плохо, когда в каком-то замкнутом сообществе пропадает конкуренция. Это как в стае хищников, когда лидер утрачивает роль альфа-самца. Начинается грызня за власть, раскол сложившегося единства и взаимовыручки. Каждый желает выделиться и стать первым. У людей, конечно, всё иначе… Хотя, кого я обманываю. Всё то же самое, только подкреплённое не банальной физической силой, а словесными аргументами, связями и обещаниями последующих льгот.
Без соперничества нет развития. А Григорий Лукьянович в усадьбе Лешего давно не встречал достойных оппонентов и утратил былую хватку.
Малюта, в сердцах махнул рукой и решил внимательнее осмотреть останки того, кого Шрам называл Изменённым. Принять постулат на веру он не мог. Не за то его взяли в СВР. Нет, конечно, он допускал, что у уверенности Шрама имеется крепкая научная и информационная база, но его интересовали детали. В составе паломников он не приметил никого, способного обладать столь монстроподобными пропорциями. Даже близко. Значит это опять какая-то трансформация мышечной и костной ткани. Состязаться в осмыслении такого необычного явления с учёными он не собирался. Если что-то произошло, значит природа, физика и биология способны выкинуть такой фортель. Его интересовало кто из беглецов оказался в состоянии произвести со своим телом подобное. При этом не потерять сознание и выжить в момент перевоплощения.
Подобные знания понадобятся в будущем. Возможно, безопасник сможет по отдельным приметам отличать обычного путешественника от затаившегося в привычном человеческом теле врага.
В том, что Изменённые враги, он не сомневался.
— Почему у Изменённого нет головы? — спросил Григорий Лукьянович следопыта, стоящего неподалёку и напряжённо вглядывающегося в бескрайнюю степь вооружившись биноклем.
— Отрезали по четвёртому позвонку, — ответил Тунгус, убирая окуляры от глаз, — У нас гости. Товарищ капитан, включите связь.
Малюта выругался очередной оплошности и поправив гарнитуру трансивера услышал окончание доклада Духана:
— Двигаются открыто. Из чего делаю заключение, что они либо не в курсе произошедшего здесь, либо уверены, что всё закончилось и обстановка в Марьинке полностью нормализовалась.
— Всем приготовиться, — приказал Шрам, — Возможно это обычные контрабандисты. Поэтому работаем на захват. Нужна информация.
Григорий Лукьянович достал из кармашка разгрузки свой бинокль. Прикинул направление, которое осматривал Тунгус и заметил облачко пыли, поднятое из-под колёс приближающейся колонны.
Мелкая взвесь не скрывала состав конвоя, подобно дымовой завесе, но мешала определить число машин. Однако она же подсказала вопрос, позволяющий Малюте не уронить достоинство перед сержантом:
— Судя по пыли, отряд движется по накатанной грунтовке, а не по целине. Не помню чего-то подобного на схеме. Какой из этого вывод?
— Хватит, Григорий! Ты круче меня! Это хотел услышать?
— Начальники! Может не будем ссориться? — вклинился голос Духана, — Параметры дрона не позволяют приблизиться к колонне. Меняю на БПЛА.
Малюта выдохнул. Боец прав, меряться письками лучше в бане.
— Есть конкретный план? — спросил у Шрама, не убирая стали из интонации.
— Раз дороги нет на официальной схеме, значит она для внутреннего пользования. Похоже, кто-то спешит аванпосту на выручку. Значит, решат, что для них мы враги, уничтожившие смену дозора. Но даже в этом случае считаю схему захвата для получения информации целесообразной.
— Другими словами предлагаешь взять «языка», а остальных положить?
— Это разумно. Вступать в переговоры и пытаться объяснить что-то боевикам бессмысленно. У них не тот уровень. Потом выйдем на контакт с начальством контрабандистов и всё разрулим.
— Хорошо, — согласился Малюта, понимая, что в конкретной ситуации их просто никто не будет слушать, — Хочешь сбросить с БПЛА парочку бомб?
— У модели нет такой функции. Только наблюдение. Предлагаю тебе сыграть роль наживки.
— Каким образом?
— Колея выходит в трёхстах метрах от забора блок-поста. Сделаем засаду на выезде. Ты остановишь колонну, вступишь в переговоры, а мы быстро ликвидируем всех. Тот, кто выйдет к тебе на разговор и станет нашим «языком».
— А если они не захотят останавливаться?
— Это вряд ли. Для чего-то они спешат? Тебя примут за выжившего и захотят узнать подробности, чтобы скоординировать свои действия или доложить начальству. Не согласен?
— Сколько у нас времени?
— Чтобы выдвинуться на позицию и подготовится минут десять.
— Нужна картинка.