Выживальщик (СИ)

Пока Малюта раздумывал, чтобы умного спросить, сержант опередил:
— Вы легко распознали устройство, вживлённое мне в голову. Допускаю так же, что о чипе Григория знали давно. А вот понять, какой блок стоит в мозгах паломников, не смогли. Значит ли это, что вам незнаком тип устройства или что он не техногенного происхождения.
— Хороший вопрос, — похвалила ведьма, — Если бы помехи создавала какая-нибудь инородная штуковина, я бы сообразила. Даже если о подобном механизме слыхом не слышала. Железяка, знаешь ли, завсегда останется железякой, как её не обзови и какой функцией не надели. Я не рентген, но разницу от живой плоти определю.
Ведьма, замолкла и кокетливо постучало ноготком по своему пустому стакану. Малюта намёк понял и охотно наполнил рюмки.
— Но тебя ведь интересует и другая сторона вопроса? Отвечу кратко и однозначно, никакого заклятия на них нет. Уж поверь. Мне ли ведьме, как называют местные, не почуять чужой магии?
— Вас никто так не называет. Это слово табу, — начал было безопасник, но баба Зина премерзко хихикнула.
— Откуда тебе, Гриша, знать, о чём люди меж собой судачат? Ты же из своих пыточных подвалов не вылазишь. Прошёлся бы разок по торговым рядам, посидел в общественной курилке возле клуба. Хотя нет, — махнула рукой Зинаида Матвеевна, — Простой люд при виде твоей морды сразу в ступор впадает и начинает цитировать ежегодное послание президента федеральному собранию.
После третьей рюмки Шрам достал сигареты, а Малюта галантно протянул бабушке трубку, достав её из неизвестно откуда появившегося на столе несессера с курительными принадлежностями.
— Значит, с самого начала знали о чипе в мой голове? — спросил о наболевшем безопасник.
— И чё? В чём проблема? Давай товарища твоего послушаем. Вопрос у него назрел позаковыристей.
Шрам, поискал глазами куда стряхнуть пепел и неожиданно получил хрустальную пепельницу в виде женской туфельки. Принёс её, держа в зубах, упитанный кот и, осуждающе мяукнув, водрузил на столешницу, в аккурат между гостями.
— А петух где? — не понимающе спросил сержант, оглядывая дымчатого, с белой грудью питомца.
— Спит. Ему зарю встречать.
  
Глава 30
 
На этот раз хохотнул Малюта.
— Да уж. Вопрос и впрямь заковыристый. Чую, пора и нам на боковую.
Однако ведьма шибко огорчилась, выслушав предложение безопасника. Во всяком случае нахмурила брови и надула губки, как делают обиженные девушки, не получив ожидаемого подарка. Всё это выглядело бы забавно, будь Зинаиде Матвеевне годков на семьдесят поменьше. Сейчас же Малюта не мог отделаться от мысли, что перед ними снова разыгрывают какую-то сцену из заранее приготовленной пьесы. Хотя нет. Учитывая, кто находится перед ним — это точно импровизация.
— Вот мужчины пошли ноне! Ни темперамента, ни романтики! Угас в вас пыл поручика Ржевского! Вымерли дамские угодники, ловеласы и соблазнители. Всё пандемия проклятущая. А может, мальчики, забьём на вашу охоту, да оторвёмся сегодня ночью по полной?
— Я извиняюсь, Зинаида Матвеевна, уж не на оргию ли вы нас зовёте? — гася окурок в изящной туфельке, поинтересовался Шрам, — Слышал я, конечно, про ведьмины шабаши, но столь быстрое и столь откровенное приглашение ставит в тупик даже меня. Григорий, так вообще, свою нижнюю челюсть возле подсумка еле успел поймать.
Ведьма, озорно улыбнулась, отложила трубку в стороны и уперев руки в бока, выдала:
— Понимаю, что не извращенцы вы и ухлёстывать за столетней старухой не станете. Но сходить к дивному озеру в дубовом бору обязаны. Не для разврата, а понимания ради. Не обещаю, что всё увиденное воспримете правильно, но задумаетесь о смысле вашего похода. По-иному на него взглянете. Скоро как раз полуночные танцы наяд и русалок начнутся.
Малюта аж вспотел от напряжения, силясь понять, чего добивается эта женщина. Не секса же в самом деле? Он даже, не рискуя напрямую отказываться, попытался заискивающе польстить и начал с похвалы:
— Я высоко ценю ваш вклад и помощь в укреплении рода Леших, но право же не время сейчас для ваших мажьих игрищ. Вот вернёмся и слово даю…
 
— Откуда вы вернётесь, соколики? — жёстко перебила баба Зина, прогоняя с губ задорную улыбку, будто сдирая с лица очередную маску, — Вы даже не знаете куда идёте и с чем столкнётесь. Я не трахать дев озёрных предлагаю, а уяснить раз и навсегда разницу между столичными интригами, основанными на воображаемых желаниях и существующей реальностью.
Трудно сказать, потемнел ли, заострился ли лик ведьмы или потускнел свет лампочки, в напоминающем чашечку ландыша, плафоне. Только сузился круг светлого пятна, исходящего от светильника. Заклубились чёрные вихри в углах, потянулись дымные шлейфы из-за шкафов и тумбочек. Почернело зеркало в трюмо и в его, ставшей рельефной глубине, зацвёл бордовый цветок лилии.
— Не балуй, ведьма, — превозмогая накатавшую внезапно апатию и онемение мышц, — процедил Шрам, пытаясь достать пистолет.
Пальцы плохо слушались и только слабо скребли по кордуровому чехлу кобуры. Малюта вовсе не пытался сопротивляться. Знал, будет только хуже. Он только откинулся на спинку стула, устремил взгляд в потолок, силясь сфокусироваться на едва различимой трещинке в побелке. Всеми силами стремился удержать в голове ускользающие факты своей биографии. Что ещё оставалось делать? Чувствовал, что если сейчас забудет себя, то никогда больше не вспомнит. Превратится в безмозглого спутника мутанта-контролёра, следующего за хозяином в ожидании, когда тот проголодается.
Он уже попрощался с жизнью, сознавая последним проблеском ускользающего Я, что не в силах противостоять колдовскому наваждению, как светлые краски вернулись. Оцепенение исчезло, мгла в углах растворилась, и лампа под потолком исправно давала положенные девяносто Ватт.
Видимо, ступор покинул и мышцы сержанта, потому что тот мгновенно выхватил «Грач», одновременно снимая с предохранителя.
Ствол замер, выбрав в качестве цели переносицу женщины.
— Давай, жми, соколик, — устало сказала ведьма, — А потом иди творить добро во имя Отчизны. Тебя ведь так учили?
— Что ты хочешь? — спросил Шрам опуская пистолет, — Только честно. Без этих твоих штучек-дрючек.
Ослабил руку он сам, без всякой магии давления.
Малюта выдохнул. Он был растерян и чувствовал бессилие перед чарами, в которые прежде не верил. Может зря? Может, стоило прислушаться к болтовне Карлыча или ветеринарши Алевтины? Да и Ирина не раз намекала на некие мажьи заговоры. Только помогло бы это?
— Ну один плюс есть. Мы перешли на ты, — снова сыронизировала Зинаида Матвеевна, однако голос прозвучал грустно, — Я не знаю, как с вами общаться. Попыталась вести беседу в деловом ключе, но наш столичный гость, вызнав, что ему требуется, замкнулся. Так и не задав интересующий его вопрос. Испугался. Понял, что ответ не понравится. Так ведь, Денис?
Шрам непроизвольно вздрогнул, услышав своё имя.
— Попыталась свернуть на игривую тему, так уже оба напряглись, будто я вас в постель соблазняю. Вы о себе такого высокого мнения или меня за дуру держите? Мне нужно отвести вас в рощу и показать танец наяд. Не для совращения или обращения. Чтобы воочию увидели разницу между плотью и сущностью. Поверьте, вам это очень скоро пригодится.
Женщина погладила, уткнувшегося в подол сарафана кота и тот, озадаченно почесав лапой за ухом, вполне членораздельно промяукал, весьма похожее на человеческое «будет исполнено». Затем грациозно проследовал к окну и одним прыжком, не касаясь подоконника, выскочил в форточку. Ловко, будто тренировался этому трюку всю жизнь.
— Отправила Васеньку предупредить лесных и озёрных жителей о нашем визите, — объяснила ведьма.
— Мы ещё не дали согласия, — попытался поартачится Шрам, выгадывая время.
Это скорее походило на попытку набить себе цену. Впрочем, уже не важно. Малюта понял, что сержант согласится. Ведь его начальство крайне заинтересованно в получение эксклюзивной информации о всём происходящем на границе Диких земель. В чём он недавно сам признался. Значит, даже если боится мажьих сил, сможет превозмочь страх. В его задании чётко прописано установление любых контактов, способствующих возрождению легитимной власти.