Выживальщик (СИ)

Три недели назад ведьму Инессу и её приспешников, ликвидированных прямо в переговорной, так же подвергли аутодафе. Только без нынешней помпы. Тайно сожгли в яме для скота. В той, где со всех окрестных ферм уничтожали заразившихся ящуров, гриппом и прочими вирусными недугами животных. Просто хоронить считалось небезопасно.
Не стоит придираться к названию и искать противоречия. Дикие земли, дикие нравы, новые обычаи и ценности.
Сам Григорий Лукьянович этого уже не видел. Просто знал сценарий, в написании которого когда-то и сам участвовал.
Бронеавтомобиль вильнул в сторону, освобождая место парадной колонне дружинников и остановился перед медчастью гарнизона.
Из дверей выскочили два санитара с каталкой. Так быстро, словно давно стояли в приёмной на низком старте. Следом степенно появился Адлер Карлович, надевший по случаю торжества форму военврача с эмблемами медицинской службы в петлицах.
— Ну-с, голубчик, — задумчиво произнёс он, столкнувшись нос к носу с вылезающим из машины начальником службы безопасности, — Судя по вашим телодвижениям слухи о тяжести ранения считаю сильно преувеличенными.
— Это не я, — устало пояснил Малюта, — Василий Иванович решил, что раз уж так случилось, то для дела полезнее представить всё как ранение. Куда, кстати, меня ранили?
— Доложили, будто в голову, — улыбнулся обрусевший немец, радуясь, что с товарищем всё в порядке, — А что произошло на самом деле?
— Давай пройдём внутрь, — предложил безопасник, опираясь на плечо врача, — Периодически штормит. Будет лучше, если начну рассказ лёжа на чистой простыне в отдельной палате. Мне правда нехорошо, но Шрам обещал, что скоро пройдёт.
Адлер Карлович махнул рукой застывшим в недоумении санитарам и те, ловко уложив «раненого», покатили тележку в лазарет.
Выгнав всех посторонних из палаты, Малюта честно поведал о поставленном Шрамом диагнозе. При этом умолчал о всех сопутствующих нюансах и последовавших за мнимым инсультом видениях. Посему рассказ вышел лаконичным, как рапорт начальника караула.
Привыкший к подобной манере общения товарища, Карлович не заметил подвоха, приняв всё за правду. Только покачал головой, начав собственный осмотр.
Через час, прекратив донимать всяческими тестами и откачав половину шприца крови, выдвинул собственную версию:
— Я бы не назвал это инсультом. Даже на микроинсульт не похоже. Посмотрим, что покажет анализ крови. Разумнее отвезти тебя в Редькино или Самару, чтобы сделать МРТ, но полагаю, сам не захочешь. В условиях лазарета у меня нет возможности произвести даже компьютерную томографию. Оборудования нет, а без детального исследования мозга и сосудов, поставить правильный диагноз невозможно.
Адлер Карлович снова тяжело вздохнул и спросил:
— Ты доверяешь этому Шраму? Василий Иванович описывал его, как весьма неприятного типа.
— Брось, Карлович, ты же понимаешь, что сержант не обязан выглядеть элегантно, словно ведущий ток-шоу. Его работа устранять проблемы, а не вести задушевные беседы. Он ликвидатор. Врубаешься?
— Я слышал про ликвидаторов. Они цепные псы спецслужб.
— Да. Только не употребляй при них этого слова. Они называют себя чистильщиками. Их головной офис официально именуется клининговым сервисом. Для отвода глаз.
— Это я понял. Только какое отношение их работа имеет к медицине?
— Не будь занудой. Любой квалифицированный убийца прекрасно знает анатомию и физиологию человека. Это часть профессии.
— Вот ты сейчас обидные слова сказал. Тебя послушать, так любой профессиональный врач легко может переквалифицироваться в убийцу.
Малюта изобразил сожаление и миролюбиво похлопал начальника медслужбы по предплечью.
Без стука вошла медсестра, толкая перед собой столик.
— Сейчас Катерина поставит тебе капельницу. Потом примешь таблетки и будешь отдыхать до утра. Я пока поколдую с твоей кровью и, даст Бог, что-то прояснится.
— Может не нужно лекарств? — с сомнением спросил Григорий, опасаясь признаваться в употреблении ингибиторов, повышающих активность.
— То, что ты под дозой я по расширенным зрачкам вижу, — успокоил врач, — Ничего радикального. В капельнице физраствор для общей поддержки и очистки крови, а таблетки из мультивитаминного комплекса. Отдыхай.
 
Когда медсестра, совершив все, прописанные врачом процедуры, удалилась, Григорий Лукьянович решил спокойно порассуждать, анализируя происходящее с ним. Однако судьба распорядилась иначе. Едва стемнело, раздался шорох за дверью, дохнуло сквозняком, мятной настойкой и лёгким ароматом женских духов.
В свете ночника обрисовалась фигура Ирины, торопливо развязывающей поясок сарафана.
— Ты голый? — удивилась девушка, откидывая край одеяла, — Меня ждал или клизму ставили?
— У меня проблема с головой, а не с жопой. Просто, Карлович, опасаясь испачкать перчатки, приказал предварительно помыться в ванной.
— У него отличная интуиция, — сделала вывод Ирина, — К тому же метрополия прекратила поставки одноразовых перчаток в провинцию.
Она скинула босоножки и приготовилась юркнуть под одеяло.
— Доктор сказал отдыхать, — иронично прошептал Малюта и улыбнулся.
Совсем не так, как ухмылялся на допросах, вводя в благоговейный ужас подозреваемых. Получилось приветливо и вполне мило.
— А кто тебя напрягаться заставляет? Исключительно релаксация и положительные эмоции.
— У больничных кроватей есть существенный недостаток — они узкие, — предупредил безопасник.
— Мы что, спать собираемся? — удивилась девушка, подхватывая подушку с соседней койки, — Я петуха с собой не взяла. Кто нас утром разбудит?
— Да. Отсутствие петуха, принципиально меняет всю картину, — прошептал Малюта, прижимая к груди Ирину.
  
Глава 26
 
Едва первые лучи зари вырвали мир за окном из цепких лап тьмы и на широкий подоконник легли косые отблески восходящего солнца, Ирина шевельнулась и больно ущипнула Григория за бедро.
— Полегче, сексот Данилова, ты своего куратора заикой сделаешь.
— Это заместо петуха, чтобы не расслаблялся.
— Вот, что мне нравится в женщинах, так это нежелание увязывать последствия с причиной. У вас же фраза: сама виновата никогда не прокатит.
Малюта засмеялся, полагая свою реплику удачной шуткой.
— Так! — Ирина скинула одеяло и сев на край больничной койки, принялась демонстративно поспешно одеваться, — Если что-то не устраивает, ищи себе других секретных сотрудниц!
— Ты неправильно меня поняла! — поспешил оправдаться Григорий, ловя её локоть и возвращая в горизонтальной положение, — Зачем меня будить, если сама дала травяной сбор от усталости? Я же теперь как сыч глаз сомкнуть не могу. Дня три, по слухам, бодрствовать буду вынужден. А ты меня петухом своим подкалываешь! Он меня не бесил, просто слегка раздражал.
— Зато у зелья есть чудное свойство — оно повышает мужскую потенцию.
Малюта напрягся.
— Только не говори, что основной целью было повышение сексуальной активности. В этом случае приворот заказала бы или конский возбудитель в мятную настойку подсыпала.
— Да ничего такого я не хотела! — возмущённо зашипела Ирина, притворно пытаясь вырваться и колотя кулачком по груди кавалера, — Сам говорил, что опасно. Что эти черти неуловимые и нужно постоянно быть начеку. Я вспомнила про экстракт, которым снабжали дозоры Лешего во время набегов дагестанских абреков. Быстренько сгоняла в Подклетное и попросила Гермиону заботяжить подобного. Отвар помог же тебе?
— Помог, — признался Григорий, ослабляя объятия, — Как он, кстати, у знахарок называется? Ты говорила Гермионе, что экстракт требуется для меня?
Ирина, освободившись, продолжила одеваться.
— Называется смешно: «Цирик». А про тебя никому не говорила. Я же не дура.
— Цирик? Это имеет какое-то отношение к монгольской армии? Так вроде их солдат называют.
— За монголов ничего не знаю. Раньше, до пандемии, преступников сажали в тюрьмы, а цириками называли надзирателей. От них требовалось постоянно быть начеку, чтобы не сплоховать по службе. Урки, так звали осуждённых, всё время пытались сотворить в отношении охранников какую-нибудь подлянку. Сейчас таких тюрем нет, но и преступники стали вдвойне опасны. Вот для них-то травницы и придумали подобный сбор. Чтобы бдительность не теряли и глаз не смыкали.