Защитник поневоле или ассасин с того света (СИ)

Возвращаться в особняк Талии я не спешил. Живот крайне настойчиво сообщал, что необходимо подкрепиться, так что отправился на поиски подходящего заведения. Нашлось такое довольно быстро, где я заказал мяса с кровью и красного вина и приготовился следующие полчаса с большим удовольствием поглощал это угощение.
Выбрав столик подальше от окна, стал терпеливо ждать. Когда я уже собирался оторвать свою задницу от стула и пойти крайне вежливо поинтересоваться у шеф-повора, какого черта ещё не готово, явился официант и все принес.
— Вкуснотища… — пробормотал я, отрезая ломтики и закидывая их в рот. Особенно мне нравились те части, где была кровь.
Я уже разделался с половиной блюда, когда неожиданно напротив меня подсел какой-то тип. Молодой, приторно смазливый, с длинными светлыми волосами, спадающими до самых плеч. Если бы у меня под рукой был кирпич, я бы обязательно познакомил этих двоих.
Он лучезарно улыбнулся, а у меня окончательно пропал аппетит.
— Я за оладушки не отсасываю, — сразу предупредил его я, но тот лишь непонимающе округлил глаза. Поняв, что ничего внятного от него в ответ не услышу, спросил серьезнее, — Что надо, спрашиваю?
— А, прошу прощения, — наконец опомнился он. — Не хотел помешать вашей трапезе. Я Адриан, а вы, я так понимаю, Защитник дома Сорас?
А вот на этом вопросе я отложил вилку и нож, посмотрев на блондинчика уже совершенно по-другому. Это не просто какой-то придурок. Это слишком хорошо осведомленный придурок, и чуйка чует какую-то подставу.
— С чего взял?
— Ваше… клеймо, — он постучал пальцами по своей шее, и я невольно потянулся к своей. Ворот рубашки почти полностью закрывал моё клеймо, но этот глазастый все-таки заметил.
— Ну, допустим.
— У меня есть для вас весьма интересное предложение.
— Прошу прощения, но гейклубы меня не интересуют.
— А?
— Бэ.
— Вы меня не поняли…
— Все я понял, сын прокаженной мартышки, яйца которой два буйвола отбивали копытами каждую полную луну под песню «Я люблю шаверму».
— Что?
— Что?
— Вы сейчас сказали….
— Что сказал?
— Что-то про сына… и любовь… я не понимаю…
— Тебе показалось, — фыркнул я, отправляя в рот один из последних кусочков мяса. Мой собеседник был настолько же туп, насколько красив. Думаю, его интеллект был где-то между уже упомянутой шавермой и петухом.
— Послушайте, я хочу вам сделать очень хорошее предложение. Через шесть дней начнутся Состязания, и я предлагаю заключить союз. Насколько я слышал, дом Сорас не очень сильный. Мой глава дома даже удивился, что ваш Дом был избран. Так что….
— О, насчет нашего дома волноваться не стоит. Я порву любую задницу на Арене. И союзы мне не нужны.
— Вы впустую тратите время, Мастер, — послышался грубоватый, но точно женский голос, а затем рядом с нами стукнулась табуретка и на неё опустилось нечто.
Оно было определенно женского пола, но вот в остальном… Есть такая поговорка про бабу, которая на скаку коня остановит, так вот эта баба остановит коня швырнув в него горящим домом. Женщина была закована в здоровенные латы, превращающие её в двуногую крепость выше меня на две головы и шире раза в три.
А уж когда она поставила рядом с собой здоровенный двуручный молот, один удар которого может отправить меня изучать Скайримские небеса, то я вообще нервно сглотнул.
Но тут же взял себя в руки.
Она была слегка симпатичной, круглолицей и щекастой, но далеко не красоткой.
— Вы, господин из дома Сорас, сказали, что порвете задницу любому на Арене? — уточнила она. И почему-то я думал, что она назовет мне имя какого-нибудь крутого чемпиона, о котором я ни слухом, ни духом. Или предложит сразиться с собой, но её вопрос оказался куда… интереснее, — Видимо, вы специалист в разрывании задниц. Вам давно её порвали?
Во взгляде этой бабищи читалось явное превосходство. Она просто гордилась тем, что, в отличие от блондинистого Сухарика, сидящего рядом, смогла колко мне ответить.
— А ты хороша, — погрозил я ей пальцем. — Тебя я убью последней.
Она лишь фыркнула на это замечание.
 
— А ты кто, типо его слуга? — хмыкнул я.
— Оруженосец, — поправила она меня. — У каждого Защитника может быть до трех оруженосцев. А где ваш, уважаемый задорвач? Ему тоже порвали?
Адриан продолжал лучезарно улыбаться, и будь на моем месте прекрасная дама, то её сердце бы воспылало от этой чистой и невинной улыбки, а у меня это улыбочка вызывала только рвотный рефлекс.
— Ла-а-а-адно, — протянул я. — С тобой вот я могу поговорить.
— Я не могу с вами говорить, — неожиданно покраснела рыжеволосая рыцарша и напялила на голову здоровенный шлем с кучей дырочек. А затем уже куда более гулко добавила. — Я оруженосец, все дела вы решаете с Мастером.
А блондин-то не догадался сказать, что Защитник. Хотя смотря на эту парочку, я, вне всякого сомнения, решил бы, что Защитником является эта валькирия в латах, а блондинчик — её сайд-кик для любовных утех.
— Так что скажете, Защитник дома Сорас? Давайте устроим Альянс? Вы и я. Думаю, я смогу уговорить присоединиться к нам ещё пару домов. Я уже встречался с эльфийкой из дома Карас, и она тоже готова.
— И что мы будем делать, если я вдруг присоединюсь к вашему «Альянсу»? — с легкой скукой в голосе поинтересовался я.
Улыбнувшись ещё шире, хотя казалось, куда бы ещё, он придвинулся чуть ближе и сказал:
— Будем устранять конкурентов. Защитникам вне Арены сражаться запрещено, но у этого правила есть лазейки.
— Лазейки?
— Ага, — его взгляд стал уж очень хитрым, и вот тут я всерьез задумался, а так ли туп мой новый знакомый на самом деле. — Лазейки есть, и очень большие. Если мы соберем нескольких бойцов, таких, как мы с тобой, то будем устранять наших врагов ещё до начала матчей. Никакого риска.
Что-то я сильно сомневался насчет «никакого риска». Мутная тема, очень мутная.
Я не то что бы чурался запачкать руки, но есть вещи, от которых просто тошно. Караулить врага в темной подворотне, чтобы загнать ему нож в печень, пока он этого не ждет?
Может, я и мудак, но уж точно не трус. А ещё у меня есть гордость. Своему обидчику я предпочитаю двинуть в зубы сразу, в открытую. Думаю, для ассасина это скверная черта, но такой уж я человек.
— Это очень хорошее предложение, — продолжил он давить, говоря так, чтобы никто посторонний нас не услышал. — Сами подумайте. Противник не может явиться на бой, и вы автоматически побеждаете.
— А в конце что? Когда пройдут отборочные соревнования или как их там.
— Ничего. Мы честно сразимся, и победит тот, кто победит. Наши дома все равно будут в выигрыше. Чем выше поднимутся они в турнирной таблице, тем больше денег получат.
— Понятно, — кивнул я, обдумывая, как бы покрасивее послать эту парочку.
— Так… что скажете?
— Скажу, что тебе нужно взять твою бабу из страпонных войск, взять по дилдо в руки и отправиться в веселое анальное приключение.
Лицо блондинчика впервые с начала разговора стало предельно серьезным, я бы даже сказал угрожающим.
— Это ваш окончательный ответ? Другого шанса не будет. Как бы… потом не пожалеть об этом…. - он цокнул языком и посмотрел на меня с каким-то легким снисходительством.
Нет, он и впрямь не придурок.
Он самоубийца!
Я едва не рассмеялся ему в лицо, услышав эту угрозу.
Вместо этого я очень быстро взял нож для резки мяса и почти вонзил его ему в ладонь, но руку резко скрутила болезненная судорога, и я выронил оружие. Мой собеседник на это лишь усмехнулся, но на всякий случай отодвинулся.
— Какого…? — руку словно в жидкий азот по ощущениям засунули.
 
— Тупица, — рассмеялась рыцарша. — Защитникам нельзя сражаться друг с другом.
Блондин поддержал её смех и выбрался из-за стола, бросив на меня пренебрежительный взгляд.
— Я дал тебе шанс, и ты выбрал свою судьбу. Протянул бы подольше, — бросил он напоследок. — Пойдем Роза, поищем более достойных кандидатов, нежели это тупое хамло.