Пламя в моей крови (СИ)
Пришли парни, кстати, оба не в духе. Ну да, у них же была практика по алхимии.
— Сильно вас оштрафовали-то — хмуро поинтересовался Торрен.
— Нам, представляете, Капульвахер вкатил по десять баллов — за то, что зашли в аудиторию следом за ним! — ядовито поделился Нариэл.
— Ещё даже звонка не было, — добавил Торрен.
— Но это же самодурство чистой воды! — возмутился Вирайн, расширив глаза.
— Оказывается, мы должны приходить минимум за пять минут и готовиться к занятию, — всё тем же тоном поведал эльф.
— И с каких пор у нас такие правила?! — спросил порядком обалдевший Митар.
— Видимо, с сегодняшнего дня, — буркнул Нариэл, проглотив ложку супа. — Кстати, кто додумался взять гороховый суп?!
— Я, — честно призналась Грэс-Ти. — Он полезен для обмена веществ и кровообращения — Верховер рассказывала.
— Вот сама и ешь эту дрянь вместе с Верховер! — зло бросил эльф. — А я его терпеть не могу!
— И давно? — не без сарказма поинтересовался Рэймонд.
— Всегда! Нет, правда, неужели нельзя было взять нормальное первое?!
— Не нравится — в следующий раз сам стой в очереди, — обиделась орка.
— Да я лучше вообще есть не буду, чем переходить на ваш подножный корм! — психанув, Нариэл встал из-за стола и вовсе покинул Трапезную.
Куда только подевалось вдруг хвалёное эльфийское хладнокровие!
— Что у вас там случилось? — спросил Рэймонд, посмотрев на Торрена. — Ну не из-за паршивых же десяти баллов Нару так снесло крышу.
— Скорее, это у Капульвахера случилось, — криво усмехнулся тот. — Он, конечно, всегда был вредным и придирчивым. Но сегодня просто как с цепи сорвался. Оштрафовал нас вовсе ни за что — но это ещё полбеды. Потом всё занятие цеплялся ко всем подряд. Нариэл задумался о чём-то своём и чуточку напутал с одним ингредиентом. Так Капульвахер с четверть часа распекал его, выставляя беспримерным тупицей. В общем, потоптался на самолюбии Нари так, что оставалось только удивляться, как тот вообще сумел это стерпеть и не послать разошедшегося препода со всеми его оскорблениями в далёкие дали.
— Мда… — протянул Вирайн, хмурясь. — Но знаешь что. Я считаю, вам нужно пойти к Ворону и, как минимум, потребовать снятия незаслуженных штрафных баллов. А по-хорошему Капульвахер и извиниться должен — потому что унижать студентов да ещё перед всей группой у него тоже нет права.
— Думаешь, к Ворону, не к Фортейл? — переспросил Торрен.
— Естественно, — кивнул Рэймонд. — Фортейл — всего лишь наш декан, и над преподавателями у неё нет никакой власти.
— Но прямиком к ректору… — продолжил сомневаться Торрен. — Без вызова. Это же нарушение субординации.
— И что с того — если вопрос исключительно в его компетенции, — развёл руками Вирайн.
— Я бы сама идти к ректору не рискнула, — призналась Кайя.
— Зря, — улыбнулся Рэй. — Ворон — нормальный мужик. Справедливый, рассудительный, и, я просто уверен, приемлемым поведение Капульвахера не сочтёт.
— Да, наверное, надо к нему сходить, — согласился в итоге Торрен. — Хотя алхимик нам этого точно не простит. Но молчать о таком поведении преподавателя действительно нельзя.
Нариэл в Трапезную так и не вернулся. Его нетронутый шницель Вирайн завернул в салфетку вместе с парой кусков хлеба и забрал с собой. Как пить дать Колобок проклял его за это — ведь иначе аппетитная мясная порция досталась бы ему. А пустой гарнир он точно есть не станет.
Покончив с обедом, мы вышли во внутренний дворик Главного корпуса. Однако эльфа не обнаружилось и там. Зато других студентов болталось слишком много. Решив продолжить прерванный разговор о Рине, снова направились на полигон.
По дороге к нам присоёдинился четверолапый рыжий спутник — то есть Рэй. Как видно, унюхал шницель, потому что на сумку своего тёзки косился очень преданно, да и ему самому всё заглядывал в глаза.
— Нет, это не тебе, — отрезал Вирайн, когда мы остановились, и пёс уселся с выжидающим видом. Но за ухом его почесал.
Остальные тоже не преминули удовлетворить попрошайку хотя бы лаской.
— Рэй, так что насчёт перехвата Рининых донесений, — напомнил Митар.
Обращался он, естественно к Вирайну, однако пёс отреагировал первым и, чуть наклонив голову, пристально посмотрел в глаза теперь орку.
— Забавно получилось, что у вас с собакой одинаковые имена, — заметил Грок.
Рэймонд усмехнулся:
— На самом деле, совпадают у нас только сокращённые варианты. Его полное имя Сен Фар Жоффрей.
— Какое странное… — удивилась Кайя, распахнув глаза.
— Ну, собственно имя-то — Жоффрей. А «Сен Фар» — название питомника, в котором он родился. Сен — это наверняка от породы сенбернар. Вот что означает «Фар», я без понятия.
— Никогда не слышал о такой породе, — произнёс Торрен. — Да и собак таких, как Рэй, никогда больше не видел. Я-то, признаться, думал, что это какая-то помесь. Где этот питомник находится?
— Очень далеко отсюда, — уклончиво ответил Вирайн.
— А откуда ты всё это знаешь? — поинтересовалась Грэс-Ти. — Неужели пёс рассказал? — добавила она ехидно.
Он хохотнул и произнёс с нарочитой ответной ехидцей:
— Нет, слышал я всё это от Клео.
В груди неприятно кольнуло. Клео — его очередная пассия?!
Но тут я сообразила, что речь наверняка о счетоводе Блонвура, супруге магистра Логинова и хозяйке Рэя.
На этом тема пса и имён заглохла. А жаль. Признаться, у меня давно на языке вертелся вопрос, что за необычное имя у самого Вирайна. Лично мне люди, которых звали бы Рэймонд, не встречались никогда раньше.
Однако шатен уже вернулся к вопросу Рины, и момент был упущен. Но, честно говоря, почему-то я была уверена, что от ответа он бы всё равно ушёл. Как замял тему питомника неведомой породы собак. Причём неведомой и Торрену, который определённо в них разбирается.
Что-то ты, Вирайн, явно скрываешь…
Друзья тем временем уже вовсю обсуждали, как бы перехватить Ринину одностороннюю переписку.
— Нет, мы поступим проще, — возразил Рэймонд на очередную безумную идею орков. — Грэсси разбудит нас, как только Рина опять отправится в ночную вылазку. Митар и Грок тайком последят за ней. А я в это время быстренько выйду за ворота и под пологом невидимости заберу послание.
— На Рину тоже нужно будет накинуть хотя бы отвод глаз, — сказал неожиданно присоединившийся к нам Нариэл. Вернее, неожиданно для нас с Кайей и Торреном — орки-то наверняка заметили его приближение загодя. Да и Вирайн тоже.
— Безусловно, — согласился он. — Гонец не должен узнать, что записка была сброшена со стены.
А у всех остальных, по правде говоря, поотвисали челюсти. Они что, правда умеют ставить отвод глаз и тем более невидимость? Это же просто за гранью! Откуда такие познания в высшей магии?!
Глава 21
— Вы умеете это делать? — первым из ступора вышел Митар. — Ну, невидимость и отвод глаз.
— Сказать по чести, невидимость у меня получается из рук вон плохо, — признался Нариэл. — Но отвод глаз могу.
— А ты, значит, реально и невидимость можешь? — Грок в упор посмотрел на Вирайна. — Это же вроде только самым крутым магам под силу. А ты — всего лишь студент третьего курса.
— Ну, у меня родители — маги, — улыбнулся Рэймонд.
— Что же ты тогда делаешь здесь? — удивлённо спросил Торрен. — Почему не учишься у родителей, раз они такие великие маги?
— Здесь интересней, — снова с улыбкой заявил Вирайн.
Ну, с этим я была готова согласиться. Да и не научишься дома всему, что изучают в Блонвуре. Но это каков же его истинный уровень, если он уже умеет то, что под силу лишь единицам?
Зато кое-каким нестыковкам наконец-то нашлось объяснение. Если родители Вирайна — крутые маги, то из какого бы захудалого рода они ни происходили — нечего удивительного, что вовсе не бедствуют.
Итак, теперь совершенно ясно, откуда растут ноги его материального благосостояния. Да и смелость Рэймонда в общении с аристократами тоже становится понятной — маги плевать хотели на лестницу дворянских титулов, у них вообще своя иерархия.