Охота Теней (ЛП)

— Прости меня. — Ферро сел рядом с ней, взяв ее за руки. — Я хотел сказать тебе, Эйра, я… Но было не время. И я…
— Да? — подталкивала она, когда он прервался.
— Я не знал, как много ты будешь значить для меня… для всех нас.
— Для тебя? — тихо повторила она, переводя взгляд с их переплетенных пальцев на его лицо.
— Я знал, что ты любила меня тогда.
Эти слова больно укололи ее, чего ей совсем не хотелось. Она ненавидела боль, которую они оставили во все еще гноящейся ране, созданной в ней Ферро. Сначала Адам, потом Ферро… Она знала, как выбирать мужчин, которые неизбежно причиняли ей боль.
Но был ли Каллен таким?
Она почувствовала, как ее лицо смягчилось при мысли о Каллене, и она прогнала саму мысль о нем. Здесь не место думать о нем. То, к чему была призвана Эйра — кем она должна была стать, чтобы выжить — не предназначалось для Каллена и его нежности. Та, кем она становилась, возможно, никогда не будет предназначена для таких нежных и любящих рук.
— Но я признаю, что тогда я видел в тебе только ту, кого можно использовать для прославления Ярген, — продолжил Ферро, не обращая ни на что внимания.
— Тогда, а как насчет сейчас? — Она была в безопасности до тех пор, пока была ему полезна. Это было ясно. И если она собиралась продолжать успешно манипулировать им, ей нужно было знать, где она находится, и чего он от нее хочет.
— Сейчас… — Его пальцы сжались. — Подумай об этом, Эйра. Мы с тобой… возвещаем ей славу. Весь Солярис будет смотреть на тебя как на одну из тех, кто увидел свет… кто был благословлен ее любовью. Моей любовью. — Ферро выдохнул с легкой улыбкой. Он выглядел почти искренним, что заставило ее возненавидеть его еще больше. Он не был человеком, способным любить.
И опять же упоминание о любви снова переключило ее на Каллена. Как бы она ни старалась, ей не удавалось убежать от воспоминаний о том, как он прижимал ее к стене во время соревнований, об ощущении его пальцев в ее волосах. Если она выберется из этого живой… она поцелует его так, хотя бы еще раз. Она не упустит момента ни с ним, ни с кем-либо из своих друзей.
— Я хочу быть полезной для тебя, — сказала Эйра как можно деликатнее.
Ферро наклонил голову, явно оценивая ее, и зловещая усмешка скользнула по его губам. Он излучал ужасное самодовольство.
— Как ты хочешь быть «полезной» для меня?
Подтекст заставил Эйру проглотить желчь. Она должна была положить конец его более чувственным намекам, которые до сих пор игнорировала. Он мог считать ее своей зайкой — домашним питомцем, своей ученицей, средством для достижения целей. Но она не собиралась позволять ему думать о себе как об объекте вожделения. Эйра проглотила горький привкус во рту и заговорила с большей легкостью, чем смогла бы неделю назад, учитывая растущую внутри нее панику.
— Я хочу восславить Ярген. — Эйры держала спокойное, благоговейное выражение лица. Она смотрела на него так, словно он был скульптурой божества, а не человеком. Не тем, кого могли или должны были коснуться ее смертные руки. (Не то, чтобы она когда-либо даже хотела этого). — Когда-то я, возможно, была глупой девчонкой и думала, что лучший способ показать тебе свое отношение — служить тебе. — Она позволила похотливому тону повиснуть в последних двух словах. Надеясь, что ее намерения были ясны. Надеясь, что он увяжется за эти слова. — Но теперь я вижу, что есть гораздо больше способов внести свой вклад в правое дело. Я была глупой, сбитой с толку маленькой девочкой. Но больше нет. Мне открылись глаза. Я вижу свет, и теперь я думаю, что знаю, каким способом могу принести Столпам — и тебе — славу. Он связан с моей магией и моим преклонением перед твоей праведностью. Это делается путем следования вашим приказам и пожеланиям, как и подобает солдату, а не из-за каких-то девичьих грез, которые давно прошли.
Что-то изменилось в выражении его лица. Пока она говорила, он как бы перестраивался, без сомнения, оценивая, как он может манипулировать ею. Ферро отодвинулся от нее, и обстановка разрядилась.
 
— Продолжай. Скажи мне, как, по-твоему, ты можешь стать эффективным инструментом для меня.
В любой день она могла бы стать орудием в руках объекта его вожделения.
— Есть кое-что, что Избранному нужно, чтобы я сделала… послушала, верно?
Ферро осторожно кивнул, побуждая ее продолжать.
Эйра судорожно вздохнула, зная, о чем она собирается спросить. Если и был когда-нибудь момент, когда она переигрывала, то это был он.
— Я могу его найти.
— Как? — Он слегка прищурил глаза, без сомнения, догадываясь, что она имела в виду.
— Позволь мне вернуться в Райзен. Я придумаю историю о похитителях, от которых я сбежала. Они будут видеть во мне участника, который сражался и победил, чтобы вернуться. Меня будут прославлять, и мне будут доверять.
— Но это также вызовет подозрения в отношении Столпов, — нахмурился Ферро.
Она увязла слишком глубоко, теперь она не могла отступить.
— Возможно. Но я могу придумать историю, которая собьет их со следа Столпов. Райзен — большой город. Головорезы, должно быть, достаточно распространены, и как участник я уже нахожусь в центре внимания. Если Столпы обеспокоятся… отправь наперед записку с требованием выкупа, подтверждающую это заявление, прежде чем я приступлю к своей миссии.
Ферро, казалось, обдумывал это.
— Они не будут подозревать меня, — продолжила она. — Они уже позволили мне свободно перемещаться, даже по Архивам. Я могла бы найти способ достать все, что тебе нужно, я в этом уверена.
— Они позволяют тебе свободно бродить по Архивам? — спросил он, изогнув бровь.
— Да.
— Правда?
— Да. — Эйра наклонилась вперед. — Я могу сделать это для тебя. Это моя судьба… иначе, зачем Ярген благословила меня этой силой?
— Ты могла бы получить ее, и мы могли бы разоблачить их ложь на гала-концерте участников, — пробормотал он. — Мы могли бы пожертвовать некоторыми из молодых, выставив их похитителями. Они будут счастливы умереть за Избранного… — Ферро покачал головой. — Нет, это слишком большой риск.
— Я могу это сделать, — настаивала Эйра. Его внимание медленно переключилось на нее. Она заглянула ему в глаза, пытаясь уловить искренность.
— Позволь мне.
Он встал к ней спиной.
— Это слишком рискованно.
Эйра наблюдала, как ее шансы на спасение начали ускользать у нее из рук. В конце концов, она найдет другой выход, но сколько времени, в конечном счете, это займет? Слишком долго. Она не хотела находиться здесь, чтобы узнать, сколько еще неприятных испытаний они заставят ее пройти, прежде чем доверят ей хотя бы ходить без присмотра.
Она встала и заявила:
— Моя магия — твоя. — Он оглянулся на нее, явно пораженный внезапным заявлением. — Ты человек действия, человек силы. — Он так явно жаждал власти. Чем больше Ферро старался выглядеть крутым, тем больше она видела печального маленького мальчика, умоляющего, чтобы его заметили. Эйре стало интересно, так ли она выглядела, когда настаивала на участии в испытаниях. Как бы то ни было, она сыграла на этом желании. — Ты сам сказал, что видишь инструмент во мне. Почему же ты ведешь себя так, будто боишься им воспользоваться?
— Ничего я не боюсь. — Он издал низкое рычание, склоняясь к ней. Его рука легла на её горло и пальцы сдавили до такой степени, что она захрипела, хватая ртом воздух. — Ты бы умерла за меня?
— Если бы ты попросил меня об этом, — прохрипела Эйра.
Его рука продолжала сжиматься вокруг ее трахеи. Эйра изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Она сжала кулаки на ткани своей одежды, не давая им дотянуться и схватить его за предплечья. По мере того, как воздуха не хватало, а ее зрение туманилось, комната погружалась во тьму ямы… той ночи под водой. Тогда он пытался украсть у нее воздух, но не смог.
— Если бы ты попросил меня об этом, — выдохнула Эйра.
Ферро отпустил ее с легким толчком. Эйра рухнула обратно на скамью, пытаясь отдышаться и массируя горло. Но когда она посмотрела на него, она увидела самодовольную улыбку и поняла, что выиграла.