Довлатов. Сонный лекарь 2 (СИ)
В момент рукопожатия меня основательно тряхнуло ударом тока. Не будь у меня телесной трансформации, упал бы на пол, содрогаясь от судорог. Но сейчас… сейчас всё ограничилось лёгким дискомфортом в ладони и нервно дёрнувшейся щекой. Чего-то подобного я ожидал с самого начала.
— Вот ты и попался! Я же говорил, что со мной шутки плохи. — Пацан нагло заулыбался, но тут до него дошло, что со мной ничего не происходит. — Отпусти!
Мелкий дёрнул было руку, но куда уж там. Во-первых, его рука уже парализована. Не хрен так шутить над суровыми дядями-целителями. Во-вторых, «Прочистка стула» начнёт действовать через секунд пять. Перевернув зажатую ладонь пацана, заметил на ней примитивную кольцо-печатку из цельной кости. Явно природный артефакт. Скорее всего, фрагмент скелета аномального электрического ската.
— Пусти! Пусти! — Завопило трепыхающееся чудо в резиновых сапожках.
Кепка полетела на пол, зажатая зубами спичка тоже. Парень тут же переходит с русского на чистый английский.
— Мне в туалет надо… Срочно!
— Дверь слева. — лениво указываю на туалет в каморке… теперь уже Рюхея.
Держась рукой за пятую точку, пацан ломанулся в указанном направлении.
— Жестокий ты, Довлатов-сан! — японец усмехнулся.
— Жестокий? — показываю красный след лёгкого ожога на своей ладони. — Куроки, пожми ты ему руку, сейчас валялся бы на полу, отходя от последствий электрошока. Меня так одна ревнивая девушка долбанула. Удовольствия в таком деле мало.
Рюхей тем не менее покачал головой.
— Но руку-то ты ему зачем парализовал? Как он теперь пуговицы на штанах расстёгивать будет?
— Научится. — пожимаю плечами.
— Эх! Не было у тебя младших братьев и сестёр. — Японец по-доброму улыбнулся. — Мне как-то ядовитую жабу в постель подкинули. Не со зла. У моего младшего брата, Рёмы, иммунитет к сотне ядов. Он эту жабу облизал со всех сторон. А когда ему показалась невкусной, подкинул мне в кровать. Думал, весело будет. Меня потом универсальным антидотом откачивали.
В каморку целителя ведут две двери: одна на улицу, вторая в административный корпус порта. Оттуда на шум выглянул нахмурившийся Монье.
— Месье Довлатов, — француз с сомнением глянул на меня. — Мне показалось, или я слышал детские крики?
— Заходил какой-то мелкий пацан. — Указываю на туалет, откуда доносятся жалобные стоны. — Игорь Дмитриевич… если не ошибаюсь Волтухин.
— Вольт, значит? — Монье выдал самую кислую улыбку на моей памяти. — В резиновых сапогах, кепке и ведёт себя как взрослый? Ещё и током небось шибануть пытался?
— Он самый, господин Монье.
Видя немой вопрос на наших с Рюхеем лицах, Монье тяжело вздохнув добавил.
— Его отец Дмитрий Волтухин, штурман на арктическом газовозе Арк-7. Это судно дальнего следования. К нам в Аран заходит раз в четыре месяца или полгода. Семья Волтухиных живёт от рейса до рейса. — Монье с жалостью глянул на туалет. — Года три назад около их дома появилась микроаномалия. Совсем уж крохотный разрыв на месте дворовой песочницы. Там возник Источник первого ранга. Но не чистый, а с эманациями пневмы. В момент появления аномалии случился выброс маны. Накрыло весь их жилой дом. Несколько детей и взрослых прошли инициацию. Само собой, везунчиками их не назовёшь. Малыш Вольт как раз один из них.
История у Волтухина не из приятных. Если инициация проходит слишком рано, сознание может быть к такому не готово. Резерв маны точно будет мизерным. Ещё ребёнка надо обязательно отдавать в школу для одарённых, а там практика-практика, медитации и изучение новых техник. О нормальном детстве можно позабыть. Ведь первый год для одарённого самый-самый важный.
Если в течение этого срока не подняться хотя бы до ранга ученика [1], то потом будет в разы, а то и десятки раз сложнее. Духовное тело за этот самый год из состояния податливого пластилина переходит к уже твёрдой кирпичной кладке. Менять её, пробуждая новые духовные слои, с годами становится всё сложнее и сложнее.
Говоря совсем уж просто, Волтухин обречён навечно оставаться одарённым [0] с крохотным резервом маны. Подзаряжать артефакты, использовать их, применять техники нулёвок… и всё. Таков его нынешний предел.
— Я вас услышал, но мне пора. — Ещё раз глянув на часы, понял, что опаздываю. — Надо до пяти часов успеть в госпиталь Красного Креста. Меня там уже кое-кто ждёт.
С пацаном разберусь, когда он научится вести себя нормально. Хм… или я слишком многого жду от десятилетки?
…
В очередной раз пришлось ехать через весь город на такси. По-другому не успеть к назначенной встрече с капитанами в больнице. По пути набрал сообщение в рабочий чат «Романов и КО».
[Пал Константинович, — адресую сообщение нашему матёрому финансисту. — Узнайте, пожалуйста, у мэрии города, по какой цене они готовы переуступить нам права аренды территории под склады в порту Арана.]
Тут, как говорится, есть нюанс. Порт и вся его территория принадлежат городской администрации. Эта земля не продаётся. Тот же склад мог построить как арендатор, так и само правительство Арана. Потом сдавать его торговым компаниям, работающим с морскими грузами. Но сейчас там всё заражено эманациями смерти. Сама по себе эта дрянь выветрится в лучшем случае за полгода-год. Нужна очистка, причём серьёзная и на большой площади. Всё же там устроил самоподрыв не-мёртвый, находившийся в шаге от ранга архимага[8].
Думаем дальше. Из-за того, что морская логистика сейчас работает дай бог в полсилы, мэрия и администрация города каждый день несут серьёзные убытки. Скоро начнется перебои в поставках товаров, сырья, продуктов в конце концов. Мэр наверное уже сейчас стремительно седеет, а министр торговли пьёт лекарства для больного сердца. Появление в порту зоны заражённой эманациями смерти — это серьёзный удар по всем аспектам жизни островного государства.
[На хрена они нам? — Мамай как обычно лаконичен в своих вопросах.]
[Во-первых, «Романова и КО» не платит налоги следующие пять лет. Какой бы бизнес мы в порту не вели, всё равно будем в плюсе. Во-вторых, вопрос скидки на аренду от мэрии Арана. Зачистка зоны заражения пробьёт дыру в дне городского бюджета на следующие пару лет. А если не уберут её, дыра будет ещё больше и на ещё больший срок. Плюс падение репутации у целой страны. В общем, Пал Константинович, вы просто цены узнайте. Там девять длинных складских зданий. Шесть снесло без возможности восстановления. Оставшиеся три накрыло облаком эманаций.]
У меня есть мысли, как сложность в районе порта превратить во взаимовыгодное предприятие. Надо лишь подождать, пока Мамай от мэрии получит какие-то конкретные условия.
…
17:03, 4 сентября, госпиталь Красного Креста
Во время боя с не-мёртвыми пострадало семеро бойцов из объединённой спецгруппы судна «Иван Рогов» и крейсера «Суворов». Всем им Лей Джо и Хомякович оказали на месте полноценную медицинскую помощь. Но на всякий случай всех раненых на следующие сутки положили в больницы.
— Здарова, бойцы! — Захожу в палату наших парней с двумя пакетами еды и минералкой. — Кому холодец, икорку баклажановую и варёную картошку с зелёным лучком?
Кто хоть раз сидел на диете в больнице, сейчас бы слюной обливаться начал. Манку и молочный суп уже на второй день начинаешь тихо ненавидеть. А я решил по пути заехать к «Тёте Гале» — единственному торговцу в Аране, продающему продукты из Российской Империи.
— Здрав будь, Довлатов, — Капитан Макаров усмехнулся. — Что-то выглядишь ты похуже наших бойцов. Хотя сам должен быть как ходячая аптечка.
Лежащий на койке боцман Железякин радостно хохотнул.
— Миш, у тебя синяки под глазами побольше моих будут.
— Бурная молодость, — Картинно раскланиваюсь, стоя в проходе с пакетами в обеих руках. Чем вызываю ещё одну волну смеха. — А если серьёзно, то спасибо вам, мужики, за то, что вчера за меня вступились. Замес с не-мёртвыми ведь серьёзный получился. Я сам думал, что эти твари максимум до старшего магистра [5] могут развиваться.