Призрачная связь (СИ)

Тут вошла миссис Грин и разговор на этом прервался. Я опустила руку, несмотря на небольшое сопротивление со стороны Майкла, который совсем не хотел меня отпускать. Но приличия должны быть приличиями.
Миссис Грин спросила меня, как я себя чувствую, и сообщила, что уже рассказала моим родителям, что мы с Майклом сегодня неплохо погуляли, добавив:
— Ты, конечно, как хочешь, но я бы, наверное, не стала пугать родителей страшными рассказами.
Вот и я не стала.
  
Глава 4
 
Приглашение
Майкл проводил меня до дома. Как только мы начали прощаться, между нами повисло неловкое молчание. Никто из нас не решался его прервать. И тут я совершила очередной глупый (с моей точки зрения) поступок. Я поднялась на цыпочки, поцеловала его в щеку и быстро, не оглядываясь, убежала в дом.
Мама начала было расспрашивать про поездку в библиотеку, но, увидев, мое растерянное выражение лица, быстро прекратила эти попытки и не стала возражать, когда я захотела подняться в свою комнату.
Кушать не хотелось. Сегодняшним днем я была сыта по горло.
Взяв вещи, я сразу же отправилась в ванную. Включив воду, я какое-то время стояла под душем и разглядывала свою руку. Никаких следов произошедшего я, конечно же, не увидела. Я попробовала кожу на ощупь. Ничего не изменилось.
Странно было ощущать, что я теперь другая. Вообще-то, странно было осознавать, что все вокруг сильно изменилось. Как будто в середине спектакля, когда ты уже полностью погрузилась в рассказываемую историю, кто-то включил свет в зрительном зале. Актеры все так же стоят на сцене, но вместо красивого купе поезда, искусно нарисованного режиссером, теперь ты видишь одиноко стоящий чуть облезший стул и подувявшие цветы в пыльной вазе.
Я выключила воду и еще какое-то время просто стояла, задумавшись, пока с моих волос каплями стекала вода. Слегка поведя головой, я словно сбросила с себя оцепенение и начала вытираться.
В комнате я легла на кровать, вставила наушники в уши и полностью погрузилась в свои мысли. Я смотрела невидящим взглядом в потолок, а передо мной все всплывало озеро, Вакха и Майкл. Эта картина сменялась другой — вот Майкл держит меня за руку и говорит, что я ему нравлюсь. Было ли это правдой или просто приснилось мне? Может ли такое вообще быть наяву? И при всем при этом — могу ли я вообще нравиться такому идеальному красавцу?
Мои мысли прервала мама, склонившись прямо надо мной и закрывая мне потолок, на который я смотрела. Она что-то говорила мне, но я не слышала ее, только видела, как шевелятся ее губы.
— Подожди, секундочку, — сказала я, вытаскивая скрытые волосами беспроводные наушники из ушей. — Повтори, пожалуйста.
— Солнышко, там тебе кое-что принесли. Спустись, пожалуйста.
Первое, что я увидела, когда начала спускаться по лестнице — был огромный, буквально необъятный, будет ярко-красных роз среднего размера. Карточка гласила, что букет был от Майкла, а также приглашала меня с родителями к ним на ужин завтра вечером, заканчиваясь вопросом — «Могу ли я надеяться?»
Вместо ответа я написала ниже свой номер телефона и попросила курьера доставить карточку отправителю. Под молчаливым взглядом мамы я еле подняла будет и медленно понесла его по лестнице в свою комнату. Комната сразу же наполнилась благоуханием роз. Ммм, мой любимый запах. Не приторно-сладкий, а завораживающе-мягкий.
Я опять легла на кровать, вставив в уши наушники. Нет-нет, да и поглядывала на букет. Я раздумывала: это только у призраков такие красивые ухаживания?..
В кармане завибрировал телефон. Я открыла сообщение:
— Привет! Я могу надеяться?
— Привет! Вероятно. Но я еще не разговаривала с родителями.
— Думаешь, как сказать?
— Нет. Жду папу с работы. Позже сообщу результаты, — на ходу допечатывала я, увидев подъезжающую папину машину в окно. Я выключила музыку, вытащила наушники и глянула в зеркало. Так, надо успокоиться. Что-то я действительно выгляжу очень взволнованной. Я сделала вход и выдох и открыла дверь своей комнаты. Сразу же вкусно запахло запеченным мясом. Мама готовила ужин.
 
— Тебе помочь, мамочка?
— Что, солнышко? — чуть не выронила мясо мама. — Ах, нет. Присаживайся. Папа сейчас переоденется и подойдет.
— Ну, что, красавица, как дела? — чмокнув меня в лоб, спросил подошедший папа и подмигнул. После этого он обнял и поцеловал маму, потом уселся за стол.
Я поняла, что они с мамой уже успели пообщаться на счет букета. Поэтому не стала откладывать разговор в долгий ящик и, пока мама раскладывала пахнущую еду по тарелкам, я сказала, делая паузу после каждого слова:
— Поступило предложение ужина…
— Дочь, нам следует что-то знать? — перебил меня папа.
— Ты не дал мне закончить.
— Извини. Продолжай.
— На ужин приглашают всех нас. Завтра.
— Хм… — только и произнес папа.
— Виктор, возможно нам все-таки стоит познакомиться с тем, кто представляет интерес для нашей дочери, — мягко сказала мама.
— Хм… Дайте мне немного времени. Я обдумаю это предложение. — папа был не особый любитель ходить в гости.
Ужин прошел за разговорами о том, о сем.
После ужина папа сказал:
— Девочки, хорошо. Если вы так хотите, давайте сходим в гости к нашим новым соседям.
Мы с мамой засияли. Я — по весьма понятным причинам (вернее, причине), а мама — просто давно никуда не выходила и, кроме того, уже весьма сдружилась с миссис Грин.
Как и любая девочка, я очень заморачивалась тем, как я буду выглядеть на ужине. Решив, что выбирать одежду я буду утром, я опять отправилась в ванную комнату: нужно было сделать маску, привести в порядок ногти и еще много всяких девчачьих вещей. Вечер пролетел незаметно.
Перед сном мы с Майклом немного попереписывались и пожелали друг другу сладких снов на прощание. Это было очень приятно и очень необычно — очень важный для меня человек как будто стал мне немного ближе и уже желает мне Спокойной ночи.
Ночь действительно прошла спокойно. Мне снились приятные сны о том, что мы с Майклом прогуливались за ручку под пальмами где-то в Калифорнии, где солнечно и совсем нет дождей.
Утром мама заскочила ко мне перед работой, чтобы спросить, нужна ли мне помощь с нарядом. Вот за что я люблю свою маму, так это за то, что отношения у нас с ней дружеские. Она вполне могла бы быть моей подружкой. Если бы была помоложе, конечно.
Я пообещала ей, что справлюсь сама. Что-то да и можно выбрать из этой полусотни разноцветных платьев, висящих у меня в шкафу.
— Солнышко, уберись, пожалуйста, в своей комнате. И да, не забудь подобрать лак в цвет платья. Люблю тебя.
Пылинки в солнечном свете все еще продолжали кружиться, когда она исчезла за дверью.
Точно, убраться-таки нужно. Вот этим я сейчас и займусь.
Уборка всегда упорядочивала мои мысли. Пока руки заняты раскладыванием вещей, вытиранием пыли и прочими вещами, в голове также происходит трансформация. Параллельно с материальным миром в моих мыслях также постепенно происходит порядок.
Как мне себя сегодня вести? Стоит ли мне общаться с Майклом при родителях или не подходить к нему вообще? Какая у него сестра? Как я буду с ней общаться? Знает ли она о нашей с Майклом взаимной симпатии?
Это бесконечное множество важных вопросов внезапно было прервано звуком сообщения. Майкл пожелал мне доброго утра и написал, что уже скорее хотел бы увидеться. Я сообщила, что тоже, потом пожелала ему хорошего дня и продолжила уборку.
Когда наконец моя комната сияла, как новогодняя игрушка, я задумалась о платье. Открыв шкаф, я замерла перед ним и словно в первый раз посмотрела на свой гардероб. Так, что же мне выбрать? Сейчас, как у каждой девушки, у меня была проблема: мне нечего было одеть. И это при всем при том, что выбрать одно платье мне предстояло из 25–30 вариантов. Сколько точно у меня было платьев, я бы не смогла сказать.
 
Платья я любила. Даже несмотря на их непрактичность. Только в платьях я могла себя почувствовать девушкой. Среди моих вещей не было модных (что называется «последний писк моды») или вызывающих. В общем, обычных вещей подростков. Любовь к красивым вещам мне привила мама. В этом плане я была нетипичным подростком. Мне никогда не хотелось самовыражаться таким образом.