Волшебный переплёт. Неизведанные миры (сборник) (СИ)
Они надеялись, что тишина в доме поможет ей сконцентрироваться на занятиях. Ах, если бы не эта трагическая цепочка событий, то, конечно, можно было бы избежать автомобильной аварии, и её родители сейчас были бы рядом. Они жили бы большой дружной семьёй, радовались бы подрастающим внукам, которых всегда хотели воспитывать… Но реальная жизнь резко отличалась от той, которую Людмила часто видела в своих детских снах. В детстве ей снился какой-то удивительный, волшебный, нереальный мир. Однако, этот мир её мечты и грёз разрушился, столкнувшись с обыденностью.
Раннее замужество Людмилы привело к тому, что её интересы с немногочисленными школьными подругами разошлись, и она отдалилась от них. Новых же друзей, которые обычно появляются благодаря прогулкам с детьми, она тоже ещё не встретила, так как детей у неё до сих пор не было.
Гостей, в отличие от своих родителей, она не любила и с родственниками отношений тоже не поддерживала. Её тётушки, которые раньше часто приезжали к ним в гости, состарились и уже не покидали своих домов. Да и Людмиле не особенно хотелось поддерживать отношения с ними. В результате круг её общения резко сузился и практически свёлся к нулю. В конечном счёте она столкнулась лицом к лицу с жутким одиночеством, которое незаметно проникло во всю её жизнь и часто служило причиной затяжных депрессий. В последнее время она всё чаще и чаще испытывала странные страхи и гнетущую душевную пустоту. По идее, вся её жизнь сводилась к уборке, готовке, мытью посуды и вечному ожиданию чего-то лучшего, но чего?
Людмила прекрасно чувствовала себя наедине с собой, и по большей части ей вообще никто не был нужен. Она любила читать и с удовольствием проводила весь день с любимой книгой, погружаюсь в другой, чудесный, придуманный мир. Через книги она общалась с авторами, списывалась с ними в интернете, но сама пока не решилась написать ни одного романа.
Да и о чём ей было писать? Жизненного опыта, необходимого для хорошей книги, у неё не было. Конечно, она могла бы описать истории путешествий своего мужа, но он как-то не особо любил рассказывать о том, что с ним случалось в поездках и часто, отшучиваясь, заменял слова поцелуям, не желая пугать свою любимою жену и погружать её во все подробности своей работы.
Несмотря на отсутствие общения, они обладали какой-то удивительной духовной связью. Они могли улавливать мысли друг друга на расстоянии и часто одновременно испытывали абсолютно одинаковые эмоции.
Иногда им могли прийти в голову абсолютно одинаковые мысли. Не сговариваясь, они одновременно произносили одни и те же слова, а потом вместе дружно смеялись. Им было хорошо и спокойно вместе. Поэтому Людмиле, по большому счёту, больше никто и не был нужен. Если бы только её муж Мишель, так на французский манер она любила его называть, мог бы всё своё время поводить вместе с ней, то она была бы абсолютно счастлива. Мила и Михаил, какое красивое сочетание имён! Людмиле всегда казалось, что они созданы друг для друга.
Когда Михаил в старших классах пришёл к ним в школу, их классная руководительница Мария Ивановна сразу же посадила их за одну парту, и с той поры они больше не расставались. В гардеробе их школы работала старая нянечка, которая всегда нежно звала её Милочкой. Часто, помогая ей одеваться, она не уставала повторять, что её имя означает «милая людям», и что ей, Людмиле, уготована великая судьба, о которой та пока сама ещё не догадывается. Но совсем скоро всё изменится…
В двухтысячные годы, когда она появилась на свет, все ждали, что вот-вот должно произойти что-то грандиозное, что коренным образом всё изменит. Кто-то пугал концом света, а кто-то, наоборот, верил, что на стыке веков произойдёт поворот к лучшему. 2000, год её рождения, называли тогда миллениумом, границей между тысячелетиями, началом нового тысячелетия.
Перед тем как Михаил собрался уезжать в свою очередную поездку, Людмила предупредила его, что последнее время она ощущает, что с ней происходит что-то неладное.
— Милый, у меня какое-то странное предчувствие.
— Что такое, любимая?
— Мне кажется, что когда ты вернёшься, то ты не найдёшь меня дома.
— Ну что ты, глупенькая, куда же ты можешь исчезнуть?
— Ты знаешь, последнее время со мной творятся странные вещи. Помнишь, я рассказывала тебе, какой кошмарный сон мне приснился накануне гибели моих родителей?
— Не думай об этой. Мы же с тобой уже всё обсудили.
— Да, дорогой, я не об этом. Я замечаю за собой странную способность: мне кажется, я могу управлять своими сновидениями. Я не знаю, как это объяснить, но во сне я могу перемещаться в пространстве.
— Думаю, тебе это просто кажется. Мне, действительно, уже пора, дорогая.
Он чмокнул её в щеку и поспешил к выходу. А Людмила повернулась на другой бок, закрыла глаза и снова погрузилась в сон. Так же, как и в первой части своего навязчивого сновидения, она вновь продолжала пробираться сквозь непроходимую чащу.
Иногда она записывала свои сновидения, те образы и ощущения, которые рождались в её подсознании. Это позволяло ей проанализировать своё внутреннее состояние.
В своих дневниках она уделяла большое внимание теоретической подготовке, описывала в них общеизвестные методики осознанных астральных путешествий, систематизировала приходящую ей во сне информацию. Иногда, проснувшись, она брала кисть, краски и начинала рисовать те образы, которые являлись ей во сне.
Также она пыталась понять и найти ту границу, которая отделяет предначертанные судьбою события от тех событий, которые мы можем изменить. Иногда ей казалось, что у неё получилось взять управление судьбой в свои руки, но внезапно происходило какое-то трагическое событие, и она полностью утрачивала контроль над ситуацией. Всё, что ей оставалось делать, это смириться и принять свою судьбу такой, какой она была ей дана.
И ещё она поняла, что не должна рассматривать свои сновидения в отрыве от событий, происходящих в её жизни. И чем больше она над этим думала, тем больше начинала понимать, что эти две реальности тесно связаны между собой, и одна из них является просто продолжением другой. Одно вытекало из другого. То, что с ней происходило в реальной жизни, часто отражалось во сне. И наоборот, её сны тоже начинали влиять на её реальную жизнь. События смешивались, переплетались, и в конечном счёте она уже была не в состоянии отличить одно от другого.
Вот и сейчас во сне, с трудом переступая через поваленные деревья, она продолжала свой путь, пока не добралась до векового дуба с огромным дуплом в человеческий рост.
Забравшись в это дупло, она почувствовала, что земля уходит из-под её ног, и она стремительно куда-то летит. Было не очень понятно, падает ли она вниз или летит вверх, но ощущение невесомости она явственно ощущала каждой клеточкой своего тела. Хотя было ли это её тело? Ведь её тело по-прежнему оставалось лежать дома, в уютной кроватке, и со стороны казалось, что она просто спит. Но Людмила ощущала себя абсолютно осознанно, как будто бы на этот раз она решила отправиться в опасное путешествие вместе с мужем. Правда, её Мишеля пока нигде не было видно, но внутренне она была уверена, что они обязательно скоро встретятся.
Затем воздух плавно перешёл в водную среду, и она почувствовала, как всё её тело приятно обволакивают мягкие струи воды, бережно принимая её в свои объятия.
Она открыла глаза и увидела над собой яркое солнце. Её поразил удивительный перепад красок. Выбравшись из гнетущей темноты, Людмила оказалась в сочетании ярких насыщенных цветов: жёлтое солнце, ясное, голубое небо, плавно перетекающее в прозрачные воды какого-то абсолютно невероятного зелёно-сине-розового отлива. Всё это положительно сказывалось на её настроении, как бы делая её жизнь яркой, интересной и насыщенной. Грязный пол в коридоре, куча немытой посуды на кухне больше ни капельки не волновали её, хотя не так давно они были главным смыслом её жизни.
Когда Людмила вышла из воды, она оказалась абсолютно обнажённой, а на спине у неё теперь красовалась парочка крылышек. Во всём своём теле она ощущала невероятную лёгкость и будто бы не шла, а парила над землёй. Ей нравилось это новое, неизведанное ранее ощущение. Людмиле совершенно не хотелось возвращаться домой.