Товарищ кот (СИ)
– А вот давайте обойдемся без осуждающего тона, – обиженно поджал губы Абдулла. – Во-первых, клиент всегда прав. Во-вторых, как я уже говорил ранее, товары у меня специфические и каждый покупатель – особенно постоянный – на вес золота. В-третьих, я не сую нос в чужие дела. Ну и в конце концов он дал сверху двадцать фунтов.
– Сильный аргумент, – кивнул Семен.
«Клиент всегда прав» было любимым выражением менеджера Феди – кроме, разумеется, «Чума!» и «Вокруг меня одни идиоты!» – что нередко выходило всем им боком. К примеру, как тогда, когда некая фирма перепутала номер телефона и вместо агентства по проведению корпоративов дозвонилась в компанию Семена. Поднявший трубку Федя не растерялся и влет договорился о проведении стенд-апа для сотни чоповцев.
Правда, вечер сразу не задался, так как выбранный на закланье Игнат – пришедший в тот день в офис последний, что и определило его незавидную участь – начал программу с вопроса, на который же сам и ответил: «Что общего между куртизанкой и охранником? Оба спят за деньги!». Для полноты картины к гробовой тишине в зале не хватало только стрекота сверчков.
Игнат не стал унывать и продолжил бенефис, Семен же, заметив, что средь угрюмой публики уже мелькают электрошокеры и газовые баллончики, кое-как смог уволочь вошедшего во вкус Игната со сцены. Перфоманс скрасил шведский стол с фирменными салатами от Галины Абрамовны и ящик самогона, который подогнал тесть Валеры, так что с задачей они, конечно, худо-бедно справились, но по возвращению в офис пообещали в следующий раз насильно нарядить Федю в костюм клоуна и заставить жонглировать бензопилами. Включенными.
– А вы с Кроули давно знакомы-то? – спросил Семен, не став развивать тему серьезности этики в торгово-рыночных отношениях.
– Угу, – Абдулла перекинул ногу через подлокотник. – Давно – не то слово. Я его еще помню худющим словно жердь и с гривой как у льва. Он тогда только-только орден «Золотой зари» для себя открыл, там-то ему голову и промыли насчет психологии, осознанного подсознания и всего прочего.
– То есть раньше он был нормальным? – уточнил Семен. – Ну, более-менее. Для колдуна.
Абдулла было открыл рот, но на вопрос ответить так и не успел, так как в дверь постучали, а следом, не дожидаясь приглашения, в комнату бодрым шагом вошла уже знакомая фигура в лице масона-выпендрежника Фауста. Вот только одет он был в потасканный коричневый пиджак с кожаными заплатками на локтях, явно побывавшем не на одном званом ужине у моли в качестве основного блюда, такого же цвета мешковатые брюки, штиблеты с загнутыми ввысь острыми носами и фетровую шляпу. На груди у него висел фотоаппарат – винтажный, влажная мечта любого хипстера – на носу сидели большие круглые роговые очки, а над губой выросли пышные усы.
– О, надьеюсь я не помешаль! – воскликнул он и озарил комнату вспышкой. – Менья зовьут Жорже Роше, я журнальист из дальекой Франции!
– Серьезно? – спросил Семен. – Жорже Роше, журналист из Франции? И это все, на что хватило твоей фантазии?
– Уи, уи, – закивал головой Фауст. – Я пишу статью о знамьенитьом философском камнье, а вас мне порекомендьовали наши общие друзья как больших экспьертов в области утерьянных артефактов!
– Эй, фантомас-любитель, у тьебья ус отклеился, – заметил Семен.
– Знаешь этого идиота? – поинтересовался Абдулла, пока Фауст, отвернувшись, спешно поправлял грим.
– Ага, – кивнул Семен. – Масон, который тоже пытается заполучить камень. Прилип словно репей на хвост, не отмашешься.
– Масьон? Я? О, ньет! – в деланном недоумении воскликнул Фауст. – Я – Жорже Роше…
Договорить он не успел, так как Абдулла ткнул в его сторону указательным пальцем – и тот вылетел в коридор, врезавшись в тележку, которую мирно себе вез ничего не подозревающий официант.
– Ловко, – покачал головой Семен, слушая причитания халдея и ругань Фауста. – Может ты пока в нашей партии колдуном побудешь, пока Кроули временно недоступен?
– Заманчиво, но я пас, – широко зевнул Абдулла. – Старый я уже для таких приключений, да и шкуру подставлять неохота.
– А я говорил, что это не с-с-сработает, – раздался откуда-то с потолка тяжелый вздох Вальтера.
– Может тебе мас-с-стера посообразительней найти? – спросил Семен.
– Пропадет же, – ответил Вальтер. – С-с-с-гинет, а мне потом перед ложей отчитыватьс-с-ся.
– Получилось! – раздался из ошейника Семена радостный лай Сэма. – Все сюда, я нашел Кроули!
Через пять минут они полным составом уже находились в какой-то пыльной кладовке, которую Сэм переделал под мастерскую. Всюду пищали, тарахтели и мигали лампочками различные приборы, трещали рации, искрили провода. Сэм стукнул лапой по рычажку на вытянутой панели – и на выпуклом экранчике ее замигал алый огонек.
– Четыреста миль на девять часов, – сообщил Сэм. – Там сейчас держат Кроули. А может быть, и философский камень.
– Германия, – поморщился Чарли. – Похоже, будем вести игру на чужой территории.
– Думаю, это опасно, – немного подумав, сказал Альфонсо.
– Скажу больше – это смертельно опасно, – кивнул Чарли. – А значит – берем побольше взрывчатки и готовимся к худшему.
Последняя фраза как никак идеально описывала всю жизнь Семена после его впопандопальства.
Глава 21
План и стратегия – это, конечно, хорошо, но пара десяток дивизий за спиной и пара батальонов с пушками еще лучше.
Наполеон Бонапарт о том, как выигрываются войны.
Когда-то давным-давно, много лет назад, еще совсем юный студент Семен Иванович Попадайлов устраивался на свою первую в жизни работу со светлой мыслью побатрачить на ней годик-полтора, скопить деньжат, рвануть в путешествие по Европам, а после осесть дауншифтером в каком-нибудь Таиланде, нежась на пляже и несколько часиков в неделю подрабатывая фрилансером. При этом не сколько ради заработка, сколько ради того, чтобы не помереть со скуки.
Но светлые мечты разбились о суровую реальность. Как оказалось, если твоя зарплата не заканчивается шестью нулями, в лучшем случае к концу месяца у тебя от этой суммы останется рублей пятьсот – и это хорошо, если еще в минус не уйдешь. И что самое коварное – чтобы зарабатывать на фрилансе хотя бы столько, сколько уйдет на поддержание штанов, нужно уметь что-то делать.
К такому коварству Семена жизнь точно не готовила, поэтому от столь перспективных планов пришлось отказаться. Во всяком случае до тех пор, пока его блоги не начнут приносить ему более-менее стабильный доход.
Однако сбылась мечта офисного клерка и от попаданства все же был свой плюс. Как никак за несколько дней Семен успел увидеть несколько стран: Польша, Румыния и вот теперь Германия. Правда, впечатления от путешествий слегка смазывалось тем, что каждый раз кто-то пытается его убить, но надо искать во всем позитивные стороны – во всяком случае, он не платит за билеты.
– И это тайное логово Распутина? – в легком разочаровании протянул Семен.
Действительно – увиденное не поражало взгляд. Просто какой-то завод – которые в его реальности стоят без дела, так как в стране одни гитаристы и тик-токеры – окруженный высоким забором с колючей проволокой. По периметру воткнуто несколько вышек с прожекторами и часовыми. Помимо этого вокруг сновали многочисленные патрули из штурмовиков в сопровождении доберманов и, судя по их злобным мордам, встреча с ними не сулила ничего хорошего.
– А ты на что надеялся? Замок, окруженный рвом с крокодилами, или высоченную башню с пылающим красным глазом на вершине? – хмыкнул Абдулла, передавая небольшой бинокль обратно Чарли.
– Ты кстати так и не объяснил, по какой-такой причине вдруг резко перестал заботиться о своей шкуре и поперся с нами, – сказал Семен.
– Ну начнем с того, что ваш шпик за мной просто по пятам ходит, что немало раздражает, – ответил тот. – А закончим тем, что шкура-шкурой, но Аля все же спасти надо. Он мне в свое время помог первый спиритический сеанс провести, да и с долгами расплачивался всегда вовремя. А мне и самому кое-кому должок вернуть надо, причем с лихвой.