Одержимость Ростовщика (СИ)

— Прошу. Всего три вещи. О большем я не стану вас просить, а после буду делать всё, что захотите.
— Валяй, — сухо выдаёт он, спустя пару минут раздумий.
С трудом подавляю в себе радостный вскрик. Пусть и маленькая, но победа у меня уже есть. Осталось самое сложное. В таком же виде пронести её до конца.
— Как только долг будет выплачен, вы отпустите меня и наша семья ничего не будет вам должна, — начинаю с самого главного пункта. — Никто из ваших людей, больше не причинит нам вреда. Мы просто будем жить своей жизнью. 
— Не тронем, — внезапно быстро соглашается Рагнар. — Только если твоему отцу не понравится продавать своих женщин и он не решит снова кого-то отдать. За него отвечать не стану.
Кровь моментально вскипает в жилах. Кем он нас считает? Но ничего не решаюсь ответить Рагнару на его заявление. Разозлю зверя, а с ним не стоит ругаться. Иначе последует наказание. Да, и что я отвечу ему?. Как объясню поступок отца? Поэтому пропускаю едкое замечание сквозь уши и продолжаю говорить.
— Я хочу вернуться домой. Только на полчаса. Максимум час, — поспешно добавляю, видя как хмурится его лоб. — Мне бы только забрать свою одежду. Я не знаю насколько задержусь здесь. День, два. Сколько вам нужно времени… для выплаты долга, но мне нужна мо…
— Почему ты решила, что я буду трахать тебя только два дня? — застаёт врасплох под конец фразы.
Я впадаю в немой ступор.
То есть как?.. Ему мало двух ночей? Хочет больше? Зачем? Мою девственность он ведь в первую ночь и возьмёт, а больше брать у меня нечего.
— Но как же?..
— У меня на тебя большие планы. Двумя днями здесь не обойдёшься. Я заберу каждую девственность. Выдеру, как последнюю шлюху. А теперь прекращай болтать и займись делом. Раздевайся.
Проходит минута… другая… Мужчина богровеет от ярости и я подчиняюсь воле ростовщика. 
Ладони вспотели от волнения за секунды, пока одну за другой растёгивала пуговицы. Страх. Ужас. Паника. Путаюсь в собственных чувствах и уже не понимаю, что испытываю сейчас. Но на автомате зажмуриваю веки, когда тонкая ткань рубашки мягко соскальзывает с плеч, оставляя меня в одном белье. 
— Открой глаза, — очередной приказ.
Обхватываю себя руками. Подчиняюсь. Хищника нельзя злить. Нельзя противиться. Ни тогда, когда он и так на взводе. Но после такого пронизывающего и прожигающего взора теряюсь в догадках, что было бы лучше.
Меня словно ударяет током. По жилам, где должна течь кровь, льётся электричество. Ток прошибает плоть до судорог. 
— Подойди и сядь на меня, — пошатываясь, иду на зов своего хозяина. 
Рагнар уже обнажён по пояс. Закинув руки за голову мужчина следит за каждым сделанным мною шагом. Жадно впитывает движения. Его взгляд настолько осязаемый, что я буквально чувствую, как он касается меня. Начиная с лодыжек, поднимается всё выше и выше, задерживаясь на единственных прикрытых местах. 
Его обманчиво расслабленная поза не внушает спокойствия. Она не способна обмануть, но позволяет рассмотреть мужское тело, которое пугает своими размерами. Будто ему мало моего страха и он хочет обострить чувства сильней.
Широкая грудь тяжело вздымается при каждом его вдохе. Рельефный пресс напряжен. Мышцы словно выкованы из железа, точно в умелых руках кузнеца. Четко проработанные мускулы внушают силу. Темная поросль волос покрывает смуглую кожу, устремляется вниз и тонкой дорожкой скрывается за поясом брюк. 
— Долго жопу греть будешь на моих коленях?
Морщусь от его грязных выражений.
— Так ведь сами сказали сесть на вас.
— И?..
— Я села.
Рагнар удивленно вскидывает бровь. Всматривается в моё лицо. Ищет что-то, а после запрокидывает голову и начинает хохотать. Дико. Громко. Одержимо. Заставляет чувствовать себя глупо и нелепо.
А что я такого сказала то? Он же и правда...
На мгновение забываю кто передо мной и вскакиваю с мужчины. Обида вгрызается в меня.
Я ведь правда стараюсь. Делаю, что мне говорят, а он… он просто смеётся. Потешается. 
Меня тут же возвращают на место. Разворачивают лицом к себе. Огромные ладони с тяжёлым шлепком ложатся на попу, заставляя вскрикнуть. Резко притягивают ближе к мужскому телу и что-то твёрдое упирается в мой живот.
 
— Куда собралась? Я не разрешал уходить, — ровно чеканит Рагнар, при этом вытворяет невообразимое.
Руки проскальзывают под ткань кружевных трусиков и сжимают мои ягодицы. С особым удовольствием они сминают их. Впиваются в промежность. Приподнимают и заставляют двигаться на огромном бугре, выпирающим из под ткани брюк. Быстро. Жёстко. Точно хочет вонзиться. С каждым движением он становится больше.
— А почему вы смеялись? — обхватив руками за шею и жадно глотач воздух, жалуюсь ему и снова чувствую себя дурой. Нашла время. — Я ведь делаю как вы говорите.
— Я позвал тебя, чтобы сама меня оседлала, — рычал Рагнар, порвав бельё на части и выбросив, как ненужные тряпки, продолжил вбиваться. — Сама вогнала в себя мой член. Раз ты ещё целка позволил рулить в первый раз, чтоб было спокойней. Но раз ты даже в мозгах девственница так и быть… сделаю доброе дело, — с его губ срывается странный звук. Смешок. Его самого забавляют собственные слова. — Обработаю сам. Выжму все соки из тебя, чтоб хер вошёл, как по маслу. Но не рассчитывай на излишнюю доброту. Потом сполна отплатишь за моё великодушие. Во всех позах.
Ударяясь своим лбом о его, я ничего не отвечаю. В голове творится полная неразбериха. Слова, мысли путаются между собой, оставляя только чувства. 
Жаркая волна проносится по телу. Отдаётся сладкой тяжестью внизу живота и между бедёр стекает влага. Мои прерывистые вздохи, стоны, сливаются с его диким рычаниям. Горячее дыхание обжигает кожу. Между губами считанные сантиметры. Я поддаюсь охватывающему порыву. Мои руки плотней смыкаются вокруг его шеи. Это безумие. Чистое безрассудство, но отчего-то сейчас оно кажется самым желанным в мире. Попробовать на вкус его губы. Узнать, какого это, когда тебя кто-то целует. Сокращаю последние миллиметры. Касаюсь его и... очередной удар прошибает меня. 
Нет. Нельзя сказать, что в голове взорвались салюты, как те, что описывались в прочитанных мною романах. Не было никаких нежных, щемящих ощущений. Словно чего-то не хватало. Чего-то особенного и потому необходимо важного. Но и противно тоже не было… И даже приятно. Чувствовать чужой жар на своих губах, было для меня в первой. Я нежно поцеловала тонкие губы, познавая новые грани. Борода колола кожу, но даже это нравилось мне.
Чувствую, как Рагнар удивлённо замирает подо мной. Перестаёт двигаться. Совсем не ожидал такого поворота. Что тут говорить, я и сама не ожидала подобного от себя.
Но я не знаю, что делать дальше. Неопытность и стыд берут надо мной вверх, поэтому отстраняюсь быстро. И сгорая со стыда утыкаюсь носом в бычью шею, пряча красное лицо.
— Сучка маленькая! — рычит и вонзается в мои губы.
Грубо. Жёстко. Ни капли нежности. Врывается языком. Терроризирует мой рот. Втягивает влажный язык. Пожирает меня своим ртом. Мои глаза широко раскрываются в изумлении, а мужчина не обращает внимания. Он продолжает целовать. Жадно. Одурело. Одержимо. 
Его пальцы впиваются в мои ягодицы и начинают задавать новый темп. Быстрый. Грубый. Кресло под нашими телами жалобно поскрипывает, но мы не обращаем на него внимания. Сама не замечаю, как начинаю двигаться на встречу. Трусь нежной плотью о грубую ткань. 
— Вот так… хорошая девочка, — одобрительно хмыкает он, шлёпая меня по попе и освобождает уже ноющую грудь от бюстгальтера. — Двигайся. Тебе же нравится. Вон как течёшь... Все брюки обмочила своими соками.
Покрывает мою грудь ладонью. Поглаживает. Выкручивает соски. Играет. Я перестаю сдерживать себя. Откидываю голову назад, крича во весь голос и не верю, что это я. Точно сошла с ума захлёбываясь в новых ощущениях.
— Рагнар… — его имя срывается с моим стоном.
У него срывают тормоза. Толчки становятся агрессивнее. Кресло не выдерживает и ломается, скидывая нас на пол, но его это не волнует. Резко опрокинув меня на спину, он нависает сверху и раздвинув ноги продолжает вколачиваться. Яростно и безумно.