Не чужие дети (СИ)

Вернулась в детскую. По очереди посмотрела на племянников.
– Так. Кто из вас взял браслет, я не знаю и знать не хочу. Но если через минуту вы его не вернёте, поставлю вас по углам. Обоих. И хоть обревитесь. Вы совсем совесть потеряли.
***
Через минуту на кухню никто не пришёл. Через две тоже. Я успела вытереть плиту и подогреть котлеты. Разлила по стаканам молоко и добавила по ложке растворимого какао. Бросила взгляд в коридор – никого. Только хотела пойти за детьми, звякнул телефон. Сообщение пришло от начальницы.
«Есения, пожалуйста, завтра не опаздывай. Будет важное собрание, твоё присутствие обязательно. В компании новый директор. Завтра у нас знакомство с ним».
Что? Я перечитала ещё раз. Новый директор?!
Ничего не понимая, села на подвернувшийся стул. Хотела было позвонить начальнице, но в последний момент передумала. Что она мне скажет? И так ясно написала – новый директор.
– Ты что? – рассеянно повернулась к подошедшему Косте.
– Вот. – Он протянул мне браслет. – Его Даша взяла. Она хотела сделать своей кошке ошейник. Только не ругай её.
– Что сделать? Кому?
– Ну… – Костя вдруг смутился. – Кошке. Варежке своей. Просто она давно кошку хотела, а мама ей пообещала. А потом мама…
Он словно подавился словами. Замолчал.
– Не ругай её, – попросил снова.
– Не буду, – ответила, взяв браслет. – Зови сестру ужинать.
Сама ещё раз перечитала сообщение. Новый директор. Почему я ничего не знала? И что это значит для компании? А для меня?..
  
Глава 4
 
Есения 
На совещание я не опоздала. Почти. Вбежала в просторный холл офисного центра ровно в девять, и дети на этот раз были ни при чём. Дурацкий автобус! В приложении было написано, что он приедет через три минуты, но, когда я подбежала к остановке, двери уже закрывались. Скотина водитель вместо того, чтобы подождать, тронулся с места, хотя прекрасно видел меня!
– Чтоб тебе импотентом стать, – процедила я, поправляя макияж прямо в лифте и вспоминая, как осталась одна на остановке.
Пешком было уже не успеть, до следующего автобуса – пятнадцать минут. Хотела вызвать такси, только поблизости не оказалось ни одной машины. Час пик, увеличенный спрос и время ожидания тоже увеличенное.
– Не хотел бы я быть вашим врагом.
Я порывисто обернулась, чувствуя, что заливаюсь краской. Мне казалось, что все вышли этажом ниже, и я в лифте одна. Но у противоположной стенки стоял мужчина. Высокий, темноволосый, с жёсткими чертами лица и глазами, похожими на угли.
– Вряд ли у нас с вами найдётся повод для вражды. Так что можете не беспокоиться, – ответила я резко и, едва створки открылись, вышла.
Две минуты десятого. Проклятье! Влетела в зал и к своему облегчению поняла, что собрание ещё не началось.
– Иди сюда, – позвала меня молоденькая коллега из отдела рекламы. – Ты сегодня вовремя.
Я заняла место рядом с ней и с облегчением выдохнула.
– Привет. Господи, у меня с самого утра день кувырком. Вначале автобус, потом…
Внезапно разговоры затихли. Я тоже замолчала, не договорив. Повернулась ко входу и чуть язык не прикусила.
Дверь закрылась, как решётка ловушки. Вернее, не сама закрылась – её закрыл тот самый мужчина из лифта.
Вдоль позвоночника пробежал холодок. Рядом с мужчиной стояла высокая, строгого вида девушка со стрижкой каре.
– Доброе утро, – сказал черноволосый, взглядом хозяина осмотрев зал и каждого, кто в нём был. – Меня зовут Михаил Азаров. Я новый хозяин компании и ваш новый генеральный директор.
Он прошёл к креслу во главе стола, но садиться не торопился. Опёрся руками о спинку и ещё раз осмотрел всех, кто был в зале. Мазнул по мне взглядом, но не задержался ни на секунду.
– Моё главное правило, – снова заговорил он, – работа на первом месте. Что бы ни происходило у вас, работы это касаться не должно. Меня не интересуют ваши кредиты, ваше здоровье и проблемы в личной жизни. В свободное время вы можете заниматься чем угодно. В рабочее же вы принадлежите компании и мне. Это первое правило. Если кто-то с ним не согласен, может выйти из этого зала уже сейчас и написать заявление.
 
Сказав это, он наконец сел за стол. Его помощница тут же разложила перед ним бумаги и заняла место рядом.
– По-моему, нам хана, – шепнула коллега.
– Хана, – отозвалась я и сразу же поймала на себе прожигающий взгляд Михаила.
И опять вдоль позвоночника у меня пробежал холодок, а на руках выступили мурашки. Никто не поднялся, не вышел и не бросился писать заявление.
– Вы что-то хотели сказать? – в гробовой тишине спросил у меня Азаров. – Я могу предоставить вам слово. Как вас зовут, простите?
– Есения. – Я постаралась, чтобы голос звучал твёрдо и спокойно. – Гончарова Есения.
– Есения… – Он слегка прищурился. – Прошу, – показал широким жестом на маленький подиум для презентаций.
– Михаил, не нужно преподавать мне уроки. Мы не в школе, а вы не учитель. Вы, как сами сказали, новый хозяин компании. Поэтому это место по праву ваше. Тем более сегодня.
Говоря это, я разве что испариной не покрылась. Держа плечи расправленными, смотрела на Азарова, а внутри всё дрожало.
Он неожиданно хмыкнул. Жёсткие губы скривились, на щеке нарисовалась ямочка, отнюдь не смягчившая по-мужски твёрдые черты.
– Да, пожалуй, вы правы, – развалившись в кресле, ответил он и обратился уже ко всем: – Так что, желающих сойти с корабля нет? – Сделал продолжительную паузу. – Хорошо. Тогда начнём.
***
Следующие полтора часа Азаров вместе с двумя топ-менеджерами рассказывал о планах по расширению компании. Планов было много, как и амбиций у новоиспечённого хозяина. Одно я поняла наверняка: слабостей от подчинённых он не потерпит. А я в последние месяцы превратилась в одну сплошную слабость.
– На сегодня всё, – закончил Михаил и встал. – Собери бумаги, Юля, и отнеси в мой кабинет.
Девушка с каре принялась складывать документы в папку, Михаил же посмотрел на лысоватого сотрудника из юридического отдела.
– С сегодняшнего дня компания больше в вас не нуждается, – отрезал он, перехватив его взгляд.
– Но…
– Собирайте свои вещи. В бухгалтерии уже рассчитали положенные вам выплаты. Помимо этого, вы получите деньги ещё за один месяц. Всего доброго. – И показал на дверь.
Я было почувствовала облегчение, но тут Михаил остановился и посмотрел прямо на меня.
– Вас, Есения, я жду через две минуты в своём кабинете. Дорогу показывать не стану. Уверен, вы её знаете.
Я вцепилась в край стола. В начале собрания он показался мне жёстким, но сейчас я была уверена: Михаил Азаров не просто жёсткий – он жестокий, гнущий всё и всех под себя человек. Известный предприниматель, в свои тридцать пять он уже владел крупной корпорацией по производству цифрового оборудования.
– Говорят, он по головам пойдёт, если ему будет нужно, – подлила масла в огонь коллега.
– Марусь, сделай милость, не нагнетай, – попросила я и вдруг опомнилась. Он сказал – две минуты. Вот проклятье!
– Прости, – бросила чуть ли не на ходу. – Мне нужно идти.
– Давай, – махнула коллега. – Ни пуха, ни пера.
– К чёрту, – шепнула я с ощущением, что именно к чёрту в кабинет я и иду.
Есения
Постучав, я вошла в кабинет. Азаров был один. Сидя на краю стола, он рассматривал бумаги. Моё появление он нарочито проигнорировал. Этакое пренебрежение, чтобы сразу показать – я для него пустое место.
– Вы сказали, чтобы я была у вас через две минуты, – как можно тактичнее напомнила я.
Он отложил документы и наконец посмотрел на меня. Медленно прошёлся взглядом от ног до лица, ничего при этом не говоря. Сама того не желая, я вытянулась в струнку. Казалось, что за эти два месяца я прошла ускоренный курс по сохранению выдержки в любой ситуации, но таких проверок в нём не было.