Из любви к искусству (СИ)

Гримерша и Сафира одновременно возмущенно охнули и уставились на меня со всем возможным осуждением.
– Ну, чего смотрите? Все равно же кого-то на тот свет спровадили, а с Мортоном хотя бы все сцены уже отсняты, замену не придется искать.
Ну, что поделать, если я не столько добра, сколько практична? А Грегу я, тем более, не симпатизирую ни капли.
– Что… – начала вопрос гримерша, но я махнула рукой.
– Просто закончите со мной – и пойдемте посмотрим. Вся эта круговерть с убийствами стала такой повседневной, что не удивлюсь, если Сэм не прервет съемки из-за очередного покойника.
Вышла наружу уже в дознавательской мантии старинного образца и в полном гриме, призванном сделать из меня Риннэлис Тьен. Так воспринимать происходящее оказалось куда как проще. Это не Лэйси Уиллер шла по коридору в скоплении людей, вовсе нет. Это шла она, Риннэлис Тьен, ее не мутило от вида крови, она не паниковала из-за трупов, воплощенная холодность и сдержанность. Начало казаться, что даже сердце вдруг стало биться в другом ритме, спокойном и размеренным как стук метронома.
– Что случилось? – спросила я у торчащего чуть поодаль от основной толпы Николсона. Лесли был бледен, как покойник, и смотрел как будто внутрь себя.
– Что?.. – растерянно спросил он, уставившись на меня. Потом кивнул как будто бы своим мыслям. – А… Там Мортон. Грег Мортон с перерезанным горлом. Это уже совсем не весело. Совсем. Я уволиться хочу.
Уволится он, как же. Подозреваю, что и для него неустойка будет неподъемной ношей, пусть гонорары у Николсона обычно не чета моим. Хотя за эту роль я получила гонорар равноценный тому, что получил и мой более именитый коллега.
– Попробуйте, – пожала я плечами и начала пробираться к телу.
Зачем? Самой хотелось бы знать. Просто почему-то мне нужно было подойти и увидеть все собственными глазами.
Толпа передо мной неохотно, но все же расступалась, и добраться до тела удалось без особого труда.
Мортон обнаружился в нише. Так себе схрон, найдут при первой же уборке. Вот и нашли, собственно говоря. Значит, задачи спрятать и не было. Просто способ немного выиграть время, чтобы никто не связал убийцу и преступление. На самом деле Мортона оставили едва ли не на виду. Еще одна демонстрация не пойми чего.
К телу я подошла вплотную и присела на корточки, автоматически подобрав полы мантии. Удобная на самом деле одежда, если уметь носить, пусть сейчас так и не считают.
Лицо покойника искажала гримаса ужаса и непонимания. На руках были ссадины, а под ногти словно что-то забилось. Можно понадеяться, что это кожа убийцы… Но ведь маловероятно. Если бы преступник был идиотом – его бы уже давно взяли эти два горе-дознавателя. Кстати, где их вообще бесы носят?
К телу уже никто не лез, трогать ничего вокруг не пытались, словом, научился народ, как вести себя на месте преступления. Да и вообще вплотную подбираться к трупу никто не пытался: это уже и не новость, на самом деле, все, кому нужно было, на мертвецов насмотрелись во всех ракурсах.
– Кто-нибудь стражу вызвал? – деловым тоном спросила я, оглядев внимательно всех собравшихся.
– А чего их вызывать, все равно где-то здесь шляются, – пробормотал кто-то позади меня.
Лично меня такое положение вещей совершенно не устраивало. Следовало как можно скорее озаботиться сохранностью места преступления… хотя какое это место преступления, в самом деле? Просто место обнаружения тела, не более того. Слишком мало крови, а у Мортона должно было из горла буквально хлестать, повреждена как минимум сонная артерия. Точнее позже эксперты скажут.
– Уиллер, а ну прочь от трупа! – воскликнул кто-то.
Только когда меня за плечо оттащили в сторону от покойника, сообразила, что говорил Милад и мне притом. Как-то фамилия Уиллер…
– Я ни к чему не прикасалась, положение тела не меняла, – процедила я, выворачиваясь из захвата.
Кахэ смотрел на меня пристально, не мигая, совершенно по-змеиному. Я уставилась на него ровно также.
– Почему вы на меня так уставились? – осведомилась я с подозрением. – Лицо испачкала?
 
Милад покачал головой.
– Если и испачкали, разве что гримом. Кстати, сегодня он у вас особенно удачно лег, органично. Жаль, если съемок сегодня так и не будет.
Я хмыкнула и пожала плечами. На самом деле, я наверняка расстроюсь, если сегодня не удастся поработать, но говорить что-то подобное вслух – верный повод попасть на первые строчки списка подозреваемых или, как минимум, прослыть психопаткой. Ни то, ни другое мне было совершенно не нужно.
– Грим можно будет повторить, – отозвалась я прохладно. – А смерть нужно уважать. Вам ли не знать?
Убить кахэ хотелось все сильней и сильней, но почему-то злость ощущалась чем-то холодным, почти веселым. Милад так упорно пытался вывести меня из себя. Зачем? Не ради удовольствия же? Он вел себя действительно странно.
– Намекаете на мой… титул? – фыркнул южанин, чуть наклонив голову на бок. Словно диковинную зверушку разглядывает, честное слово. – Каэ Неро проболтался, не иначе. У него язык всегда был без костей.
Я посмотрела на кахэ совершенно бесстрастно.
– Как знать.
Стражники набежали как тараканы изо всех щелей. Суетились, метались из угла в угол, принялись протоколировать все подряд, собирать улики. Конечно, это очень полезно изображать бурную деятельность, когда столько всего проспали.
Мы с Сафирой стояли поодаль и наблюдали за возней «фиолетовых».
– Верх непрофессионализма, – проворчала я и тяжело вздохнула. – Вряд ли им удастся в конечном итоге схватить убийцу. Скорее уж, он раньше перебьет весь актерский состав. Кстати, Сафира, ты отметила, что не пострадал никто из обслуги? Да и гримеры, костюмеры, сценаристы… Словом, под удар попадают исключительно актеры. Кажется, это несколько странно.
Орчанка старательно поддакивала, но мне было совершенно ясно: Сафиру не особенно интересует вся история с убийствами на студии. Единственная задача, которая ее беспокоила – моя безопасность. Наверное, оно и к лучшему.
– Вы верно подметили, ларэ Уиллер, – возник передо мной как бес из табакерки каэ Неро. А ведь только недавно его Милад вспоминал.
И вообще, откуда только оборотня демоны принесли?
– Вы что здесь делаете, каэ Неро? Вы не мой телохранитель, а Милада. Приблизитесь ко мне – добьюсь судебного запрета, будете обходить меня десятой дорогой. И новый клиент вас с огромным удовольствием уволит, так как следовать за ним сюда, на студию, у вас не выйдет.
Пантера довольно усмехнулся от уха до уха.
– Да не станете вы заморачиваться, ларэ Уиллер. Характер у вас не тот, чтобы по судам бегать. Все больше стращаете. Так что из студии вы меня не вытурите. И ларо Милад вполне доволен моей работой и моим профессионализмом, если что.
Сафира не сдержалась и выругалась, а вот мне удалось смолчать, хотя было совершенно очевидно: охранник Динесу Миладу нужен примерно как рыбе зонтик. Он же Рука Смерти, в конце концов, уж кто-кто, а такой о себе позаботиться точно может.
– Мои соболезнования ларо Миладу, – хмыкнула я и отвернулась. Общаться с оборотнем не было ни причин, ни желания.
К несчастью, каэ Неро поболтать желал, да еще как.
– Вы, кажется, успели привыкнуть к виду трупов? – с насмешкой спросил Хитам каэ Неро и подошел непростительно близко, почти вплотную.
Я воспользовалась своим шансом и, под прикрытием длинного подола, пнула нахала под коленку. Тот зашипел от боли и посмотрел с обидой.
– Ну, зачем же так жестоко, ларэ? Я же к вам со всей душою… И все-таки, больше не мутит из-за покойников?
 
Пожала плечами и отвернулась.
– Учитывая количество обнаруженных мертвых тел здесь, на студии, немудрено, – отозвалась я. – Прошу меня простить, я должна идти.
В превентивных целях в гримерке пошвыряла вещи в стену, чтобы спустить пар. Снаряды выбирала старательно, со всем возможным тщанием, чтобы грохот из коридора был не слишком слышен. К примеру, пришлись кстати диванные подушки.