Мистер Х. Игры (СИ)

– Максим, пожалуйста. Я не могу сейчас с тобой…
- Ты боишься моих прикосновений? Я же сказал, если будешь послушной, то не буду больше наказывать. Мне это тоже не доставляет удовольствие.
Имел ввиду порку и насилие? Нет. Не боюсь вновь получить. Я уже с ним, что только не испытала.
Просто не хочу с ним спать. Не хочу, чтобы владел мной. Итак слишком долго брал, как хотел, и внутри всё противится близости с ним.
Я грустно кивнула и опустила взгляд, имитируя, как действительно страшно от его вида, дополнительно прикрыла грудь и плечи, будто замерзла.
- Дай время привыкнуть к мысли, что вновь принадлежу тебе.
- Сколько времени? – от удивления забыла, что надо продолжать корчить грустное лицо, вскинула взгляд на Макса. Хозяин убрал член и присел поудобнее.
Серьезно? Он серьезно? Даст время? Не будет торопить с сексом? Я где-то в другой реальности, а не обнаженная на его диване.
Сколько времени? Сколько времени? Желательно продержаться до окончания конкурса. Сколько впереди этапов два или три?
- Возможно два месяца хватит, чтобы успокоиться? - неуверенно предположила. От холодного голоса я занервничала, получив не тот ответ, какой хотелось бы:
- Неделя и ни днем больше.
- Месяц! – предположила вновь, наглея на глазах. – Я сама к тебе приду!
- Две недели! - безапелляционно оставил за собой последнее слова. Почти спокойно встал с дивана, разве что возбужденное состояние просматривалось через шорты и говорило о том, что он не спокоен. - Но лучше точное количество дней я обдумаю и позже сообщу.
Внезапно взял слова назад.
Я устало выдохнула и легла на диван, больше не прячась. Руки свесила с дивана и ноги выпрямила. Пальцами расчесывала волосы и успокаивалась, восстанавливала сердцебиение и смотрела на светлый потолок. Продолжала лежать пусть абсолютно голая, но чувствующая себя в безопасности.
Удалось. Я не ожидала.
Близость с Максом равнозначна моральной ломке. В такие моменты он лишает воли и самой себя.
- Одевайся пока я добрый и со сломанными ребрами!
Я поспешила одеться, после чего свободно вернулась к себе в общежитие. Без секса я для него только раздражитель. Невозможно находиться вдвоем в замкнутом пространстве.
  
Глава 41
 
«Катя, доброе утро, почему не ответила на мои сообщения? 
Я сделал что-то не так?»
Он еще спрашивает!? Дарить девушке нижнее белье, пожалуй, имеет право только законный парень.
«Может подарок был слишком... слишком "нагл", если есть такое слово?)»
Следом отправлено несколько желтых кругов-смайлов со смеющейся мордочкой и воздушным поцелуем, который должен долететь до меня сквозь экран и успокоить.
«Кать, я просто хочу поддержать тебя. Извини, если оскорбил подарком. Девушки любят красивые вещи, возможно это действительно было слишком дерзко с моей стороны? Прошу прощения. Больше не стану докучать, не хочу расстраивать своими приставаниями.»
Он не хочет меня расстраивать? Не бывает таких парней. Просто не бывает. Почему же он такой милый? Заботливый...Влюбиться, что ли? Щелкнуть пальцем и по волшебству влюбиться. Прежде, конечно, развеять сомнения относительно его личности и мотивов поведения, а потом влюбиться. Не хотелось бы в нем разочаровываться.
После этого смс я отложила телефон на прикроватную тумбу, не желая отвечать. А может вру - желая, именно поэтому скрывалась от соблазна и убирала. В этом и состояла проблема я хотела с ним общаться и получать заботу, но одновременно боялась и не доверяла незнакомцу. Мистер х знал о моей любви к красивому нижнему белью. Поначалу, когда не догадывалась о слежке Максима, могла в комнате бесконечно мерить нижнее белье в ожидании совета от Мэри. Весело было!
Соседняя застеленная кровать подсказала о том, что Мэри не пришла ночевать. Возможно пряталась опять в отеле, где Максим снимал ей номер.
Максим...взяла подушку из-под головы и накрыла лицо и горько взвыла, заглушая рвущиеся эмоции. Ну почему? Почему он не оставлял в покое? Зачем спасал, зачем послушал и дал отсрочку? Если ты плохой, то будь плохим до конца.
 
Очень хотелось вцепиться в подушку зубами и ногтями и разорвать на пух и перья. Хозяева так себя не ведут, не учитывают желания куклы. Я скоро сойду с ума с его переменами настроения!
Не переставая думать о последней выходке Максима и о сорванном сексе, перед парами я приготовила яичницу. Желтую размером с блин, с красными половинками помидорками-черри вместо глаз, с грозными бровями-перьями лука и клыками, нарисованными майонезом. Я все-таки съела Дьявола, хоть и периодически возникало желание выплюнуть еду. Третий день без еды - это слишком даже для меня.
К концу недели я поняла одно — как и требовалось ожидать без секса я Максиму совсем не нужна. Ни одной смс, ни одного звонка, ни одной встречи за пять дней. Фыркнула, глядя на свое вроде как в общепринятом смысле «красивое» лицо в зеркало. И зачем нужна красота, если от нее только хуже. Будто ничего кроме нее во мне нет.
- А что ты ожидала, Катя? - щелкнула себя по носу в отражении стекла. - Ты всегда знала, что мужчинам нужно только одно. Чему удивляться?
***
POV Максим
В последние пять дней утро начиналось с ледяного душа до такого состояния, чтобы зубы начинали трястись друг об друга, а сердце словно в предвкушении смерти сильнее барабанило в груди. Обед продолжался там же, чтобы согнать пожар. Вечер заканчивался там же вплоть до легкой дрожи в теле.  Одно дело, когда можешь взять в любой момент и совершенно другое, когда тебя заперли в клетке. Сколько не рычал, вырваться не давали, а добыча ходила мимо прутьев. Дразнила сладким запахом, видом и улыбкой раззадоривала на дополнительное слюноотделение, грозный рык и хищный оскал. Так и хотелось разогнуть прутья и вырваться из клетки, а потом добраться до нее и не отпускать. Доооолго. Бесконечно.
Ее игры и ожидание могли бы меня разозлить, но на удивление наоборот — находился в некоем предвкушении. А состояние постоянного возбуждения приятно успокаивалось мыслями о том, что же произойдет, когда срок в клетке закончится и я выйду ловить. Встречи  пришлось исключить - находиться рядом с ней невозможно, запах волос и кожи возбуждал. Я даже в камеру не смотрел, вдруг переодевается в комнате. В пятницу посмотрел, а она читала книгу. Спиной лежала на кровати, ягодицами прикасалась к стене, на нее же закинула скрещенные обнаженные ноги.
Вряд ли Катя задумывалась, как выглядит поза. Слишком увлеченно держала на вытянутых руках книгу и читала.  Юбка задернулась, приоткрывая край фиолетового нижнего белья. Фиолетовое. Прозрачное или не прозрачное. И вот это чуть приоткрытое белье раззадорило сильнее, чем толпа девиц сейчас в лепестке в развратных платьях, предлагающих себя любому мужчине, кто чуть красивее обезьяны.
Почему юбка сильнее не задралась? А так лишь возбуждала аппетит и желание сильнее задрать ее. А еще больше раззадоривало взять за полоску-треугольник между ног и отогнуть. Чертовски не терпелось ей засадить. Чтобы опять легла на спину, а пальцами сминала красные простыни.
Я все сильнее и сильнее вставал на нее в стойку и на эту полоску трусов между ног. Я что трусов женских не видел? Сейчас, сидя в лепестке без возможности охладиться, это состояние напрягло и внезапно выбесило. Сильная зависимость от объекта делала человека слабым, подчиняющимся воле этого самого объекта. Зря только давал время, надо было брать и не заморачиваться с ее закидонами!
Горечь разочарования и напряжения попытался залить холодным бокалом минеральной воды. Пузыри приятно защекотали в желудке и горле, но не остудили внутренний пожар. Полоска фиолетового нижнего белья стояла прямо перед глазами. Телефон выключил и со злостью шарахнул об стеклянный стол, от чего он со звоном и стуком отскочил и неудачно залетел в тарелку с овощным салатом. В красный помидор. Поставил локти на колени и ладонями обхватил голову, массируя волосы. Они повлажнели от вида раззадоривающей полоски трусов. Стало жарко в майке. На хрен так делать? Я же могу смотреть, и она прекрасно об этом знала.