Мистер Х. Игры (СИ)

Заинтересовавшись насколько далеко работает ошейник, потрогала металлические звенья с красными камнями. За целый день они натерли, раздразнили нежную кожу, покрыли ее кровавыми царапинами и неприятно зудели. Постоянно возникало желание почесать шею и унять зуд.
Ответ писать не собиралась, осталась лежать ягодицами к потолку (обычно камеры крепят где-то наверху) Понадеялась поймет скрытый посыл «идти в задницу с  глупыми приказами». Это уже слишком. Не может он выбирать круг моего общения. Я ведь неглупое животное, не способное выбрать друзей.
Лежа животом на кровати, ежесекундно ожидала разряда в шею, болезненных уколов за грубость и не повиновение (ведь не призналась, с кем переписывалась), но либо Максим не использовал свой браслет с кнопкой, посылающей ток в ошейник, либо радиус действия ограничен и я могла получить удар только, находясь поблизости.
Не дождавшись от меня ответа, Максим вновь прислал сообщение. На экране появились черные буквы, расплывающиеся от недоверия. Даже пошевелиться страшно от прочитанного:
«Кабана выписали. Теперь красавец с разорванной щекой. Мы дали ему погоняло «Монстр».
Боюсь подумать, что со мной будет если, когда-нибудь ему попадусь.
И следом новое сообщение: «Через тридцать минут жду у себя. Хочу завтрак.»
Из двух зол пришлось выбрать меньшее — Максима. Он ближе и менее страшен, чем изуродованный, злой Кабан.
***
По дороге до дома Максима тайком бросала короткие взгляды из-под ресниц, маскируя любопытство, открыто старалась не рассматривать студентов. В тени дерева на лавочке устроилась пара, девушка в короткой юбке на коленях парня. «Влюбленные» сильно заняты друг другом, настолько что кажется парень вытащит из шорт свои «причиндалы», ну а девушка «съест» его. Целуются, обнимаются. Меня не раздражают обычно проявления любви на людях. Наоборот даже немного завидно. Есть кто-то кому ты нужен. Но здесь что-то отталкивало. В лучах солнца на запястье девушки сверкнул браслет из серебристого металла, внутри колец-звеньев красные камни-капли. У меня такого же дизайна — ошейник, давящий на шею и царапающий кожу.
С виду пара похожа на влюбленных, девушка не может оторвать от хозяина рук, цепляется в его шею и очень страстно целует, настолько что видно их языки. Но ее «хозяин»  расслаблено поставил руки на лавочку, позволял себя трогать, в ответ не ласкал, только целовался, а девушка прицепилась прочно к его губам. Не отодрать. Создается впечатление односторонней связи. Она нуждалась в хозяине, а он так и быть позволял.
Может я слишком мнительная и у них правда любовь?
По дороге встретила еще много пар. Куклы кто с ошейником, кто с браслетом. Возле дома Максима и вовсе стала свидетельницей ссоры «влюбленных». Девушка в разорванной рубахе, сводила концы одежды, скрывая грудь, сидела на пыльном, горячем от солнца асфальте. И плакала так горько, будто муж любимый изменил или умер кто-то близкий. Она визжала «не уходи» и держала парня за икру ноги и мешала тому уйти.
Люди собрались вокруг и хихикали, как глупые дети, а ей все равно, ей необходим хозяин. Лицо у девушки красное от слез, размазываемых по щекам и векам, черные разводы от туши испортили ее лицо. Хозяин пытался вернуть свою ногу, а когда не смог, просто толкнул куклу в плечо. Отбросил от себя, ведь она грязь...вещь.
Я примерно минуту не могла отвести взгляда. Как и вся толпа наблюдала. Вставала на цыпочки и выглядывала за плечо ребят на девушку, сжавшуюся на асфальте. Это полная моральная деградация. Похоже у кукол развивается зависимость от Хозяина, настолько что они готова биться головой об асфальт лишь бы он вернулся. Но он не вернулся,  оставил ее плакать, сводить концы разорванной рубашки и выть. А толпа веселилась и изображала вой.  Не люблю жалеть людей, обычно они сами виноваты в своих бедах, если только это не внезапное «горе» или воля судьбы. А сейчас мерзко от собственной жалости, вряд ли бы девочка приняла свою участь, будучи в уме.
Здесь другой мир. Если подумать, то прежде я не знала настолько богатого мира. Оказывается я больше бедная, чем богатая, потому что веселье над чужим горем мне чуждо.
 
Едва девочку унесли, я начала подниматься по ступеням многоэтажного отеля — единственного высокого здания в университетском городке. Тот в котором на первом этаже ресторан, а на верхних — номера.  Сюда Максим приносил на руках и по больше части я была здесь в полу бредовом состоянии, но, на удивление, добралась по памяти до знакомого номера.
При первом же стуке по двери появился Максим. Привычно без верха, в свободных светло-коричневых шортах выше колена.
Наверное, надо было что-то сказать, поздороваться, но единственное на что хватило с «отсутствующим» - равнодушным лицом оттеснить его и, едва не наступив на ногу, пройти в открытый проем между владельцем номера и дверью. Должно быть удивлен наглости. Но я не от наглости, я еще где-то там. Вместе с той куклой валялась на асфальте и рыдала, чтобы хозяин обратил на меня внимание.
Надо быстрее найти Бонифация и его слабое место, а потом освобожусь. Хоть какую-то гадость я должна совершить в ответ на их действия. Подпортить им жизнь, как они мне.
В прошлый раз не удалось рассмотреть жилье Максима, сейчас в молчаливой обстановке решила заняться именно этим. В первую очередь — осмотром зала, совмещенного с кухней. В правой стороне — белый кожаный диван в форме полукруга, стеклянный столик со стульями,  белая шкура на полу, телевизор на колонне, а слева кухонный гарнитур с огромным барным столом, выполняющего функцию — место для приготовления еды.
От осмотра меня отвлек взгляд, причем тот ошпарил и отпустил, оставив после себя ощущение ожога. Я развернулась в ту сторону и наткнулась на серые стекла. Какой странный взгляд. Внимательный. И пока я медленно продвигалась в сторону кухни, Максим поворачивал шею вслед за мной.
Ясебя почувствовала очень не уютно и зябко и странный исходящий от него «импульс». Машинально оглядела себя — белый топик и юбка до середины бедра. Но всё слишком обтягивающее и...
- Раздевайся...
Что за??? Он...он обещал. Мы договаривались без физического насилия. И вообще говорил я его не интересую. Не возбуждаю.
Должно быть мое удивление было заметно, особенно по попытке сбежать за стол и огородиться от посягательств.
Удобно устроившись на диване, руки - на спинке, колени - в разные стороны, Максим пояснил:
- Я не видел сегодня твоего белья.
Я одевалась раньше, чем он проснулся, поэтому не увидел. Странные наклонности — смотреть на белье девушки... Но это успокоило, значит, приставать не будет.
Пришлось насильно несколько раз шумно выдохнуть, собираясь с мыслями, взять за край топика и задернуть его над грудью, демонстрируя серебристый лифчик с камнем между чашечками. Ну а юбку точно также  подняла до поясницы и покрутилась вокруг оси, показывая серебристые трусы -шортики, которые почти скрывали ягодицы. Белье больше похоже на купальник, так что мне все равно.
Конечно, бесит, что вынужденна это делать.
- У тебя очень странные наклонности, - приподняла бровь и под тщательным осмотром, - разглядыванием Максима опустила и кофту, и юбку на место. - Заканчивай с обетом воздержания или с обетом "не разрешения прикасаться к тебе" . Первая любовь у многих колючая. Заведи себе нормальную девушку, а то скоро начнешь бросаться на женщин.
Даже нашла сил улыбнуться издевательски, но потом развернулась резко к барной стойке-столу. Так проще разговаривать. Смех и подшучивание помогали окончательно не скиснуть от обыкновенного понимания - я здесь никто. У меня нет даже имени. И все, что я должна делать отныне - исполнять желания хозяина, как бы горько и унизительно это не было.
В процессе приготовления завтрака пыталась отвлечься от взгляда. Он достал! Даже сквозь топик и юбку ощущала на коже липкое внимание.  Я точно не помнила, что он говорил про особенности своего зрения. Видит только впереди и в темноте, а сквозь одежду не видит?