С 4 (СИ)

Как ни надеялся Борис, а сведения были весьма скудными. Зато обо всех островах архипелага. И к чему ему вручили все эти бумаги гадать не приходится. Разумеется поначалу речь может идти только об аренде отдельных участков островов, с месторождениями полезных ископаемых. Кроме того Троекуров дал ему понять, что вместе с титулом и вотчиной, он получит право сбора ясака с инородцев. Разумеется, в царскую казну. Но это только пока. Задел на будущее в планах царя просматривался невооруженным взглядом…
  
Глава 30 Долго и счастливо
 
— Здравия желаю, ваше превосходительство, — бросив ладонь под козырек, приветствовал Борис боярина Яковенкова.
Тот в сопровождении жены, дочери и Москаленко, как раз сошел с катера, доставившего его на пирс. Елизавета Петровна заранее известила Измайлова об их прибытии. О том, что яхта боярина прибыла в гавань, он узнал своевременно, и вот уже полчаса как сидел в кафе мор-вокзала, наблюдая за нужным кораблем.
— Бросьте, Борис Николаевич, мы ведь не на плацу и не в присутствии, — отмахнулся тот, протягивая руку.
Измайлов обменялся с ним крепким рукопожатием. Похоже настроение у Георгия Ивановича было приотличнейшее. И дело вовсе не в добродушной улыбке, а в том, что он с силой сжал кисть молодого человека, бросив на него лукавый взгляд. Тот с прежней улыбкой, ответил. Причем стесняться не стал, и вложился от души. А что такого? Не он же это начал.
Рука боярина оказалась в тисках. И у Бориса еще оставался запас. Вот только доказывать что-либо он не собирался. Обозначил и ладно. Чуть ослабил хватку, чтобы и не передавить и самому не оказаться со смятой ладонью. Боярин одобрительно хмыкнул, и выпустил его руку.
— Мария Платоновна, мое почтение, — прикладываясь к ручке боярыни, продолжил Измайлов. — Матушка, очень рад, что вы смогли выбраться. Екатерина Георгиевна.
— Боренька, я надеюсь ты озаботился гостиницей для нас? — поинтересовалась Москаленко.
Не лишняя предосторожность. В эти дни столица по обыкновению переполнена. Поэтому не имеющие здесь своих домов отправляют впереди себя приказчиков, дабы снять жилье. В данном случае об этом должен был позаботиться заранее извещенный Борис.
— Два номера, в гостинице «Метрополь», уже ожидают вашего прибытия.
— Такс. Ну коль скоро с жильем определились, тогда нам с Марией Платоновной необходимо сделать один визит. Мы не на долго. Во второй половине дня уже будем в гостинице. Надеюсь, молодежь, вы найдете, чем себя занять?
— Не беспокойтесь ни о чем, — заверила его Москаленко.
Распорядившись по поводу багажа, Борис предложил девушкам прогуляться. Благо только первая половина дня, и до обеда есть время. А там можно и присмотреть какой уютный ресторанчик.
— Боря, я слышала в царском летнем саду поставили колесо обозрения? — полюбопытствовала Елизавета Петровна.
— Да матушка. Это единственное сооружение в Москве выше царского дворца. Строительство завершилось не более чем месяц назад. И этот аттракцион одно из немногих мест в столице, где существует очередь. Но она там уж точно самая большая, — сопровождая девушек через мор-вокзал, ответил Измайлов.
— И как вид сверху? — поинтересовалась Катя.
— Я там пока еще не был, — развел он руками
— Как так? — удивилась она подобной нерасторопности.
— Да жалко мне моего времени, чтобы без причины целый час толкаться локтями.
— Час? — вновь удивилась девушка.
— Случается и больше, — заверил Борис.
— Мы не можем себе позволить отстать от моды, — решительно произнесла Москаленко. — Первое что сделают мои знакомые при нашей встрече, это поинтересуются, была ли я на этом чертовом колесе. Так что, Боренька, вези нас в летний сад.
— Я знал, матушка, что вы не сможете проигнорировать данную новинку. Прошу, — открывая дверь такси, произнес он.
Заблаговременно арендованное авто подъехало едва только они вышли на привокзальную площадь. Сзади пристроилось еще одно, с охраной. Ну вот так теперь у него все кучеряво. Впрочем, Москаленко и не подумала иронизировать по этому поводу. Наоборот бросила на него одобрительный взгляд. И прежде чем устроиться в салоне, отдала приказ своим мальчикам, ожидать ее в «Метрополе».
 
Улица ведущая к мор-вокзалу относилась к категории приличных. Она была зажата между территориями отведенными под складские пакгаузы, отделяющими этот островок приличия, от припортовой клоаки. Ну нужно же чистой публике как-то попадать в порт. Не через трущобы же им тащиться.
Борис не просто предвидел, то, что девушки пожелают посетить колесо обозрения, но и озаботился предварительно занять очередь. Разумеется, место в ней нашлось бы только для дворян. И никак иначе. Но было бы желание, а уж найти того, кто согласится оказать дружескую услугу за отдельную плату, всегда можно. Дворянский титул вовсе не синоним благосостояния. И да. Подобная услуга у колеса обозрения не была чем-то из ряда вон. Спрос рождает предложение.
Когда Измайлов появился в сопровождении девушек, молодой человек, с готовностью уступил им место, отправившись по своим делам.
— Хм. Если я правильно понимаю, то стоять нам придется явно не час, — заметила Катя. — Отсюда вывод, вы не были здесь только потому что вам это не интересно.
— Мне интересно все, что занимает вас, Катя.
— Льстец, — одобрительно хмыкнула Москаленко.
Кабины, а вернее все же вагончики, остекленные, довольно просторные. В них без труда могли разместиться двенадцать человек. Правда, сиденья предусмотрены не были. Только поручни по периметру. Сделано из расчета, на то, чтобы одновременно могла вместиться вся компания.
Разумеется, в основном катались куда меньшим числом. Но дабы не создавать неловких ситуаций, правилами было запрещено подсаживать кого-либо. Люди ведь бывают разные. Захочется влюбленной парочке уединиться, и побыть десять минут только вдвоем, а тут им в нагрузку напросится целая компания, или семейство. И ведь отказать неловко. Вот и взяла это на себя администрация. Не положено, и весь сказ.
— Кстати, Боренька, ты в курсе, что государь прислал Георгию Ивановичу личное приглашение? — поинтересовалась Москаленко, едва кабина поползла вверх.
— А какая разница? — не понял подвоха Борис. — Разве прежде он прибывал не по приглашению? Эдак ведь и всего Кремля не хватит, если всяк и каждый вздумает захаживать туда, когда ему заблагорассудится.
— Эх Боренька, Боренька, много тебе еще следует узнать. И тебе, красна девица не помешает перестать витать в облаках, и опуститься на грешную землю. Оно конечно, Георгий Иванович тебе вроде как благоволит, только это ничего не значит, — вновь она обратилась к Измайлову.
— Вы сейчас о чем, матушка? — не понял он.
— Обычно приглашения рассылаются канцелярией его величества. Но есть и другие, лично от императора. И в том, что пришло Георгию Ивановичу значилось, с супругой и дочерью. Ты в курсе, что на праздновании тезоименитства государь порой позволяет себе выступать в роли свата?
— Я слышал об этом, — наблюдая, как мрачнеет Катя, ответил он.
— Вот и молодец. Это означает, что Александр Михайлович, присмотрел нашей Катеньке выгодную партию.
— Как это?! — тут же вскинулась девушка.
— И тебе придется принять его волю, Катюша, — жестко припечатала Москаленко. — Ибо отказ повлечет за собой немилость по отношении всего рода Яковенковых. Подразумевается, что государь желает своим подданным только лучшего, и не может ошибаться.
Чистая правда. Причем, выдать девицу замуж или женить молодого человека своей волей может далеко не только царь. Подобной привилегией обладает так же князь, и боярин, в отношении своих подданных. А уж о родителях и говорить нечего. Причем, невзирая на сословия. Ударили они по рукам, да свели детей без их на то согласия. И попробуй ослушаться. Все это закреплено на законодательном уровне.
 
— Успокойтесь, Катя, матушка просто сгущает краски. — Борис накрыл своей ладонью ручку девушки, покоящуюся на поручне.