С 4 (СИ)

Заметность —5 %
Рассеивание снарядов — +2 %
Активен в пассивном режиме
Целостность артефакта — 100 %
Выход артефакта из строя — потеря 10 % рисунка.
А вот статы у камуфляжа оказались значительно скоромнее, чем у «Садко». Впрочем, на катере он персональный, да еще и полностью выполнен рукой одаренного. Так чему тут удивляться. Впору подумать, насколько возрастут эти показатели и возрастут ли, на последующих образцах, которые он создаст уже достигнув уровня мастера.
Впрочем, сейчас Бориса куда больше волновал другой вопрос. Получится ли тот же самый результат на «Удалом». Раскрашивавшие его морячки побросали все и прибежали поглядеть на результат своих товарищей. А потом с еще большим азартом бросились завершать свою работу.
Кстати, весь опыт по нанесению артефакта ушел в копилку непосредственных исполнителей. Борису не перепало ни единого очка. И картина повторилась один в один, когда моряки закончили-таки покраску «Удалого».
Насколько было известно Измайлову, такого, чтобы опыт уходил в копилку простым морякам, да и вообще, чтобы артефакт создавался не артефакторщиками, в истории еще не было. Правда Система осталась к этому его достижению равнодушна, ни чем не одарив за подобное нововведение.
— Здравствуйте, сеньор Измайлов, — с жизнерадостной улыбкой поздоровался с ним глава контрразведки.
Не сказать, что его появление стало для Бориса неожиданностью. Во-первых, он еще с первой их встречи обнаружил скрытое наблюдение. Во-вторых, на этот раз приметил приближающегося кавторанга загодя.
— Здравствуйте, сеньор де Пена.
— Так вот о чем вы говорили, когда обещали поделиться с нами вашим секретом.
— Совершенно верно.
— «Защитник» дает большую защиту.
— И что с того? Их эффект суммируется. И потом, два процента, это всегда лучше чем ничего. К тому же, сама по себе подобная раскраска способствует маскировке и затруднению прицеливания. И уж тем более, если использовать нефтяное отопление. И наконец самое главное. Этот артефакт действует постоянно и не нуждается в подзарядке. Даже потеряв десть процентов его поверхности, ее всегда можно восстановить силами экипажа.
— Возможно. Но насколько я понимаю он предназначен только для миноносцев этого типа.
— Главное, мне теперь известно, что такое возможно. И я знаю как это работает. Остальное дело техники.
— И сколько вам потребуется времени, чтобы создать этот ваш камуфляж на броненосец или броненосный крейсер?
— По сути, я могу уложиться в один день. Однако, есть одно немаловажное но. Как и у любого артефакторщика, у меня может случиться и осечка.
— Ну, тогда мы вам ничего не заплатим. А сами получим какую-никакую маскировку, которая затруднит жизнь нашему противнику.
— Совершенно верно, сеньор де Пена.
— Я поговорю с сеньором президентом. Думаю, он согласится на новинку, если только вы не станете ломить за нее слишком большую цену.
— Ну что вы. Я ведь не грабитель.
— Просто всегда помните о собственной выгоде.
— Ну, пока все мои предприятия были республике на руку. Включая и последний рейд, — пожал плечами Борис.
А что такого? В результате его охоты за опытом, имперцы лишились целого взвода опытных морпехов. Которые уже были поставлены на довольствие республиканцев и усилили ряды ее морской пехоты. Они ведь не вассалы, а республиканцы не внешний враг, топчущий их родину. Так что, сменить сторону можно без какого-либо убытка.
Тем более на фоне того, что Система приняла де Кастро в качестве полноправного правителя. С некоторых пор у него появилась способность одаривать потомственным дворянством. А это весьма серьезный фактор в пользу признания его другими правителями, пусть они пока и не спешат этого делать.
— За каждый удачный камуфляж я хочу получить двести тысяч рублей, — с самой искренней улыбкой, произнес Борис.
— Вы это серьезно? — вздернул бровь де Пена.
— Абсолютно.
— Вам известно сколько стоит четверной «Защитник»?
— В пересчете на рубли порядка ста двадцати тысяч. Цена варьируется незначительно, — вновь пожав плечами, ответил Борис.
 
— И над этой тонкой механикой аретфакторщик трудится месяц. Вам же требуется один световой день. Плюс пара-тройка дней на то, чтобы раскрасить корабль. При этом эффективность вашего артефакта вдвое ниже таковой у «Защитника».
— Сеньор де Пена, уверяю вас, что я делаю серьезную скидку. И то, только ввиду затруднительного положения республиканцев. Помимо выгод перечисленных мною ранее, есть еще один немаловажный аспект. Ваша эскадра состоит из однотипных миноносок. То есть, покупка одного камуфляжа и сопроводительной документации позволит вам оснастить все восемь кораблей. Оба минных крейсера так же являются однотипными. Пять легких крейсеров относятся к трем типам, броненосные крейсера, коих у вас уже четыре, относятся к двум типам. Новейшие броненосцы близнецы, чего не сказать о захваченных старичках. Итого, на круг выходит комплект из десяти камуфляжей, в который вы можете одеть двадцать три вымпела. Или значительно больше, если станете покупать однотипные корабли. Так что, предложение вполне выгодное, сеньор де Пена.
— Хм. Звучит чертовски заманчиво. Я передам ваши слова сеньору графу. В конце концов решать не мне, а ему. И как я полагаю, вы опять ставите выбор между валютой и каучуком.
— Не вижу причин, что-либо менять.
— Сеньор Измайлов, а вы не позволите взглянуть на вашу Суть.
— А разве вы ее уже не видели, — вздернул бровь Борис.
— На реальную Суть, — глядя ему прямо в глаза, уточнил контрразведчик.
— Вы ведь и так поняли, что я одаренный. А значит, понимаете и то, что я являюсь вассалом русского царя. А больше там ничего интересного.
Вообще-то, самая неприкрытая ложь. Александр Третий не стал приводить его к вассальной присяге. Просто принял наслужу в Добровольный флот, как обычного офицера. В том, что государь знал, о нем, Борис ничуть не сомневался. Хотя и не мог понять отчего все так легко.
Но к чему об этом знать посторонним. Пусть уж лучше им будет известна полуправда. Отпустить от себя одаренного не опутав его вассальной клятвой кажется настолько неразумным, что в это попросту никто не поверит. Вот так и получалось, что общепринятые правила и принципы, охраняли Измайлова ничуть не меньше.
— Признаться, я никогда не видел Суть одаренного. Считайте мальчишеское любопытство, — хмыкнув произнес кавторанг.
— Поверьте, она ничем не отличается от обычной. Кстати, а что там с сеньоритой да Мота? — решил сменить тему Борис.
— Крепкая девочка. Продержалась двое суток. Н-но… — контрразведчик развел руками. — Вы оказались правы. Адмирал де Падилья и капитан второго ранга де Фернандеш готовили нам кровавую баню. И да, какая-то ретивая дама, донесшая на предателей сидевших в кафе рядом с ней, не забыла помянуть и вас. Так что, вы были абсолютно правы, когда решили не встречаться с сеньоритой Фелисией. Не будь она предательницей, вас бы непременно схватили.
— Понятно. Надеюсь, вы не собираетесь их разочаровывать?
— О чем это вы?
— Только не говорите, что приказали казнить сеньориту да Мота.
— Разумеется я этого не сделал. Ее предадут показательным суду и казни.
— Надеюсь о случившемся знает немного народу?
— Немного, — склонив голову набок, произнес кавторанг.
— Разумеется я не знаю всех деталей, но мне видится, что ее можно использовать как двойного агента.
— Как кого?
— Шпиона одновременно работающего на обе стороны.
— И одну из сторон при этом обманывает.
— Именно.
— И где гарантия, что обманутыми окажемся не мы?
— Сами решите, как ее мотивировать. Но если это у вас получится, то тогда не де Падилья заманит в ловушку де Кастро, а совсем даже наоборот. Я не знаю в чем там суть разработанной вами операции. Но я непременно постарался бы использовать шпиона противной стороны в своих целях.
 
— Я подумаю над вашими словами.
Борис провожал контрразведчика задумчивым взглядом. Ему очень хотелось надеяться, что он не совершил серьезную ошибку. Никаких сомнений, что именно его слова подтолкнули кавторанга в нуном направлении. И как следствие изменили судьбу девушки, даровав ей шанс на спасение.