С 4 (СИ)

Хорошо хоть успели перезарядить мортирки дымзавесы. Борис использовал их дозировано, выпуская по паре зарядов за раз. Основная ставка у него была все же на скорость, маневренность и артефакты. Вот уж кто сегодня отрабатывал на все сто, так это «Камуфляж» и «Защитник». Ничем иным их везение Измайлов объяснить не мог.
Наконец раздался хлопок выстрела аппарата и торпеда скользнула в воду. «Садко» в очередной раз выскользнул из воды, потом клюнул носом. Наконец заложил крутой поворот, выдав каскад брызг и прячась за дымами.
Командир эсминца попытался отвернуть. Но его атаковали со слишком близкого расстояния. Еще немного и возможно ему удалось бы вывести на такой угол, при котором взрыватель не сработал бы. Но воинское счастье оказалось не на его стороне. Детонация сорока двух килограмм тротила оторвало нос корабля, подбросило корабль вверх, после чего он нырнул в воду, напоследок громыхнув взорвавшимися котлами и выдав быстро истаявшее облако пара.
— Олег, к штурвалу! Яша, снаряды, — переходя к пушке, приказал Борис.
Несколько секунд и пушчонка загрохотала посылая одну гранату за другой. При этом выказывая завидную точность. Тут уж без артефактов, на одном таланте Измайлова. Дистанция порядка трехсот метров. Море спокойное. Катер Олег ведет ровно. Так что, каждый снаряд попадал четко в цель. Те кого не выкосило на палубе осколками, поспешили укрыться.
Тридцатисемимиллиметровый снаряд слабенький. И тротиловая начинка ситуацию не больно-то меняет. Но когда на сравнительно небольшой площади рвутся одна за другой противопехотные гранаты, это куда как серьезно.
Миноносец начал отворачивать. Вот только в планы Бориса не входило его отпускать. Ну, просто глупо бы было. Тем более, что они оказались далеко в стороне от основных сил, сцепившихся в смертельной схватке.
— Олег, сближайся с ним. Но держись так, чтобы я мог его обстреливать.
— Вы чего это удумали, ваше благородие? — всполошился Яков.
— А догадаться трудно?
— Не дело задумали, Борис Николаевич.
— Нормально все будет, Яков. Лучше приготовь оружие.
— Дык у нас только для дальнего боя. Маузер ваш с оптикой, да пара берданок. Неудобно будет с ними в абордаже-то.
— Ну, за неимением гербовой писать будем на простой.
— Так может пусть Фролов расстарается? — предложил бессменный телохранитель.
— Да как он это сделает, если у них скорость одинаковая. Не догнать ему его. Ты вот что, сковырни с десяток гранат со снарядов и выставь в боевое положение.
— Это еще зачем?
— Будут вместо ручных гранат. Пристукнем их донышком о что-нибудь, взрыватель встанет на боевой взвод, а там и бросать можно, — загоняя в пушку очередной снаряд, пояснил Измайлов.
— Опасная это штука, ваше благородие, — с сомнением произнес Яков.
— Делай, как сказано, — припечатал Борис.
Прицелился и послал гранату, так, чтобы рванула в промежутке между трубами, на случай если там кто-то укрылся. Так-то на палубе никого не видно. Только два трупа, ну или тяжело раненых. Еще он наблюдал парочку выпавших за борт. Шестеро должны быть в машине и котельной. Еще с десяток попрятались кто где может, включая и боевую рубку. Численное преимущество противника конечно неоспоримо. Но на стороне Бориса необычная тактика. Не ожидают бразильцы ничего подобного.
Мысль захвата этого миноносца у Бориса появилась внезапно. Поначалу где-то даже и сам испугался собственной наглости. Но его вторая натура буквально взвыла от восторга, не видя в этом ничего невозможного. К тому же корабль однотипный со «Страшным». А Измайлов уже прикинул как его модернизировать и усилить палубу для установки пары трехдюймовок на корме и носу, вместо недоразумения которым он вооружен сейчас. Ну и котлы немецкие, конечно же.
На выходе получится уже не один эсминец, а целый отряд из трех вымпелов. И благодаря бразильской авантюре средств на его формирование и содержание у него достанет. Придется набирать дополнительный личный состав, натаскивать его. На что уйдет достаточно много времени, и, что не менее важно, прорва опыта. Зато в его распоряжении окажется реальная сила. И можно будет браться за нечто более серьезное.
 
Ну, а что такого. Собирается он становиться боярином или нет. А в этом мире пацифисты не имеют шансов занять достойное положение. Тут балом правит не просто дворянское сословие, но воины. Если желаешь подняться по иерархической лестнице, должен иметь серьезную дружину.
По мере сближения, Измайлов гвоздил по миноносцу с равными промежутками. Так, чтобы никто нос не высунул. Жаль этому калибру не управиться с боевой рубкой. С сокращением дистанции, попасть в нее не проблема. И броня там всего-то тринадцать миллиметров. Но для этих гранат она неуязвима. Только и того, что напугать находящихся внутри. Ну может еще контузить, хотя и сомнительно. Еще менее вероятно, загнать в смотровые щели осколки. Хотя чем черт не шутит, пока бог спит.
Яков извлек винтовки, зарядил их и подступился к снарядам. В скорой стрельбе необходимости нет, поэтому Измайлов и сам справлялся с заряжанием пушки. Ганин взял первый патрон, поднатужился и провернул гранату в гильзе, срывая ее с кернений. Расшатал, и извлек из гильзы. Выставив взрыватель в боевое положение, отложил в гнездо пустого ящика, чтобы не каталась. А то мало ли. После чего взялся за другой.
Наконец они приблизились вплотную и Яков забросил на борт кошку, без труда зацепившись за стойку лееров у кормового ходового мостика. После чего подтянул катер к кораблю, и начал крепить швартовый.
Борис оставил в покое пушку, рассовал по карманам три гранаты. И выхватив из плечевой кобуры один из бульдогов, с которыми никогда не расставался и резво перескочил через броневой щиток, оказавшись на баке. Еще один прыжок, и он на палубе, у сходного тамбура в кормовые помещения, который взял на прицел. Над ним находится кормовой мостик. Сюда же выведено резервное управление.
Удерживая трап под прицелом, заглянул за примостившийся на корме ялик, не укрылся ли кто за ним. Вообще-то, глупо бы было, учитывая точность артиллерийского обстрела. Но в экстремальной ситуации случается и такое, что укрытия ищут даже за куском парусины. Но здесь оказалось чисто.
Следом за ним, запрыгнул Яков с переделанной берданкой наперевес, а там и Олег подтянулся. А вообще, не помешает сделать выводы на будущее и закупить дробовиков побольше. Они тут куда предпочтительней.
За сходным тамбуром никто не прятался. Остается проверить, не укрылся ли кто в кормовых помещениях. Борис подал знак починенным присматривать за палубой. После чего извлек первую гранату, приложился донцем о стальную стенку и забросил гранату вниз.
Гулкий хлопок взрыва, сопровождаемый звоном осколков по металлу, и Измайлов тут же скатился вниз. Легкий дымок, резкий запах сгоревшего тротила и полумрак, освещаемый только одним уцелевшим электрическим светильником. Теснота невероятная. Впрочем, на миноносцах всегда так.
У каюты унтеров скрючился подвывающий матрос. Похоже решил тут укрыться, а потом получил осколок в живот. Борис выстрелил ему в голову и тот сразу же затих. В воздухе повис пороховой дым. Еще пара-тройка выстрелов и видимость значительно ухудшится. Впрочем, это полемика.
Подошел к крайней двери и распахнув ее направил вовнутрь ствол бульдога. Чисто. Перешел к следующей. Вообще-то, поводить зачистку в одиночку глупость несусветная. Но оставлять снаружи одного бойца тоже решение так себе. А тут все же велика вероятность, что отсек окажется пустым. Что в общем-то вскоре и подтвердилось.
Здесь же располагалась оружейная комната. Дверь в нее заперта. Впрочем, это ни о чем не говорит. Вернувшись в каюту капитана, Борис потянул выдвижной ящик рабочего стола. Так и есть. Связка ключей. Вооружившись ее довольно споро подобрал нужный и открыл дверь.
 
Взгляд тут же зацепился за открытую пирамиду, с закрепленными в ней американскими однозарядными винтовками Пибоди. Ниже из гнезд торчат рукояти револьверов Кольта. В стороне закреплены цинки с патронами. Пара вскрыты. Один с винтовочными, второй с револьверными.