Попаданец. Маг Тени. Книга 2 (СИ)

Вояки оказались пограничниками, чей сторожевой пост был разгромлен в первый же день вторжения северян. Бывшему сослуживцу Орниса Кринку, паре его подчинённых и сыну удалось подземным ходом ночью уйти из почти уничтоженной башни.
Поначалу они нашли прибежище у одного из владетелей, где были приняты в дружину, но когда тот решил переметнуться на сторону Ниитора, им пришлось бежать дальше.
— Ол Тисс ещё благородно с нами поступил, — продолжил рассказ пограничник, с благодарностью принимая от ола Рея вяленое мясо с сыром и делясь ими с сидевшими рядом спутниками, вином их угостил десятник Дик, — Мог бы подтвердить лояльность новому сюзерену и повесить нас у ворот своего замка, но ограничился тем, что просто прогнал. Даже позволил взять еды в дорогу, на две недели хватило. Больше мы ни в какие твердыни владетелей заезжать не стали, решили идти к Фожу, но узнали, что он почти окружён, и туда не пробраться. Теперь двигаемся в Киренаит. Как узнал в вас мага? За двадцать пять лет службы на граничных переходах и рубежах научился определять благородных без знаков сословия.
Слушая рассказ, попаданец показывал доброжелательное отношение к воякам, но в действительности встрече был не рад.
Вояки уже изъявили готовность присоединиться к своим, и отказать им в этом у Анда ол Рея не имелось никаких оснований. С одной стороны, три дополнительных клинка и арбалет лишними не будут, а с другой, Немченко не хотел, чтобы рядом с его богатством появились незнакомые люди.
То, что Орнис когда-то дружил с Кринком, ни о чём не говорило. За двадцать лет много воды утекло, да и устоять перед искушением богатой наживой не каждый сможет. Даже в своём десятнике землянин был уверен только на девяносто девять и девять процента, оставляя одну десятую для сохранения собственной бдительности.
Если Кринку было около сорока пяти, как и его приятелю Орнису, то другие два пограничника не достигли ещё тридцатилетнего рубежа. Молодые мужчины выглядели настороженными, мрачными, и землянину оба не нравились. Успокаивало то, что магический резерв восстановился на три четверти, и любому злоумышляющему против Анда ол Рея придётся плохо.
— Ладно, — поднялся на ноги попаданец, — Присоединяйтесь к моему отряду. Сразу предупреждаю, за малейшее неповиновение накажу. По сёдлам!
К штольне, где под руководством Номуса бойцы и раб землянина ожидали его возвращения, увеличившаяся на четверых компания ола Рея прибыла засветло. Однако, дальнейшее возвращение в полк Немченко отложил на следующий день, устроившись отдыхать даже не поужинав.
— Нитёк, — сказал он в спину слуге, расстилавшему для него в штольне оленью шкуру, — разбуди меня в полночь. Знаешь, как по звёздам и луне время определять?
— Нет, хозяин, но я спрошу у Гремшика.
Торбу с богатством Андрей положил себе в изголовье вместо подушки, а чтобы было мягче, прикрыл её свёрнутой одеждой поселянина. Сам переоделся в подобающий олу доспех.
Рассчитывал, что за героический и умелый разгром отряда ол Юртенса наконец-то постигнет четвёртую ступень магии, но обломался. Как подруга-стихия ни старалась ему помочь, буквально буксиром затягивая его вглубь сумрака, а ничего не получилось и в этот раз. Правда, Андрею показалось, что препятствующая ему пружинящая пелена стала совсем тонкой. Или это выдавание желаемого за действительное?
В полночь он сменил на дежурстве Орниса, вот только обстоятельства, сопутствующие этому, попаданца разозлили. Причиной тому — услышанный при приближении отрывок разговора старых сослуживцев.
— Тебе-то чего не спится, Кринк? — подходя, спросил он у беседовавшего с десятником пограничника.
— Да вот, заговорились, капитан. Вспоминали былые времена.
— Идите спать оба, — Андрей чувствовал, как его накрывает злость, — Ормус, пошли, покажу тебе хорошее место для отдыха.
Расставшись с пограничником, отошедшим к своим товарищам и сыну, лежавшим на кучах лапника возле дальнего потухшего костра, землянин завёл своего помощника в штольню и отвесил ему сильную оплеуху.
 
— Капитан! — вскрикнул тот от неожиданности.
— Тише ты, — прошипел попаданец, — Ты чего язык распустил? От тебя не ожидал. Я ведь приказывал молчать про деньги до возвращения в полк?
— Так я отряду ничего и не сказал, а Кринк, я его давно знаю…
— Слишком давно не знаешь, — поправил десятника Немченко, — Похвастаться захотелось?
— Нет, что вы, господин! Я лишь рассказал, какой вы замечательный и удачливый командир. Что если они попросятся в вашу сотню…
— Ох, Великий маг, — шёпотом застонал попаданец, — Взрослый мужчина, достойный унтер-офицер, опытный егерь, а мыслишь порой как ребёнок. Даже не знаю, что сказать. Иди дрыхни, вон, на моё место, я до утра подумаю, что мне с тобой делать. Нитёк, — толкнул он сонного раба в плечо, — Ты тоже ложись.
На стоянке горел только один слабый костерок в небольшом гроте рядом со штольней, остальные огни перед наступлением темноты были погашены.
На дежурство вместе с олом заступил Гремшик, занявший пост на тропке в двух десятках метров от лагеря.
— У тебя всё нормально? — спросил самого молодого бойца отряда капитан.
— Всё хорошо, — кивнул тот.
— Ну и отлично, — похвалил его Немченко.
Он планировал скоротать время за зарядкой амулетов, резерв был полон под завязку, но чувство беспокойства заставило заняться другим. Оставив парня в одиночестве, попаданец сумрачным путём переместился к лежанкам пограничников.
В детстве мама учила Андрея, что подслушивать чужие разговоры нехорошо, она не предполагала, в каких обстоятельствах окажется её сын. На этот раз плохая привычка, вполне возможно, спасла землянину жизнь.
— А твой приятель не соврал? — спросил у Кринка один из молодых пограничников.
Все трое присоединившихся к отряду ол Рея вояк лежали близко головами друг к другу и говорили очень тихо. Андрей находился в шаге от них и слышал отчётливо. Парнишка из их компании спал беспробудным сном в пяти шагах от отца.
Понимая, что вскоре его выдавит в реальность, Немченко быстро лёг за стволом ближайшего дерева и продолжил слушать интересную беседу, уже выйдя из слоя стихии.
— Орнис, конечно, может и приврать, но сейчас, я уверен, говорил правду. Четырнадцать тысяч. Представляете? Четырнадцать тысяч, — повторил бывший сослуживец Дика, — Когда ещё будет такая возможность обеспечить себя на всю жизнь?
— Предлагаешь дезертировать? — спросил третий вояка.
— А что нам дала корона за все эти годы службы? Не надоело? Нет, вы ещё молоды, можете на что-то рассчитывать. А у меня впереди только полунищая старость. Ни дома, ни сбережений.
— Но маг…
— Маги не бессмертны Ришак, тебе ли этого не знать? Ол Рей сейчас заступил на дежурство. Твой коронный удар сзади в сердце, и он отправится в забвение как и любой простолюдин.
— Не обязательно, Кринк, — вновь вступил в разговор третий, — Бывают у них секреты. Я сам четыре года назад видел, как генерал Жерор воскрес после попадания болта точно в глаз.
— Генерала с капитаном не путай, — другой молодой пограничник аккуратно пошевелился, устраиваясь поудобней, — Откуда у нашего ола амулет воскрешения? Командир, если что, то я за. Ты прав, другого такого случая нам в жизни не представится. Убрать мага и дежурного мы сможем, не впервой. А дальше куда направимся? В Даторе нам спокойной жизни не будет. В Нииторе тоже. На юг? Или вовсе на другой континент отправимся?
— Мало, что ли, стран? — вздохнул старший пограничник, — Сначала надо сделать дело, а потом станем думать.
Порыва предстать перед изменниками и пристыдить их перед смертью, произнеся пламенную речь, у попаданца не возникло, он не в кино. Облако сумрака накрыло всех троих несостоявшихся дезертиров, не дав им даже мига осознать случившееся.
Оставался ещё сын Кринка. Его Андрей не тронул. Детей, как и женщин, он убивать не будет, если те сами не создадут угрозу его жизни.
Пусть мальчишка вырастет, заматереет и, если решит отомстить Анду ол Рею за своего папашу, то добро пожаловать.