Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)
На самом деле он — именно он — никогда не имел права вторгаться в их жизнь. Он посмел решить, как будет лучше, и сделал так, как посчитал нужным. Он посмел пенять им на то, что они не слишком радушно отнеслись к его присутствию. Он посмел обвинять их в том, что не принимали его как члена семьи. Но он всего лишь актер. И эти объятия сейчас предназначаются не ему. Эта любовь тоже ему не принадлежит. Оригинальный Шен не ценил этого, погряз в своем отчаянии и выбрал одинокую смерть; этот Шен ненавидел его за то, что тот с таким пренебрежением относился ко всему, что имел. Он на самом деле хотел бы быть тем человеком, которого любит Шуэр. Любит не за какие-то поступки, а может, даже вопреки им, любит просто за то, что он есть.
Подобный тип любви казался Шену недосягаемой мечтой. Чем-то очень далеким, из детства. Сказкой, обреченной оставаться лишь на страницах чужих историй.
— Спасибо, — обняв его чуть крепче, тихо произнес Шуэр ему на ухо.
Он разжал руки и отпустил его, чуть улыбаясь и вглядываясь в его растроганное лицо.
— С твоей семьей все будет хорошо?
Шуэр вздохнул и произнес:
— Теперь, будет. — Он перевел взгляд на слуг, крепящих веревки, удерживающие ящик с зеркалом. — Призраки не будут донимать нас, когда ты увезешь это зеркало?
— Воспоминания никуда не денутся.
Шуэр смотрел на него, улыбаясь.
— Ну же, почему ты выглядишь таким печальным? Я справлюсь, не нужно так переживать из-за меня.
— Я… Мне просто всегда немного грустно прощаться.
— Правда? Раньше ты не был таким сентиментальным.
Шен почувствовал, как к щекам приливает кровь. Вот черт возьми, почему ему так сложно сдерживаться? Сколько уже раз он говорил себе не забывать об образе оригинала, но стоит событиям выйти из-под контроля, как чувства берут над ним верх. Он увязает, забывая, что люди, глядя на него, помнят другого человека.
— Если так не хочешь уезжать — оставайся, — улыбаясь, предложил Шуэр.
— Нет, не стоит.
«Мне и так стыдно. Ты открыл передо мной двери, а я без зазрения совести залез в ваше грязное белье».
— Я рад, что Лефи согласилась отпустить Риту в орден. Надеюсь, конечно, что она вернется через год или два, но сейчас ей пойдет на пользу смена обстановки.
— Я буду присматривать за ней. Уверен, что Шиан организует ей наилучшие условия.
— Не слишком усердствуйте в этом, — хохотнул генерал. — Пускай обучается наравне со всеми.
Они помолчали, наблюдая за последними приготовлениями слуг. Те закрепляли веревки тугими узлами.
— Шаол и Венти поженятся? — спросил Шен.
— Еще не знаю. Шаол во многом пошел в своего отца, он честолюбив и вспыльчив, он мог простить невысокое положение своей невесты, но вот ее хитрость за его спиной, направленную против члена семьи… Не уверен, что он простит ее. Так, я думаю, будет лучше. Все-таки молодая госпожа Ган красива и хорошо воспитана, она будет отличной для него парой.
— Наверное, ты прав, — вздохнул Шен.
— Но меня все еще терзает вопрос по поводу той броши. Что за люди оказались способны на подобное? Как они смогли подкинуть брошь старейшине Муану? Насколько опасны твои враги?
— Ты слышал что-либо про секту Хладного пламени? — спросил Шен.
Дождавшись, когда Шуэр отрицательно покачает головой, продолжил:
— Эта довольно могущественная секта заклинателей, избравших искаженный путь. Шиан и весь орден РР борются с ними и уже почти уничтожили. Я, как ты понимаешь, тоже активный участник. Думаю, это дело с брошью — отчаянная попытка этих людей уничтожить меня силами других. Не волнуйся, больше я не буду столь беспечен. Им больше не застать меня врасплох.
— Я думал, опасность исходит только от вашей Глубинной тьмы! А тут еще какая-то могущественная секта!
— Мир заклинателей довольно непрост, — криво усмехнулся Шен. — Не все тебе участвовать в сражениях, мы тоже это любим.
— Будь осторожнее, пожалуйста! Ты все еще недостаточно окреп, чтобы участвовать в сражениях! Пусть лекарь Од и поразился, как гармонизировалась твоя внутренняя энергия, он сказал, что ты все еще не восстановил свой организм.
— Я не буду лезть в драки, если можно будет обойтись словами, — пообещал Шен.
Шуэр вздохнул и потрепал его по голове.
Шумно. Женский спор — что за наказание для ушей. И ему приходится слушать это, без возможности заткнуть их глотки. А-ррр!
Наконец, ресницы беловолосого мужчины дрогнули, а взгляд приобрел осмысленность. Он сделал глубокий вдох полной грудью. Как же изнурительно-долго он восстанавливал это тело, чтобы, наконец, иметь такую возможность.
Говор женщин оборвался, они одновременно медленно, со страхом повернули головы в его сторону.
И уставились в два бездонных багряных глаза.
Глава 85. Ты не веришь в предсказания
Шумно. Женский спор — что за наказание для ушей. И ему приходится слушать это, без возможности заткнуть их глотки. А-ррр!
Наконец, ресницы беловолосого мужчины дрогнули, а взгляд приобрел осмысленность. Он сделал глубокий вдох полной грудью. Как же изнурительно-долго он восстанавливал это тело, чтобы, наконец, иметь такую возможность.
Говор женщин оборвался, они одновременно медленно, со страхом повернули головы в его сторону.
И уставились в два бездонных багряных глаза.
«Система, ты здесь?», — мысленно позвал человек.
[Приветствую вас, Админ. Следуя Основной цели, я всеми силами развивала интересный сюжет!]
«Где Пользователь номер два?»
Шуэр собирался проводить их повозку до городских стен, но Шен уговорил его этого не делать, опасаясь, что в противном случае его сердце может не выдержать столь длительного прощания. Повозка медленно отъехала от ворот поместья семьи Ир. Голубь взлетел с таблички «Опора государства» и взмыл в белесое небо.
Муан, как обычно играющий роль возницы, направил повозку вниз по улице. Городские ворота пока оставались левее, экипаж ехал в сторону улицы Цветочного благоухания. Скачущая рядом Аннис подсказывала старейшине пика Славы, куда поворачивать.
Риту скакала сбоку от повозки и выглядела смятенной. Ей, как и Шену, казалось, что она покидает этот дом навсегда. Предвкушение желанного будущего смешалось в ее сердце с тревогой, что она больше не увидит свою семью. Спроси ее кто сейчас, она не смогла бы ответить, что для нее желаннее: остаться рядом с близкими или уехать в далекий орден, который так хотела увидеть. Она была рада, что у нее не спрашивали. Мать чмокнула ее на прощание, а отец обнял. Теперь, когда она все узнала, он не был для нее монстром с красной лентой, монстра больше не существовало. Но гнев на него за тот ужасающий поступок холодным металлом засел в ее сердце. Наверное, когда-нибудь она сможет понять, но простить… вряд ли. Даже не из-за жалости к Юэй (хотя, конечно, ей было ее жаль), а потому, что она не знала, как ей самой теперь с этим жить. Каким человеком она станет, неся на себе груз его поступка. Да, она рада была сейчас уехать в место, где никто не знает, что ее отец совершил, никто не скажет ей, что она дочь убийцы.
— Предполагаю, что это здесь, — произнесла Аннис, указав на табличку у двери, гласившую, что тут живет и принимает посетителей великая шаманка Афа.
Шен выбрался из повозки, изящно спрыгнув на землю, и в предвкушении потер руки. С козел спустился Муан и, встав рядом с ним и глядя на вход, поинтересовался:
— И что мы здесь забыли?
— Хочу посмотреть на эту «шаманку». Похоже было, что Венти искренне считала, что кинжал не может причинить существенного вреда. Вот и возникает резонный вопрос: либо это шаманка — на самом деле полнейшая шарлатанка, дурящая людей, и кинжал попал к ней по чистой случайности и так же случайно перекочевал к Венти…
Ну, во вселенной, созданной графоманом Ером, всякое возможно, Шен готов был поверить и в такой вариант.
— Или, если способности у нее настоящие, что двигало ею, когда она обдурила бедную девушку и подсунула такой опасный предмет? Возможно, кто-то другой решил с помощью третьих рук навредить семье Ир?