Злодейский путь!.. Том 3 и Том 4 (СИ)

— Ах. Какой поступок.
Муан все еще смотрел на него.
— Ладно, — внезапно успокоился Шен, тихо вздохнув. — У меня нет права обвинять тебя. Ты никогда не был обязан мне верить. Разве мы называли друг друга друзьями?
Синие глаза Муана вспыхнули каким-то потусторонним блеском, когда он произнес:
— Я никогда не говорил, что сомневаюсь в твоих словах. Я просто беспокоился и… поступил неправильно.
Брови Шена непроизвольно взлетели вверх. Муан только что признал свою ошибку?!
— Я сожалел об этом сразу как осознал, как ты это воспринял. Как увидел твой взгляд… и как ощутил твою боль.
Муан приложил руку к своей груди.
— Чувствительный Муан. Надо же какая ирония.
Шен ненадолго замолчал, прежде чем продолжить:
— Если я снова надену веревки мертвеца?
На самом деле Муан соврал бы, сказав, что не хочет вновь ничего этого не чувствовать. Поэтому он чуть помедлил с ответом.
Шен внимательно смотрел на него. А затем ударил кулаком в свой правый бок.
Муан охнул и от боли, и от неожиданности.
— Что ты творишь?! — возмущенно зашипел он.
— Болит? — поинтересовался Шен и склонил голову на бок, словно бы изучая прелюбопытное явление. — Но ведь раны нет. И крови нет.
— Зато у тебя есть!
— Точно, — Шен грустно рассмеялся, опустив голову.
— Шен, — через какое-то время произнес Муан. — Я хочу быть твоим другом.
Шен поднял на него взгляд.
— Точно? Или я тебя вынуждаю?
Муан улыбнулся ему, как несмышленому ребенку.
— Точно. Никто не способен вынудить быть другом. Я говорю искренне.
— Хочется верить… И… — Он долго не продолжал. Наконец, уставившись прямо в его синие глаза, Шен произнес:
— Я поверю. И если когда-нибудь нашей дружбе придет конец, я не буду сожалеть о сегодняшнем решении. Это будет весело. С этого момента решение принято. Приятно познакомиться, мой друг Муан Гай. Меня зовут Шен.
— Приятно познакомиться, Шен, — склонил голову Муан, на губах его заиграла легкая улыбка. — Можно тебя обнять?
Шен кивнул и улыбнулся. Муан наконец-то увидел на его лице ту искреннюю улыбку, по которой так скучал все это время. Они одновременно распахнули объятия навстречу друг другу.
Чувствуя разгорающуюся в груди радость, Муан прижал Шена к себе. Он никогда до этого момента не думал, что искренний разговор способен столь многое изменить. Но этот человек заставлял его снова и снова подбирать нужные слова.
Нос хозяина Проклятого пика ткнулся ему в шею, руки, обхватывающие его спину, безвольно опустились.
— Шен?
Муан отстранился, аккуратно придерживая его на руках. Глаза Шена были плотно закрыты, лицо казалось безмятежным, а сквозь серебряные одежды в районе живота проступала кровь.
— Этот несносный человек вообще не способен заботиться о собственном теле! — тихо фыркнул Муан.
Он поднял его на руки и перенес на диванчик в комнате для чаепитий, мимо которой проходил к зале Глубинной тьмы. Осмотревшись по сторонам, Муан вздохнул и пошел прочь, намереваясь вскорости вернуться со старейшиной Загом.
Шен проснулся от громких криков, эхом разносящихся по пустым залам. Он прислушался и понял, что крики содержали примерно следующее: «…Не заставишь войти в это проклятое место! Поставь меня на место! Это не поведение старейшины! Немедленно верни меня на землю!!».
Заинтригованный, Шен сел, прижимая руку к раненному боку и кривясь от боли, и только сейчас вспомнил, что он помирился с Муаном. И, похоже, потерял сознание.
«Надеюсь, братец Гай не решит, что это я от переизбытка чувств», — хмуро подумал Шен, прислушиваясь к приближающимся крикам.
Наконец, Муан быстрым шагом вошел в помещение и поставил старейшину Зага, которого до этого нес, перекинув через плечо, на ковер перед столиком.
— Приветствую старейшину Зага, — тут же вежливо проговорил Шен.
Заг, однако, почему-то не проникся, вместо ответного приветствия разоравшись:
— Да как вы смеете так со мной обращаться?! Я сказал, что не пойду в черный замок, — значит, я не пойду в черный замок! Я не нарушаю своих слов!
— Вы и не нарушили, — заметил Муан. — Я вас внес.
 
— Ваше поведение просто возмутительно!!
— Господин лекарь, тут человеку плохо, — напомнил Шен.
Старейшина Заг какое-то время недовольно смотрел на него, затем фыркнул и все-таки приступил к перевязке раны.
Шен перевел взгляд на стоящего поодаль Муана и улыбнулся. Он на самом деле не ожидал от него столь вопиющего поступка, это было забавно. Когда Муан посмотрел на него, Шен подмигнул. Муан деланно сохранил невозмутимость, отвернувшись, но уголки его губ все-таки выдавали довольную усмешку.
Доктор Заг закончил перевязку, накинул на плечи Шена его верхние одежды и злорадно похлопал ладошкой по ране, заставляя хозяина Проклятого пика скривиться.
— Надеюсь, завтра с утра у тебя достанет совести прийти на перевязку самолично, а не просить старейшину Муана принести лекаря к тебе. Слышал, ты на время покидаешь орден. Советую менять бинты и обрабатывать рану еще хотя бы неделю. Завтра я приготовлю тебе все необходимое.
— Спасибо, старейшина Заг, — склонил голову Шен, на самом деле не ожидая от склочного доктора подобной заботы.
— Это мой долг. Не хочу, чтобы в случае твоей смерти поползли слухи, что это Заг Хилит тебя плохо лечил.
Шен еще раз ему поклонился, думая о том, что впервые услышал имя прославленного доктора, а до этого даже и не задавался таким вопросом. В — внимательность к деталям.
Собрав вещи обратно в свою сумку, доктор Заг стремительно покинул чертоги черного замка.
Проследив за его быстрым перемещением, Шен перевел взгляд на Муана.
— Чая?
— Не откажусь, — тут же согласился старейшина пика Славы.
Большой деревянный дом в традиционном стиле стоял в черном глухом лесу подле серого безжизненного утеса. Во дворе перед домом не росло ни единой травинки, словно земля была выжжена или отравлена. К дому тянулась разбитая дорога, возле крыльца остановилась большая повозка, колеса которой на четверть утопли в грязи.
Из повозки выбрался человек со шрамом и, развернувшись назад, протянул руки. И Мори кое-как подвезла кресло на колесах к краю и наклонила вниз. Беловолосый мужчина стал медленно вываливаться наружу. Его подхватил человек со шрамом и понес в дом.
— Эй, кто-нибудь! — крикнула девушка.
Тут же с двух сторон к повозке подбежали младшие братья Хладного пламени.
— Возьмите кресло. Только аккуратно, не сломайте!
Младшие братья тут же выполнили приказ, а к повозке подошел спешившийся с лошади мастер Мун.
— Позвольте вашу руку, госпожа, — произнес он.
— Только руку? — хмыкнула И Мори. — Я позволяю перенести меня на крыльцо, не желаю пачкать платье в этой грязищи.
Мастер Мун поклонился, а затем протянул ей обе руки.
Человек со шрамом усадил беловолосого мужчину в кресло на колесах, которое поднесли младшие братья секты, и покатил его в дом. И Мори и мастер Мун последовали за ними.
Навстречу из внутренних покоев вышла дородная пожилая служанка.
— Ужин уже подан, господа, — поприветствовав, сообщила она.
— Господин Исан присоединится к нам за ужином? — спросила И Мори.
— Хозяин еще не вернулся.
— Что ж, хорошо. Мы подождем его и пока отужинаем. Надеюсь, ты накрыла нам за большим столом? Нам нужно, чтобы кресло нашего Великого господина хорошо туда входило.
— Конечно, госпожа! Для Великого господина все сделало в точности с указаниями! — служанка искоса с трепетом глянула на безучастного к их разговору беловолосого мужчину. — Пройдемте за мной.
Когда они уселись за стол, придвинув кресло с молодым господином И поближе к столешнице, И Мори сказала:
— Су, покорми его, у тебя это лучше всего получается.
Перед беловолосым мужчиной стояла миска с жидкой кашей. Человек со шрамом, названный Су, кивнул и взял ложку. Зачерпнув кашу, он молча поднес ложку к губам беловолосого.
— Давай, Великий господин, — вздохнула Мори. — Ложечку за процветание нашей секты Хладного пламени…