Любовь Викинга (СИ)

Великий Один только не она! Иначе мне придется…
— Ты хотел меня видеть, Рагнар? — спросил меня один из людей отца.
— Ты видел ту женщину, с которой был Карл? — Взволнованно спросил я Реджи, подходя к нему почти вплотную.
— Да, мне посчастливилось увидеть эту богиню лично. Я стоял от них в пару шагах, когда произошло то, что меня поразило и ужаснуло одновременно. Король франков и Огненная дева о чем-то тихо ругались, когда она неожиданно для всех ударила его по лицу. Меня еще тогда удивила реакция Карла, как и его взгляд. Будто он обезумел, но не от гнева или ярость, а от…
— Желания? — Подсказал я ему.
— Да, верно! Именно он на нее так и смотрел, словно хотел ею овладеть там же на месте. Еще бы такая женщина и не хочет в постель к королю! — Весело заржал этот глупец.
— Почему ты называешь ее Огненной девой?
— Потому что цвет ее волос как языки яркого пламени, спадали вниз до самой тонкой талии огненным водопадом.
— Ты не слышал ее имени? Как Карл к ней обращался? — Задал я свой последний вопрос, все еще надеясь, что это не моя женщина.
— Карл ласково называл ее, моя Лисичка. Но перед тем как его ударить, она громко сказала, что ее зовут Виктория и никак для него иначе.
— Этого я и боялся. — Тихо сказал я себе, после чего сказал воину, чтобы он оставил меня одного.
Женщина! И как ты умудрилась попасть в руки тому, кого больше всего ненавидят викинги? Но как бы мне не было тяжело и сложно вернуть тебя, я обещаю, что приду за тобой, где бы ты ни была и с кем! Главное не сдавайся и верь в меня!
После того, как меня оставили, наконец-то, одну, мне принесли горячую еду и новую одежду. Я не знала, каким образом франк узнал о моей нелюбви к платьям или он был настолько проницательным, но увиденные мною, утепленные изнутри брюки и, я даже сказала бы женскую красную рубашку с длинными расклешёнными к низу рукавами, навели меня на мысль, что к этому событию, как мое похищение, Карл тщательно и усиленно готовился. Это было с одной стороны лестно, а с другой очень подозрительно.
Вот не верила я в свою «божественную» красоту. Хотя, если посмотреть на здешних женщин, то им не помешало бы немного самоуважения и опрятности. Но учитывая тот факт, что я находилась в эпоху диких народов, где не было нормальной системы водопровода, канализации и отопления, не было асфальтированных дорог и застекленных окон, это было оправданно. Видя изо дня в день, как молодые девушки и женщины трудятся от заката до зари, готовя пищу огромному количеству воинов, вызывало уважение и сочувствие. Особенно мне было жалко рабынь и сирот, они как безликие призраки блуждали между заставленными разнообразной едой столами и искали момент, что-нибудь украсть. Кому повезло быть не застигнутым на воровстве, быстро скрывались в темных углах и жадно набрасывались на добытую пищу. Другим, менее удачливым, отрубали пальцы. Жестокость и железная дисциплина, делали свои черные дела. Многие погибали от холода и голода, прозябая в вечной нищете, живя на улице.
— Как тебя зовут? — Спросила я девушку лет тринадцати, которая принесла мне еду и одежду.
— Айна, миледи.
— Ты рабыня?
— Да.
— Давно?
— Нет. Всего пару дней.
Вот ведь! Как я ненавижу эту эпоху! Скоты и женоненавистнику! Бессердечные ублюдки и короли чужих судеб!
— Кто твой хозяин, Айна? — Задала я свой вопрос, уже почти одевшись.
— Сэр Ролан, миледи. Он приближенный короля Карла. — Ответила мне девочка, все так же не сдвинувшись с места.
Бедный ребенок! На лицо все симптомы голодания и жестокого обращения, о чем свидетельствовали ссадины на лице и впалые щеки. Я всегда тяжело переносила плохое обращение к людям, особенно к детям. У меня душа металась в теле, от ярости и жалости к невинным крохам, над которыми так несправедлива судьба. Решительно подойдя к девочке, осторожно коснулась ее тонкой ручки. Айна вздрогнула от моего прикосновения как от удара, а мне захотелось воткнуть кому-нибудь нож в сердце.
— Прошу не бойся меня. Я ничего плохого тебе никогда не сделаю. Мне было бы очень приятно, если бы ты разделила со мной пищу, которую ты принесла. Очень не люблю, есть в одиночестве. Составишь мне компанию?
 
Айна думала не долго, опустив на мою руку свою вторую ладонь, тихо произнесла:
— Спасибо миледи. Теперь я понимаю, что в вас увидел наш король. Вы очень добры и мужественны.
Честно от ее слов я немного растерялась. Какой еще король? Неужели Карл…
— Да, миледи. Мужчина, который вышел из покоев и приказал мне вам прислуживать, является королем Франции — Карлом Великим.
— Твою ж мать! — Смачно выругалась я, под ошеломляющий взгляд зеленых глаз. — Этого мне еще не хватало! Один, какого черта ты меня сюда вернул? Мало мне викингов, теперь еще и франков нужно спасать? От кого на этот раз, от Древней Руси?
В груди быстро нарастали чувства злости и протеста. Что от меня снова хочет этот хитрый, неблагодарный бог? Часть нашей с ним сделки я уже выполнила, когда же он выполнит свою? Сколько мне еще предстоит преодолеть, чтобы меня наконец-то оставили в покое. Пойти, что ли утопиться с холодных водах Северного моря? Или может с кем-нибудь подраться? Или может…
— Простите меня, миледи. Вам не нравится наш король? — Трясясь от страха, спросила меня, едва слышно Айна.
— Ваш король, козел! Мало того, что он украл меня и убил моего мужчину, так он еще намеривается сделать меня третьей женой! Я его ненавижу! — Отойдя к окну и, смотря на заходящее за горизонт солнце, ответила я девочке.
— Когда вы узнаете его поближе, то полюбите. Он очень сильный и мудрый правитель.
— Мне такого счастья не нужно. И я не смогу полюбить его, потому как уже отдала свое сердце другому, — тихо ответила я Айне, провожая взглядом один из уплывающих от берега кораблей.
— Это мы еще посмотрим! — Грозно разнеслось у меня за спиной, после чего меня грубо развернули лицом к себе и болезненно поцеловали в губы.
Реакция моего тела на такое скотское к себе обращение, не заставила долго себя ждать. Всадив между ног буйному королю Франции коленом, я подошла к кровати, на которой стоял большой поднос с едой. Бросив воинственный и удовлетворенный взгляд на загнувшегося от боли франка, усадила шокированную Айну на кровать и подала ей тарелку с едой.
— Ешь, — сказала я ей, кладя в рот небольшой кусочек, хорошо прожаренного мяса.
Мой голос быстро вывел из оцепенения хрупкую девичью фигуру и уже, буквально, за пару минут, ее тарелка была уже кристально чиста и пуста. Сколько же она не ела?
— Оставь нас! — Услышала я Карла, который уже не изображал из себя кастрированного буйвола.
Айна как маленький пугливый ураган молча и проворно выскочила за дверь, едва хлопнув ею. Хоть успела поесть и то хорошо.
— Что ты от меня хочешь? — Спросила я, выбирая из тарелки последние кусочки вкусного мяса.
— Хочу, чтобы ты стала моей! Хочу, чтобы ты любила меня, как своего погибшего викинга. Хочу…
— А не много ли ты хочешь, Карл — Король Франции? — Тщательно вытерев липкие пальцы влажной тряпкой, лежащей на подносе, спросила я.
— Узнала уже. — Недовольно рыкнул франк, присаживаясь рядом со мной. — Хотя, так даже лучше. Теперь ты знаешь, кто я.
— Даже после этого, я не буду с тобой спать! — Выдохнула ему в лицо, гневно сверкая глазами.
— Будешь! Я хотел, чтобы ты сама ко мне пришла, но раз так… — Взревел король, снова вылетая из своей опочивальни.
Гнев и неудовлетворенное желание короля не так меня насторожило, как то, что он что-то задумал. Стало немного страшно от грядущих перспектив, но чтобы этот проклятый француз не задумал, я буду сопротивляться до конца! И где этот бог Один, когда он так мне нужен?
 
* * *
Земли острова Линдисфарн я покидала с тяжелым сердцем. Стоя на безлюдной палубе королевского корабля франков, я смотрела вдаль на берега территории викингов, мысленно прощаясь со своей, совсем недавно, обретенной семьей и любимым мужчиной. Мысли о названном сыне Эрике не покидали меня ни на секунду. Мне было очень горько от того, что я не могла взять его с собой в свою новую жизнь. Я могла настоять на том, чтобы мне его привезли, но что бы это дало? Карл мог манипулировать мною, когда ему бы вздумалось моим ребенком, изводя этим нас обоих с Эриком. Такого я не могла допустить!