Родное сердце (СИ)

  
Глава 75
 
Володя лежал на кровати и вспоминал свою жизнь. С детства он не чувствовал от родителей особого тепла. Мать имела высшее образование, но ни разу в жизни не работала. Она удачно вышла замуж и предпочитала жизнь домохозяйки. Если маленький Володя не шёл по каким-то причинам в детский сад, то сидел дома и чувствовал себя одиноким. Элина часами щебетала со своими подругами по телефону или приглашала домой, чтобы посплетничать. Они сидели на кухне трёхкомнатной квартиры, ели торт и чесали языком. Все попытки обратится в такое время с просьбой обрывались на корню резким тоном: «Отстань, не видишь, я занята».
Отец приходил с работы поздно, и его валило с ног от усталости. Он пробивал себе тёплое место на заводе, раздвигая конкурентов локтями. У папы было высшее инженерно-техническое образование. Экономическое он заканчивал заочно, кроме работы пропадая ещё и на сессиях. С сыном Сергей общался преимущественно по выходным, а когда писал диплом, перестал и в это время уделять внимание.
Володя уже учился в школе, произошёл развал Союза. Отец к тому времени добрался до должности коммерческого директора. Когда всем раздали ваучеры, он под шумок сумел скупить их у заводчан и прибрал предприятие к рукам. Сергей оказался талантливым и дальновидным предпринимателем. Начал расширять бизнес. Вместо того, чтобы наживать неприятности, смекнул, что лучше самому нанять себе «крышу». Один из его одноклассников подался в криминал, и Сергей не преминул воспользоваться его услугами, чтобы отдавать дань бандитам, но не баснословными суммами, как это часто бывало.
Отец рьяно взялся за дело, умело расширял бизнес, часто приходил домой с наступлением темноты. Всё, что он мог сделать в этот момент, потребовать дневник сына. Если на страницах красовались тройки, Сергей устраивал выволочку. Не бил, но умел ударить словами. «Опять тройка? Что за новости, сын? У меня два высших образования, мать твоя тоже не дурочка. Откуда тройки? Ты настолько тупой, что не можешь на нормальные оценки учиться?» — сказал как-то отец. Володя вспомнил, как обиделся в тот момент.
Мать начала активно уничтожать заработанные отцом деньги. Ползала на шоппинг с подругами. Сидела по полдня в салонах красоты или в фитнес клубе. Отец работал как проклятый, приходя домой только спать. Никто не занимался с ним уроками. Мать только следила, чтобы вовремя встал в школу, не забыл сходить на занятия в музыкалку. Иногда она сидела и разъясняла особо сложные темы по математике или русскому языку, но эти случаи были единичны. Не давая ничего взамен, родители требовали много. Говорили, что он взрослый и должен сам учиться, хорошо играть на пианино, быть послушным мальчиком. Карманные деньги и крутые, по тем временам, вещи Володя не считал отдачей. Ему хотелось теплоты, объятий, ласковое «мы любим тебя, сынок». Хотелось заботы, а не тупо купленные кроссовки словно подачка.
«Ты Владимир Сергеевич Полонский. Ты отпрыск двух самых знаменитых Российских семей. Ты аристократ в энном поколении. Ты должен быть сдержан и горд. Драка с плебеями ниже твоего достоинства, общение с ними и подавно. Ты должен дружить только с людьми нашего круга. Воспитай в себе аристократа. Это у тебя должны быть шестёрки, которые готовы в рот тебе заглядывать и в драку за тебя лезть. Твой футбольный мяч я выкинула. Пусть нищеброды бегают в пыли за право забить дурацкий гол», — научала однажды мать холодным тоном, когда он пришёл домой с синяками. Да, он подрался в школе, но зато все сразу зауважали его. Сверстники поняли, что он не маменькин сынок, как казалось вначале.
Володя давно переехал в большой особняк, купленный родителями, но не перестал быть обычным мальчишкой. Он хотел гонять с ребятами мяч, лазить по деревьям, играя в «казаки-разбойники». Мать вместо этого заставляла учить наизусть симфонии Шопена и других именитых композиторов. Он хотел завести собаку или кошку, но Элина заявила, что ненавидит животных.
Однажды вечером Водя пошёл к однокласснику, чтобы позаниматься с ним. Историчка задала им вместе сделать реферат на тему Великой Отечественной Войны. Когда Володя подходил к дому приятеля, то у соседнего увидел машину отца. Тот вышел из салона, затем подал руку красивой молодой девице. Они зашли в подъезд, Володя притаился за деревом. Ждать пришлось недолго. Буквально через считанные минуты в одном из окон загорелся свет. Девушка подошла закрыть шторы, а отец встал рядом и начал её целовать, руками сминая пышную грудь. Квартира находилась на втором этаже, и Владимир видел, как отец изменяет матери, пока дамочка не задёрнула шторы.
 
Злоба мешала дышать, в горле встал ком от непролитых слёз. Он ещё мог простить отца, за то что тот пашет как проклятый ради его, Володи, будущего и поэтому уделяет мало внимания. Но оказалось, что отцу он не особо и нужен. Для Сергея важнее оказались титьки его любовницы, чем провести время с сыном, обнять и поговорить. А поговорить хотелось. Поведать шёпотом о первых эротических снах, странно мокрых трусах после них, о стояке по утрам, который пугал не меньше. Ему исполнилось четырнадцать лет, а организм будто взбесился, отовсюду полезли противные волосы. Вот только когда Володя попытался заговорить об этом, отец стыдливо перебил: «Взрослеешь, сын, это же хорошо. Поговорим ещё потом, сейчас мне нужно ехать».
В тот момент, когда Володя увидел отца с любовницей, он подумал, что ни за что на свете не станет как его родители. Если судьба в будущем пошлёт ему ребёнка, то он будет холить и лелеять его. И если Володя будет от усталости приползать домой после работы, он найдёт часок, чтобы поиграть с малышом. Он уделит время подростку и не от случая к случаю, а каждый день. Они будут сидеть в обнимку и говорить о многом. О благородстве души. О совести и чести. О том, что простые рабочие тоже люди и их нужно уважать.
Воспоминания Полонского прервала мать. Элина ворвалась в палату не постучав, принесла очередные ресторанные контейнеры. Поздоровавшись, мать плюхнула пакет на стол и усмехнулась, увидев газету.
— Всё же узнал правду, — Элина не спрашивала, а констатировала факт.
Поднявшись с кровати, Владимир подошёл к ней и заглянул в глаза.
— Как видишь, я всё узнал. Твоя хвалёная Любочка из нашего круга оказалась дурочкой, которой место в психиатрической лечебнице. А девушка, от которой ты так рьяно пыталась меня оградить, на самом деле дочь арабского магната, — произнёс Володя сквозь зубы.
— Да, но кто же знал, что эта детдомовская девчонка окажется потерянной дочерью такого уважаемого человека? Володечка, если бы я знала, что она настолько богата, а её брат влиятельный человек не только у себя на родине, но и в Европе, я бы первая организовала вашу свадьбу. Такая уважаемая семья, подумать только, мы будем их роднёй. Тебе всего лишь нужно помириться с девушкой. Так и быть, я даже готова извиниться перед ней за всё, — с воодушевлением проворковала мать, жестикулируя руками.
Володя подивился её нескончаемому цинизму, её жажде славы. Мать как всегда не думала о нём. Будет ли он счастлив в этом браке? Сможет ли вообще после всего жениться на Арсении? Как и раньше, Володя должен был соответствовать её требованиям. Сначала быть послушным начитанным отличником, играющим на пианино, чтобы все знакомые говорили: «Ах, какой у вас сын. Умница, хорошо учится, талантлив». Потом, чтобы все восхищались тем, с какой семьёй они смогли породниться. «Мой сын на этот раз выбрал не какую-нибудь там деревенскую прошмандовку. Мы породнимся с семьёй Балабиных. Сам депутат Леонид Балабин будет нашей роднёй», — услышал однажды Володя, как мать ворковала с подругой по телефону.
 
В тот раз Володя ненадолго оставил сына с матерью и ушёл в кабинет отца, чтобы поговорить с ним. Когда вернулся, увидел, что Максим умудрился разлить на себя сок, но мать не приглядывала за внуком. Ей было важнее поскорее похвастать перед подругой, какую хорошую партию отхватил её сыночка.
Вот и сейчас по блеску в глазах Элины он понял, что она уже лелеет своё тщеславие и самолюбие. Ей было не важно, хорошо ли будет ему с Арсенией, хочет ли он её до сих пор. Главное, что у Арсении теперь семья, статус и прочее, что даст Элине возможность ещё на одну ступеньку подняться выше своих подружек.