Родное сердце (СИ)
— Боже! — воскликнула подруга, всплеснув руками. — Что ты прицепилась к Валеркиной лысине. И не такой уж он и стареющий, тридцать пять лет всего стукнуло. Профессия хорошая, сантехником работает. Или что, тебе принцев на белом лимузине подавай?
— Не надо принцев, но и обманывать не стоит. В прошлый раз сказали, что папа хочет поговорить о помощи сыну в учёбе, а это был не папа, а предполагаемый женишок, который настойчиво зазывал меня к себе и лапал прямо в парке, — скривилась Арсения, вспоминая, как этот сантехник на виду у всех лез обниматься.
— Сень, на этот раз никакого обмана. Не хочешь замуж или любовника и не надо. Это правда работа. Ну, не спросила я фамилию этого богатея, каюсь. Да и какая разница? Может, ты ещё не подойдёшь? Ваня сказал, мальчику полтора года исполнилось, не так и трудно за таким ухаживать. У богатых няня уволилась, поэтому ищут срочно. Зарплату предлагают пятьдесят тысяч в месяц, плюс питание за счёт работодателя. Ваня говорит, что кухарка и няня с хозяевами из одной сковороды едят. Образно говоря, конечно. Сама понимаешь, кто обслугу за свой стол посадит, — затараторила Мария, будто боялась, что её не станут слушать.
— Не части. Поеду я. Где ты в нашем городе такую зарплату видела у простого учителя? Да, мы в мегаполисе живём, но всё равно не Москва и не Питер, — Арсения взяла в руки листок. — Ого, коттеджный посёлок. Придётся такси вызывать. Туда только пригородный автобус едет. Насчёт такси. Тебе его отдельно оплачивать будут, если возьмут на работу.
— Ну, прямо все блага мира. Хорошо, пойду собираться. Нужно душ принять, волосы высушить.
— Тогда не буду мешать. Разве что ты попросишь спинку потереть, — улыбнулась Мария, вставая со стула.
Арсения проводила подругу и стала тщательно собираться. Действительно, стоило принять душ, потом использовать дезодорант с лёгким запахом полевых цветов. Девушка знала, что в первый раз пользоваться духами нельзя. Мальчик может оказаться аллергиком.
Приняв душ, Сеня высушила волосы, после заплела в косу и сложила в толстый пучок на голове, зафиксировав шпильками с искусственным жемчугом. Теперь стоило выбрать наряд. Глянув на градусник за окном, девушка надела платье из шерстяной шотландки коричневого и тёмно-зелёного цвета. Вырез платья был лодочкой и отделан зелёным кружевом на тон светлее ткани. Лиф заканчивался в виде буквы «V» и прилегал к телу словно корсет. От него ткань расходилась мягкими складками, отчего юбка казалась чуть пышной. Арсения застегнула ряд маленьких пуговичек от талии до груди, а потом дополнила образ серьгами и брошью в стиле девятнадцатого века. Самый минимум неброского макияжа на лице, и вот она уже готова ехать. Надев манто из драпа, украшенного тесьмой, Арсения натянула ботики на небольшом каблучке. Затем посмотрела на себя в зеркало и удостоверилась, что выглядит прилично. На тумбочке лежал фетровый капор украшенный синей атласной лентой. Теперь можно было вызывать такси.
* * *Люба приехала из агентства и решила целый день валяться на кровати сказываясь больной. Мол беременность так влияет, и всё прочее. Но поразмыслив, она отмела эту мысль напрочь. Вовка запрёт её в какой-то клинике на обследование, и прощай Багамы. Поэтому пришлось остаток дня возиться с ребёнком. Впрочем, она не особо себя утруждала. Посадила ребёнка на диван, включила мультфильмы, а сама воткнула наушники в уши и стала смотреть кино на планшете. Несколько раз малыш дёргал за платье и просился в туалет. Ей приходилось тащить его на горшок и брезгливо двумя пальцами снимать штанишки.
Настало время обеда. Кухарка пригласила за стол и убежала мыть комнаты. Люба поставила перед Максом тарелочку с куриным супом, подала ложку и села есть. Максим не умел орудовать ложкой, расплескал на себя половину супа. Потом стал руками из бульона вылавливать картошку и макароны. В итоге он больше перепачкался, чем поел.
— Как свинья, — буркнула Любовь недовольно.
В кухне появилась кухарка и запричитала:
— Божечки, красавчик, да у тебя даже в волосах макароны! Вы что, его покормить не могли?
— Давай я ещё у прислуги спрашивать буду, как пасынка воспитывать?! Пусть ложкой есть учится! Иди мой его! — рявкнула Любовь.
Девушка подняла глаза к потолку, глядя, как служанка уводит мальчишку за руку.
— Хоть бы няня быстро нашлась. Прикажу ей сидеть с отродьем в детской и не отсвечивать, — произнесла Любовь злым шёпотом.
В пять вечера позвонил Володя заявил, что в семь вечера прибудет няня на собеседование. Он приказал впустить девушку в дом, если та придёт раньше него. А девица действительно приехала без пятнадцати минут семь. Сказала в видеодомофон, что на собеседование. Любовь нехотя натянула сапоги и куртку, потом пошла открывать, а вернее выпроваживать восвояси.
Гостья выглядела весьма странно. Драповое манто расшитое впереди узором из тесьмы. Причём воротник был длинный, круглый и закрывал предплечья. Подол платья почти до земли и слегка пышный. На голове красовалась странная шляпа с завязками под горлом.
— Здравствуйте, я на собеседование, — поздоровалась Арсения, округляя глаза, невесту Полонского она узнала сразу.
— Привет. Ты вообще из какой деревни такая приехала, Пердуны или Подпердыши? Чеши отсюда, пока я тебе кости не переломала, — ехидно улыбаясь, произнесла Балабина.
На девицу пришлось смотреть снизу-вверх, ибо та была маленького роста. Но не заметить, что девушка с красивым лицом было нельзя. Люба рассчитывала на другую няню, а эту решила сплавить восвояси. Она достала из кармана заготовленную тысячную купюру и сунула девице под бант на подбородке.
— Возьми, это тебе милостынька. Чтобы ты села в такси и убралась из моего дома.
Сеня решила взять деньги, она не гордая. Можно вызвать такси и с вероятностью сто процентов через пять минут будет тот же автомобиль, ведь таксист не успел уехать далеко. Только сзади завизжали тормоза, а через секунду из машины Вышел сам Полонский.
— Здравствуйте, девушка. Вы на собеседование? — как ни в чём не бывало спросил Володя.
Арсения поняла, мужчина не хочет раскрывать, что они уже виделись, а может, забыл такую деталь, как подвоз незнакомки с кладбища.
— Здравствуйте, именно так, — коротко ответила она.
— Люб, ну просил же пригласить в дом. Идёмте, я машину потом в гараж загоню, — улыбнулся Полонский.
— Я уже поговорила с девушкой. Нам не нужна такая няня? — заявила Любовь, гордо вскинув голову.
— Нам? — усмехнулся Владимир. — Разумеется, нам не нужна няня, мы с тобой взрослые самодостаточные люди. Няня нужна моему сыну. Идёмте в дом и поговорим. Арсения, я правильно помню ваше имя? Иван сказал сегодня, а я закрутился и чуть не забыл.
— Да, всё верно, — ответила Сеня.
Жена Полонского отошла от калитки нехотя. Но как только они с Володей шагнули во двор, Сеня увидела, как по слегка заснеженной дорожке босыми ножками несётся мальчик.
— Па! — радостно кричал ребёнок.
Арсения и сама не поняла, как подлетела к ребёнку и схватив на руки, обмотала подолом своего платья.
— Что ж вы делаете. Вместо того чтобы стоять и пререкаться со мной у калитки, последили бы за ребёнком. Я не гордая, могла бы и на улице Владимира Сергеевича подождать, — строгим тоном произнесла Арсения, быстрым шагом заходя в дом.
— Если Максим заболеет, то на Багамы ты полетишь одна. Калитку можно от трубки домофона открыть, — тихо рыкнул Полонский.
— Я не виновата. Просто забыла двери входные закрыть, — пискнула Люба.
Володя быстро снял верхнюю одежду и протянул руки к малышу.
— Дайте мне его, Арсения, и раздевайтесь, — хмуро произнёс Володя.
Арсения крепче прижала малыша к груди, сердце бешено стучало в груди, отдавать его не хотелось.
Глава 30
Володя держал сына на руках и смотрел, как девушка снимает верхнюю одежду. Выглядела Арсения в своём наряде просто потрясающе. Подкупала также скромная причёска и макияж, который был неброский и только подчёркивал красоту лица. Почему-то Володе на миг показалось, что в его дом пришла та самая Мери Поппинс из детского фильма.