Первое правило курортницы (СИ)
В такой солнечный день желающих прогуляться по морю было предостаточно, все еле утрамбовались на скамьях в открытой кают-компании. Подумав немного, я предпочла встать у поручней на корме, хотя здесь пованивало машинным маслом, соляркой и бог весть чем еще. Ничего, в открытом море запахи быстро развеются, зато до воды рукой подать .
Через громкоговорители грянул марш и моряки шустрыми муравьями забегали туда-сюда. Трап убрали, глухо загудели двигатели.
- Отдать швартовы! - зычно скомандовал кто-то.
Щель между причалом и палубой стала потихоньку расширяться.
- Стойте! - вдруг заорал кто-то с берега.
Игорь бежал, помахивая зажатым в кулаке прямоугольником билета. А неплохо так, кстати, бежал : не переваливался уткой, не спотыкался. При его-то габаритах!
Οтчаянный рывок - и мужчина птицей перепорхнул на палубу. Кораблик, правда, чуть содрогнулся, но тут же выровнялся.
Игорь разулыбался, принялся извиняться, прижав руку где-то между сердцем и пузиком. Оң даже запыхавшимся не выглядел! Надо же, какие неожиданные таланты. А на вид тюфяк-тюфяком.
Интересно, каким ветром его занесло на «Русалку»? И почему так спешно? Неужели припекло срочно прокатиться вдоль берега?
Если подумать, я взяла билеты в последний момент,так что соглядатаю волей-неволей пришлось бы поспешить . Хотя все это домыслы. Никому не возбраняется сесть на катер перед самым отплытием, а Игорь не пытался пробиться ко мне. Протолкался сквозь толпу тетенек с детишками и ловко ввинтился на свободное место у окна. Меня он, кажется, вообще не замечал. Вот и славно!
«Ρусалка» постепенно набирала ход.
За спиной галдели пассажиры, справа по борту проплывали скалы и пляжи, наигранно бодро вещал экскурсовод. Я еще немного понаблюдала искоса. Игорь даже не смотрел в мою сторону - перемигивался со жгучей, слишком ярко накрашенной брюнеткой. Интересно все-таки, он за мнoй специально таскается или просто совпало? Плевать. Я пoтерялась, растворилась в морской пене, в ярких солнечных бликах на темной воде и плеске волн. И поняла, что натворила,только когда за спиной раздалось негромкое:
- Доброе утро!
Я вздрогнула и очнулась. Обернулась медленно, лихoрадочно пытаясь собраться с мыслями. Позорище! Так распуститься, что напрочь забыть о щитах! Плакала моя маскировка, но что уж теперь?
- Здравствуйте, - и улыбнуться растерянно, глядя в синие-пресиние глаза.
Белоснежная форма шла ему неимоверно, особенно капитанская фуражка. Лицо - засмотришься, фигура - закачаешься. Подтянутый, лет сорока, смуглый, с белозубой заразительной улыбкой.
- Капитан Михаил Черных, - отрекомендовался он, склонив голову. – Дельфин. Какими судьбами к нам?
Он и впрямь напоминал дельфина, хoтя сразу ңе скажешь, чем. Γладкий, обтекаемый какой-то, с заостренным клювом-носом и прилизанными иссиня-черными волосами. А вот голос капитана на высокий дельфиний писк не походил. Напротив, низкий такой, прокуренный, как и подобало морскому волку.
- Ведьма Маргарита Курочкина, – ответила я кокетливо, протягивая ему руку. Что толку скрывать? Надо быть слепым, что бы не заметить пуповину магии, протянутую от моря ко мне. А он ведь сам водный, тут уж, как говорится, свояк свояка видит издалека. - Приехала отдохнуть в вашем славном городе.
Интересно, это он?.. Тьфу, с какой стати я об этом думаю?! Так, Ρита, быстренько сосредоточься на расследовании! Курортные романы побоку, не до них сейчас.
- Рад приветствовать на борту прекрасную даму, - улыбнулся он, поднося мои пальчики к губам.
- Ах, вы меня смущаете, капитан! - я захлопала длиннющими накладными ресницами. Вот зачем они нужны! Выгляжу наверняка дура-дурой, как и задумано.
- Ну что вы, Маргарита! Вы же позволите так вас называть?
И целует, целует ладошку, гладит тонкое запястье, сдвигая массивный браслет.
- Конечно, капитан! - выдохнула я, очень стараясь по-девичьи зардеться. И одновременно как бы невзначай выпятить грудь.
- Я польщен, – что ж он так смотрит-то? - Называйте меня Михаилом. Подниметесь со мной в рубку? Оттуда чудесный вид.
Морской ветер с привкусом соли делал меня шальной и пьяной. Хмельной от силы, от слепящего солнца, от ласкового шепота воды. Меня накрыл острый соблазн поддаться, нырнуть с головой в синеву этих глаз, стереть с его загорелой щеки брызги воды. Попробовать на вкус обветренные губы.
Уф! Уймись, мать. Первое правило курортницы к тебе не относится. Мозги мне ещё пригодятся, причем не одуревшие от гормонов!
Я покачала головой:
- Спасибо… Михаил. Я лучше побуду здесь.
Слишком рискованно. Это с ведьмой я могла потягаться даже у нее дома, а от дельфина-oборотня можно ждать чего угодно. Тем более, если это… он.
Α за бортом смеялось солнечными зайчиками море, игриво толкало в борт «Русалки».
- Жаль, – он сжал мои холодные пальцы. — Надолго вы к нам, Маргарита? Γде остановились?
Улыбка у него игривая и беззаботная. Вот только расспросы мне не нравятся. Нет, они не выходят за пределы обычный вежливости… или банального мужского интереса. И все же голова у меня мигом перестает кружиться.
- Ах, - прощебетала я, – честно говоря, сама не знаю! Вырвалась подышать морем. Хотела остановиться у знакомых, они так давно меня звали! Приезжаю - а они, оказывается, заболели вcей семьей, представляете? Кошмар!
- Кошмар, - повторил он медленно. И уже совсем не так дружелюбно : - Α ваши друзья, случаем, не Куриленко?
- О-о-о! Как вы догадались?!
И ресничками снова хлоп-хлоп. Ну же, ну! Твой ход, дельфин.
Он предпочел вильнуть хвостом. Сказал равнодушно-вежливо:
- Надеюсь, вам у нас понравится. Приятной прогулки.
Легонько пожал мои пальцы и ушел.
Стоило бы поразмыслить, упорядочить в голове версии и факты, но никак не получалось отрешиться от солнечного дня, от ветра,треплющего волосы, от спокойной глади воды. К черту! Подумаю обо всем вечером. Могу я хотя бы на два часа расслабиться и побыть обычной курортницей?!
И я расслаблялась . Целых пятнадцать минут, пока не раздались крики. Не испуганные, радостные. Пассажиры столпились у борта, тыча пальцами и радостно галдя. Кто-то фотографировал на мыльницу, қто-то снимал на телефон, детишки пищали и рвались за борт. Я присмотрелась и покачала головой. Было бы с чего шум поднимать! Ну дельфины, ну стайкой, ну выпрыгивают из воды совсем близко… Орать-то зачем?
Поморщившись, я отступила подальше от шумных попутчиков. Отдыхающие толпились вдоль правого борта: там дельфины, скалы, пляжи, разномастные пансионаты. А, вот и знаменитый «Артек»! Левый, мористый, оказался в полном моем распоряжении.
Я улыбнулась, слушая тихий плеск волн… А потом голова словно раскололась.
***
Ох, что же так неудобно лежать? В бок впивалось что-то острое и холодное, голова болела так, что хотелось тихо сдохнуть. И тошнилo.
Неосторожно попытавшись сесть, я застонала и прижала ладонь ко лбу. Перепила? Давненько со мной такого не бывало.
Свет резал глаза, от запаха водорослей к горлу подкатил комок. Где это я? Кое-как, щурясь и прикрываясь рукой, я осмотрелась по сторонам. Э-э-э? Небольшая бухточка, дикий пляж. Похоже, добираются сюда на лодке. Я-то как сюда попала? Лежу на камнях, под голову заботливо подложена насквозь промокшая сумка. А на мне, что интересно, отнюдь не купальник! Босоножки на каблуках, мятый и все еще влажный сарафан, волосы сосульками… Должно быть, выгляжу я как типичная ведьма.
Стащив обувку, которая от соленой воды изрядно покоробило, я кое-как доползла до кромки моря. Сев прямо в воду, подтянула ноги к подбородку и обхватила колени руками. Меня била крупная дрожь,и сосредоточиться получилось не сразу. Ну же, давай!
Не знаю, сколько я так просидела, тоненькой струйкой впитывая водяную магию. Не везет мне в последнее время,трачу резервы быстрeе, чем пополняю. А главное, по–глупому трачу!
Боль и слабость потихоньку отступали, только противно ныл затылок. Последнее, что я помнила - палуба «Русалки». Я пощупала шишку под волосами и, шипя, выругалась сквозь зубы. Меня чем-то треснули по голове! Тяжелым тупым предметом, как написал бы патологоанатом,конечно, доведись ему меня вскрывать - не факт ведь, что тело бы выловили. Рыбы в море мнoго, обглодали бы мои бренные остатки в момент.