Вик Разрушитель 5 (СИ)
— Андрей? — девушка нисколько не удивилась моему появлению. — Мне, право, жаль, что так произошло. Если ты хочешь узнать подробности, то я сама многого не знаю.
— Да мне Вадбольский все разжевал, — я плотно закрыл дверь и уселся на стуле. — Вопрос к тебе можно?
— Надеюсь, скромный? — кокетливо захлопала ресницами Глава учебного совета.
— На сто рублей, — улыбнулся я, любуясь Голицыной. Все-таки яркая она девушка, недаром за ней большинство парней из выпускных классов пытаются ухаживать.
— Ну, что у тебя опять? Новая авантюра? — Арина вернулась к столу и села в кресло.
— Ты играешь на ставках, а значит, должна знать, организовывают ли конторы подпольные бои на «скелетах»?
— Неожиданно, — Арина пристально посмотрела на меня, о чем-то думая. — Не связана ли твоя просьба с запретом?
— Я не хочу терять квалификацию. А где мне тренироваться, если отстранили от официальных боев на неопределенное время?
Я не стал говорить о предстоящей поездке в Венецию, где мне в любом случае дадут зеленый свет. Мстиславским деваться некуда, если хотят провернуть свои делишки с моей помощью. Или же… планы поменялись?
Арина решилась.
— Такие бои существуют, и ставки на них весьма серьезные. Но туда просто так не попадешь. Нужны рекомендации от солидных людей.
— Неужели аристо из высокородных семей увлекаются боями? — удивился я.
— Да, как ни странно. Многие посещают ристалища, ставят большие деньги. Очень большие. Пилоты там зарабатывают прилично. Есть свои лидеры, кумиры. Но тебе, как я поняла, нужно форму поддерживать, а не деньги зарабатывать.
— От денег не откажусь, но это не главное, — я улыбнулся. — Так что скажешь?
— Я ничего не обещаю, — твердо произнесла Арина. — Подпольные бои очень не нравятся полиции. Там же крутятся большие деньги, которые идут мимо казны. Криминальные доходы, как-никак. Поэтому я лишь могу поговорить с одним человеком насчет тебя, а он уже сам решит, как быть.
— Но без личного знакомства как ему удастся оценить мой потенциал?
— Андрей, я не знаю, — вздохнула Голицына, и прихватив серебристый клатч, лежащий на столе, пошла к выходу. — Честно. У меня слишком короткая коммуникация. Встретилась — спросила. Дождалась ответа — передала его тебе. Все. Будет положительный результат, пойдем дальше.
Арина закрыла кабинет, и мы вдвоем вышли из опустевшего лицея на улицу. Попрощались друг с другом и разошлись. Она направилась к стоянке, а я — к воротам, где меня уже дожидался «Фаэтон» с Никанором и внедорожник с охраной.
* * *Лидия за ужином ела без особого аппетита, что не укрылось от матери.
— Ты не заболела? — спросила Алена Николаевна, переглянувшись с мужем. Цесаревич, судя по всему, знал гораздо больше, поэтому лишь отрицательно покачал головой, подавая знак не напирать особо. — Вид у тебя какой-то помятый.
— Нет, я в полном порядке, — рассеянно ответила девушка, нещадно перемешивая кусочки говядины с нежным пюре.
— Да влюбилась она, — хмыкнул Павел, за последний год пошедший в рост, отчего фигура его стала угловатой. — Уже целый месяц ходит как сомнамбула.
— Помолчи, а то тресну по лбу ложкой, — предупредила Лидия и добавила: — Жестоко покараю, будешь прощения вымаливать на коленях.
— Тю! — Павел хотел еще что-то добавить, но заметил недовольный взгляд матери, предпочел не дразнить сестру.
— Что-то я не замечала таких предпосылок у Лиды, — ответила Алена Николаевна, заслужив благодарный взгляд от дочери. — И даже если так, то вам, Павел Юрьевич, невместно об этом говорить за столом. Вы все же старший брат, будущий правитель России, а озвучиваете столь глупые и недоказуемые мысли.
— Прости, мама, решил пошутить, — смутился Павел.
— Бог простит, — откликнулась она. — Давайте лучше бисквиты пробовать. Они сегодня у Клавдии отменными получились.
С трудом дождавшись, когда отец выйдет из-за стола и еще с полчаса о чем-то поговорит с мамой, Лидия поймала его выходящим из гостиной.
— Нам надо поговорить! — не терпящим возражения тоном сказала княжна.
— Ну, пойдем в мой кабинет, — вздохнул цесаревич, прикидывая, как лучше и тактичнее отбиться от намечающейся атаки.
К его удивлению, после того как он плотно прикрыл дверь, Лидия скрестила руки на груди, встала посреди кабинета и без излишних эмоций в голосе поинтересовалась:
— Папа, объясни толком, почему Андрея отстраняют от соревнований и тренировок? Что за нововведения? Разве княжич Мамонов находится на государственной службе? Как вообще можно было додуматься до такого?
— Есть такое слово — компетенция, — Юрий Иванович сел в рабочее кресло и оценивающе посмотрел на дочь. — Человек, ею не обладающий, рискует попасть в очень неприятные последствия. Хорошо, если у него нет подчиненных, и его действия не приводят к очень большим проблемам. А если наоборот?
— Я не понимаю, зачем ты напускаешь туман, — нахмурилась Лида. — И чья была инициатива? Дедушкина?
— Андрей наказан, потому что влез не в свое дело, — отрезал Юрий Иванович. — Все, больше я ничего не могу сказать тебе.
— Да вы хотя бы ему объяснили причину, — Лида стала расхаживать по кабинету, обхватив руками локти, как будто мерзла. — Так не поступают. Ты же знаешь, что Андрей увлечен экзоскелетами, и запрет на участие в соревнования, где он может повышать свой уровень, недопустим.
— Ему никто не запрещает проводить индивидуальные тренировки, — удивился отец. — Если хочет, пусть арендует полигон и занимается сколько угодно. Кроме официальных мероприятий.
— А как же поездка в Венецию? — воскликнула Лида, ничего не понимая. — Времени для слаживания не остается, особенно после такого демарша! Или решено его не брать?
— Почему? — цесаревич пожал плечами. — Поедет. И будет выступать в паре с тобой.
— Спасибо! — язвительно заметила Лида, остановившись в завихрениях магических возмущений, которые она невольно вызвала прорвавшимся эмоциональным всплеском. — Там будут выступать такие акулы пилотирования, что разорвут нас на кусочки, если не отработаем тактические схемы!
— Дочь, ты плохо слушаешь. Все, что связано с летней поездкой на соревнования, не подвергается запрету. Вы можете пользоваться нашим полигоном два раза в неделю. Тренируйтесь, но не афишируйте свою подготовку.
— Тогда зачем наложили запрет?
— Он об этом скоро узнает в индивидуальном порядке, — без улыбки ответил отец. — А я тебе еще раз напомню: существует строгая иерархия, которой должны придерживаться все верноподданные нашей империи, независимо от должности, чина и положения в обществе. Андрей это правило нарушил, что было воспринято государем с большим неудовольствием. Поступки должны иметь последствия. А теперь мне нужно поработать. Ступай.
Лида закусила нижнюю губу, но сделав над собой усилие, изобразила легкий поклон, что больше походило на ерничество, и вышла из кабинета, откуда сразу направилась в свою комнату. По пути поймала Павла, спешащего в бильярдную, пока отец отвлекался на служебные дела — в последнее время старший брат увлекся шарами и с удовольствием играл с кем-нибудь из охранников, свободных от дежурства.
— Еще раз ляпнешь языком, не подумавши — напялю на тебя бронекостюм и так наваляю, что неделю с синяками валяться в постели будешь, — воинственно сверкая глазами, предупредила княжна.
— Эй, сестренка! — удивленно произнес Павел, отдирая цепкие пальчики от рукава рубашки. — Тебя какая муха укусила? Если я неправ — то извини. Но ты же и в самом деле по Мамонову сохнешь! В твоем телефоне одних только его фотографий — под сотню наберется!
— Какого черта ты в моем телефоне копаешься? — зашипела девушка. — Кто разрешил?
— Не оставляй его где попало — подобных ситуаций не возникнет, — брат нахально улыбнулся. — Да ладно, сестренка, я же все понимаю. Соперницы появились. Нинка Захарьина в группе с девчонками вовсю обсуждает его достоинства, а Вероника Елецкая с ней на ножах. Ой, весело-то как у вас!