Вик Разрушитель 5 (СИ)
— Курс рассчитан на месяц, каждый день по несколько минут. Оригинальная и щадящая методика ограждает человека от побочных явлений. Даже блокирующие таблетки не нужны.
— Здорово! — я вдруг вспомнил, что мне предстоит визит в Венецию. А не попросить ли Чжан Юна впихнуть в мою голову итальянский? Пусть рядом со мной болтают разговорчивые итальяшки, а я буду их с удовольствием слушать! Но есть нюанс. Скорее всего, доктор пользуется магическими методиками, мне они не подойдут.
Я покосился на Куана, безмятежно рассматривающего пейзажи городских улиц, прохожих, вереницы машин, и не удержался от размышлений:
— Мне показалось, что доктор Чжан как-то просто отнесся к моей проблеме. Я думал, он проведет сеанс, даст рекомендации, а вместо этого прощупывал мои энергетические каналы.
— Главную рекомендацию он тебе дал. Поменяй свои приоритеты, — лицо Куано немного оживилось. — Научись пропускать эмоции сквозь себя как сито. Это не так трудно. Ты видишь перед собой человека, а не противника. Из-за этого начинаешь колебаться, нервничать. Опытный враг поймает тебя на чувствах и победит.
— А ты так умеешь?
— Конечно, — пожал плечами личник. — Трудно было первое время, когда я всерьез пытался представить себя ситом, через которое проходят эмоции. А потом понял, что это лишь символ, некий образ.
— Поэтому ты такой… неулыбчивый?
— Привычка, — Куан повернулся ко мне и улыбнулся на мгновение.
— Что-то не хочется быть таким, — я почесал макушку. — Девушкам не нравятся мужчины с вечно серьезной физиономией и без эмоций.
— Согласен, это тяжело. Поэтому выбирай, что тебе наиболее близко: стать великим бойцом или основателем своего Рода с большой ответственностью за семью.
— Я подумаю, — мне не хотелось сейчас дискутировать по моему будущему. Нынешнее положение нравилось куда больше, чем навязанные обязательства со стороны старших родовичей. Гусаровы ко мне в душу не лезут, а отцу, я надеюсь, хватит ума не ломать с таким трудом выстроенные отношения.
К дому мы подъезжали в сумерках. Исчезли лиловые тени, растворившись в серости начинающегося вечера. Игорь напрягся, вглядываясь в дорогу. Здесь частенько бегали ребятишки из одного двора в другой, а городские службы почему-то не поставили парочку фонарей для освещения мертвой зоны между домами. Завернул за угол и резко дал по тормозам.
— Дрова везешь, что ли? — возмутился Василий, едва не влетевший лбом в стекло. — Давай аккуратнее, а то прав лишу!
— Да какой-то идиот под колеса бросился! — процедил Игорь, вытаскивая из-за пазухи пистолет.
Фары освещали человека, стоящего чуть ли не вплотную к внедорожнику. Водитель успел затормозить, чудом не подмяв под колеса то ли пьяного, то ли самоубийцу. Чуть сгорбившись и уткнувшись в воротник меховой куртки, тот просто стоял и не давал проехать «Шторму». Игорь просигналил и выругался.
— Вася, Игорь, оставайтесь на месте! — Эд не выдержал и вместе с Никанором через заднюю дверь выскочил наружу.
— Опять кто-то из «арбалетчиков»? — с иронией спросил Куан.
— Навряд ли, — я пристально вглядывался в фигуру незнакомца. Судя по всему, молодой парень, по телосложению видно. — Мы уже поладили друг с другом.
Кажется, я узнал его.
Между тем телохранители быстро подошли к чересчур смелому или безрассудному человеку, продолжавшему стоять на месте, и не раздумывая, выкрутили ему руки и оттащили в сторону.
— Сейчас бить будут, — с интересом вглядываясь в происходящее, прокомментировал Василий, но оружие свое тоже, как и Игорь, приготовил. — А, нет, пожалели. Пьяный, наверное. А я бы вломил…
Задняя дверь внедорожника распахнулась, впуская в салон свежесть вечернего мороза и щекочущего ноздри отработанного газа.
— Андрей Георгиевич, этот хлопчик с вами говорить желает, — с удивлением в голосе доложил Эд.
— Кто такой? — я был слегка разочарован. Вот если бы девушка какая из числа поклонниц моих боев на «скелетах» бросилась под колеса ради автографа! А тут такая банальщина.
— Иван Алексеев я, княжич! — выкрикнули из темноты. — Мне нужно с вами срочно переговорить! Пожалуйста, выслушайте!
— Тот самый? — оживился Куан. — Уже интересно! Давайте его сюда. Обыскали?
— Чист, карманы пустые, — доложил Эд и бесцеремонно подтолкнул Алексеева к машине. — Залезай, только без шуток.
— Иван, надеюсь, вы не будете демонстрировать стихийную технику, чтобы принести вред моим людям? — я чуточку подвинулся, чтобы Алексееву хватило места. Куан благоразумно прикрывал меня, перейдя в боевой режим, но внешне оставался спокойным.
— Даю слово, что и в мыслях не было подобного, — срывающимся голосом произнес Алексеев. — Во-первых, приношу свои извинения за ту дикую выходку, на которую меня толкнули эмоции и чужая воля.
— Тяжелые сны? — понятливо хмыкнул я.
— Жуткие, особенно последний, где я разговаривал с каким-то шаманом. Господин Мамонов, прошу вас, уберите из головы ваши установки! Спать не могу!
— Вы потенциально опасны, Иван, — я отрицательно мотнул головой. — У меня нет доверия к вам, пока за спиной маячат Ушатые или другие люди, желающие со мной поквитаться за Источник.
— На вас охотятся, Андрей Георгиевич, — заторопился Алексеев. — Ко мне приходил Тимофей Ушатый и заставил меня организовать еще одно нападение, в котором вас планируют покалечить, а по возможности — и вовсе убить. Я не хочу участвовать в преступлении.
— Кто из младшей ветви готовит покушение? Только Тимофей?
— Возможно, я точно не знаю. Он постоянно приходил ко мне один.
— Когда и где? — отрывисто спросил Куан, подобравшись как тигр перед броском.
— Клуб «Стрелец», когда там будут отдыхать лицейские, — правильно понял вопрос Алексеев. — Мне нужно в ближайшие три дня набрать гопников и шпану, прийти к клубу и организовать драку.
— Там же одни одаренные будут, — удивился я. — Они вас в кровавую кашу раскатают.
— Дядька Тимофей обещал подогнать блокираторы.
Я присвистнул. Снова они, любимые! Значит, ГСБ пока не смогла перекрыть поток опасных артефактов в столицу. Это уже очень серьезно.
— Я не хочу в этом участвовать, и поэтому решил найти вас и признаться, — Иван простуженно шмыгнул носом. — Если вы поможете мне скрыться на время из Москвы, то я готов дать показания, только позже.
— Мой господин, это уже серьезно, — Куан напрягся. — Я вынужден предупредить вашего отца.
— А что с Иваном делать? Надо его где-то спрятать, пока Ушатых потрошить будут, — справедливо заметил я. — Да и безопасники захотят с ним побеседовать, больно уж интересный персонаж появился.
— Могу к тетке уехать, в Одинцово, только если вы обеспечите мне охрану…
— Хрена лысого тебе, а не охрану! — неожиданно взъярился Игорь, оборачиваясь. — Сначала чуть княжича не угробил вместе с его девушкой, а теперь на коленях приполз прощения выпрашивать!
Ну-ну, Игорек, Вероника не моя девушка; а после запрета князя Елецкого своей дочери встречаться со мной, подобная перспектива угасает очень стремительно. А жаль. Не хочется играть роль Ромео, тайком приходя к понравившейся мне барышне, чего уж самому себе лгать.
— Я понял, что Ушатые хотят меня подставить, если мне удастся нанести непоправимый вред Андрею Георгиевичу, — сипло произнес Алексеев. — Они останутся чистенькими, а меня казнят.
— Ум дураку не нужен, а когда появился — поздно стало, — не унимался водитель.
— Игорь, помолчи, — я поморщился, соображая, как из этой ситуации извлечь пользу. Развязывать драку с непонятным исходом в приличном месте никак нельзя, поэтому предстоит ее купировать в зародыше. Прав Куан. Отец должен знать, а как он сам распорядится информацией — не мое дело. Сдаст Ушатого воеводе Иртеньеву или лично убьет человека, поднявшего руку на его сына… вариантов хватает. А ведь еще и блокираторы Рипли здесь фигурируют.
— Тебе есть где ночевать? — спросил я Алексеева. — Не боишься домой идти?
— У меня еще два дня сроку, чтобы подготовиться к акции, — усмехнулся Иван. — Если я исчезну сейчас, дядька Тимофей почует неладное.