Вик Разрушитель 5 (СИ)
Мою задумчивость прервал стук распахнувшейся массивной двери. На улицу вышли двое. Одного из них я узнал сразу. Это был Бекас. А вот второй, с угловатыми и жесткими линиями лица, походкой крадущегося тигра внезапно оказался возле меня и с интересом оглядел как долгожданную игрушку, подаренную родителями. Потом протянул руку.
— Кондор, командир группы.
— Волховский Викентий, можно просто — Вик, — ответил я, пожимая крепкую ладонь. Ну да, продолжаем играть в конспирацию.
— Свой позывной знаешь? — усмехнулся Кондор, прекрасно зная, кто перед ним на самом деле.
— Откуда? — удивился я. — Обычно позывные дают после испытательного срока или первого боя. Или я что-то не знаю?
— Тебе уже давно его присвоили, — Кондор скользнул взглядом по телохранителям, рассредоточившимся за моей спиной, и пока решил не называть его, что было разумно. Будет обидно, если личники узнают, что я какой-нибудь Лопух или Мелкий. — Ладно, пошли в дом, познакомишься с остальными. Личники тоже пусть заходят, мы же люди гостеприимные. Чайком побалуемся.
В натопленной избе сидело пятеро крепких, сухопарых подтянутых молодых мужчин, правда, один из них почему-то был в черной балаклаве, и несмотря на жару, не снимал ее, посверкивая глазами в нашу сторону. Да и телосложением он походил больше на девушку или подростка вроде меня.
— Знакомьтесь, господа офицеры, — Кондор кивнул на меня, когда я скинул капюшон куртки. — Наш кадет, вольный слушатель Викентий Волховский. Изъявил желание приобщиться к славным традициям «Арбалета». В первую очередь, Вик, разреши представить твою группу. Бекаса ты уже знаешь. Это Сокол и наша славная Синица.
«Точно, девушка! — мелькнула мысль, когда Кондор показал на скромно сидящего бойца в балаклаве. — А говорили, что женщины в „Арбалете“ не служат!»
Потом Кондор назвал имена еще трех мужчин, но, как я сумел понять, «арбалетчики» всегда работают тройками, и вот вторая группа здесь находится для того, чтобы провести своеобразный спарринг с командой Сокола, куда Кондор определил меня. Мои личники поздоровались со всеми и скромно сели в уголке на длинной лавке. Они себя чувствовали не в своей тарелке, оценивая возможности волкодавов куда выше, чем свои.
Я успел осмотреться, пока мужчины жали друг другу руки. Изба большая, но кроме добротно сложенной печи, большого стола и лавок здесь больше ничего из мебели не было. Возле двери прямо на полу лежит амуниция волкодавов. Но меня привлек стеллаж в дальнем углу, где стоял монитор с вычислительным центром, открытый ящик с аппаратурой, входящей в систему управления беспилотников, и сама «птичка», раскинувшая свои глянцевые крылышки, на каждом из которых крепилась миниатюрная камера. Вероятно, Кондор следит за действиями своих подчиненных с помощью летательного средства, а изображение передается на монитор.
В это время засвистел чайник на плитке, и в мгновение ока на столе появились жестяные кружки, коробка с сахаром-рафинадом, печенье, конфеты. Телохранителей тоже пригласили за стол.
— Инсценируем легенду, — заявил Кондор, осторожными глотками отхлебывая пышущий ароматным дымком чай. — Группа Дрозда захватила заложников и скрылась в северном крыле Замка. Задача группы Сокола проста как мычание коровы: уничтожить террористов и освободить гражданских без потерь. Ошибки при операции считаются как штрафные очки. И не надо мне тут возмущаться! Потому что сегодня заложниками будут живые люди, а не резиновые манекены.
И он с хитрым взглядом посмотрел на моих телохранителей.
— Ну как, парни, желаете поучаствовать в тренировке «Арбалета»?
Вопрос был с подковыркой. Понятно, что личников проверяли на «слабо». Откажутся или нет?
Эд пожал плечами, и на правах старшего ответил:
— Как решит молодой хозяин, так и поступим.
— Я не против, — чуть подумав, ответил я. — Но не имею права заставлять подчиненных лезть под магические плетения. Кто захочет, тому препятствовать не буду. И сколько человек нужно?
— Троих достаточно, — сказал Дрозд, с любопытством приглядываясь к подопытным кроликам, чью роль должны были сыграть мои личники.
Вызвались Васька, Игорь и Влад. Меня царапнула неприятная мысль, почему в голову Кондора пришла такая странная идея: тренировка с живыми «заложниками». Он хоть соображает, чем это может грозить не только телохранителям княжича Мамонова, но и самим бойцам? Хочется надеяться, что это не очередная провокация. Все-таки среди личников нет одаренных, а защищать себя приходится с помощью заряженных амулетов. Эд всегда заставляет подчиненных проверять их наличие перед выездом.
Когда Дрозд со своими людьми и «заложниками» вышли на улицу и направились к странному дому, называемому волкодавами Замком, Кондор отодвинул от себя пустую кружку и сказал:
— Сокол, давай вводную.
— Я и Бекас идем впереди и проверяем наличие засад. Синица с кадетом сзади. В любом случае, вход в северное крыло один. Еще предстоит проскочить длинный коридор, в котором шанс попасть под вражеский огонь гораздо выше, чем в другом месте.
— Есть еще один путь, — возразил Кондор, — через центральный вход. Зато через него можно попасть в коридор, примыкающий к северному крылу. Там с десяток комнат, и в каждой могут быть сюрпризы.
— Не забывайте о втором этаже, — сказал Бекас, разглядывая план Замка, появившийся неведомо откуда.
А мне было интересно, почему молчит Синица. За все время она не проронила ни одного слова, только посверкивала глазами, когда встречалась со мной взглядом. Зато я узнал голоса Бекаса и Сокола. Это ведь они были в той машине, которая влетела в парк во время моих с Вероникой тренировок. Те же интонации, тембр непроизвольно выдают человека с головой. Я усмехнулся про себя. Недаром мне показалось странным их поведение. «Нормальные» грабители постараются как можно скорее скрыться с места аварии, тем более, за беглецами уже неслись патрульные машины — а вместо этого они решили попугать подростков, якобы ставших свидетелями. И еще одна странность. Кондор сказал, что волкодавы работают тройками, а меня освобождали только Сокол и Бекас. Где был третий член группы? Если Синица — она и есть, то почему я ее так и не увидел?
— Подождите, — прервал я обсуждение операции. — А зачем Бекасу и Соколу рваться вперед? Меня для чего позвали? Проверить мои возможности. Я могу пойти первым, отражая магические атаки, а волкодавы могут спокойно работать за моей спиной, гасить противника.
— А от пуль ты тоже будешь своей неведомой Силой обороняться? — с ехидцей спросил Кондор.
— Разве вы в тренировках применяете огнестрел? — удивился я.
— Пули резиновые, — успокоил меня командир «арбалетчиков». — Поэтому наденешь бронежилет и каску с забралом. Нам же, в первую очередь, нужно проверить тактические способности, а не награждать тебя гематомами. В тренировках мы используем любое оружие. Но сегодня нам дали указание ножи в дело не пускать.
— Спасибо, обрадовали, — пробормотал я, чувствуя марш мурашек по своему позвоночнику. Показалось, что в глазах Синицы мелькнуло сочувствие. — Так вы принимаете мое предложение? Пойдем всей четверкой, методично осматривая каждую комнату.
— Я — за, — прокашлявшись, глухо произнесла Синица. — Все равно нам будут противостоять Лебедь и Сыч. Дрозд прикроется заложниками.
Хм, а голос этот я тоже где-то слышал. Но из-за легкой хриплости тембр слегка изменен. Наверное, девушка простыла, вот и не хочет напрягать горло в разговорах.
— Ты не заболела, Синица? — подозрительно поглядел на нее Кондор, придя к такому же выводу. — Вроде бы с утра чирикала как ранняя пташка.
Напарница волкодавов только махнула рукой и ничего отвечать не стала.
— Тогда план такой, — обвел нас взглядом Сокол. — Впереди пускаем кадета, следом за ним фланги прикрываю я и Бекас. Синица смотрит за тылом и заодно при первых же признаках серьезной опасности накрывает Викентия щитом.
«Ой, не выйдет, — подумал я с огорчением. — Сразу же рассыплется. Неужели им никто не сказал, что магия и я — несовместимые вещи? Впрочем, на это и был расчет Мстиславских и воеводы Иртеньева. Потом посмотрят запись тренировки и сделают выводы».