Пропавшая кузина (СИ)

— Я-то считаю, что справлюсь в Мюнхене лучше тебя, — подпустила кузену шпильку Катя. — Но вы же с Алексом одну меня не отпустите? Поэтому ты и поедешь в Мюнхен, а Алекс будет меня охранять.
— Но до Зимбаха нам так или иначе добраться надо, — Альберт задумчиво почесал подбородок.
Зимбах, Зимбах… Где-то я это название уже слышал… Ну точно, в Пассау, на пристани!
— А ведь из Зимбаха в Пассау можно попасть по реке? — как бы ни к кому не обращаясь, поинтересовался я.
— Ну да, — отозвался Альберт, — по Инну.
— А куда еще можно попасть по Инну из Зимбаха? — спросил я. — В Пассау мне что-то больше не хочется…
— Почему обязательно по Инну? — не понял Альберт.
— Ну сам смотри. Наши имперские друзья, — тут Катя посмотрела на меня с укором, а Альберт недобро хмыкнул, — привыкли к тому, что мы передвигаемся на повозках. Вон даже арестантскую карету угнали. Поэтому карету мы припрячем недалеко от Зимбаха, лошадок выпряжем и отпустим, может, крестьяне позарятся на такое бесхозное добро. Пусть нас ищут на дорогах, а мы в Зимбахе наймем кораблик и куда еще, говоришь, можно оттуда приплыть?
— Куда? — Альберт снова призадумался, и аж просиял. — Кати, ты ведь хотела увидеть Альпы?
— Но при чем тут Альпы? — не поняла девушка.
— А при том, дорогая кузина, — Альберт улыбался во весь рот, — что из Зимбаха мы поплывем в Розенхайм! А Розенхайм в тех самых Альпах и стоит! Снимем домик в горах, Алекс будет там тебя охранять, а я отправлюсь в Мюнхен, благо, там недалеко!
Что ж, когда цель определена и пути ее достижения намечены, дело идет само собой. Снова выбравшись на дорогу, мы весело покатили в направлении Зимбаха. Альберт, правя лошадьми, громко, так, что было слышно и нам, пел, мы с Катей друг к другу не прижимались, на этот раз ограничиваясь многозначительными взглядами, а я пытался сообразить, что именно Катя с таким блеском сейчас провернула — побудила нас принять ее изящный план усложнить жизнь нашим преследователям или выбила себе возможность остаться со мной наедине? А может, что называется, два в одном?
  
Глава 20
 
Вверх по течению
 
Пароходик с очень подходящим к нашей компании именем «Катарина» усердно шлепал колесами по водной поверхности, совершая свою нужную и полезную работу. Небольшой и, прямо скажем, не сильно весь из себя презентабельный кораблик старательно тянул вверх по Инну баржу с деревянным брусом, и пунктом его назначения числился как раз Розенхайм. Шкипер Зепп Майер, немолодой мужик с суровым лицом и пивным животом, брать пассажиров поначалу особым желанием не горел, но Альберт это самое желание в нем довольно быстро разжег при помощи серебряных кругляшей с профилем короля Фердинанда на одной стороне и геральдическим левушкой на другой. Ну и Катя помогла, почти натурально и естественно изобразив искренний восторг от того, что пароход носит то же имя, что и она. Против такого слаженного двойного нажима шкипер Майер устоять не смог, и сейчас мы, стоя у борта парохода, любовались красотами окружающих пейзажей, медленно проплывавших мимо нас, как, впрочем, и мы проплывали мимо них. Красиво у них в Баварии, что тут скажешь… Памятью прежнего Алеши я помнил красоту окрестностей имения в Ундоле, но тут из-за куда меньших размеров страны все воспринимается острее. У нас-то, чтобы от лесов и полей попасть в горы, надо ехать и ехать, а тут все почти рядом. За то время, что прошло здесь от жизни посреди леса до этого путешествия по реке, дома я бы не успел доехать ни до каких гор, хоть до Кавказа, хоть до Урала. Прошу прощения, поправлюсь: не успел бы вот так, как здесь — на конной повозке или на тихоходном пароходике. По железной дороге доехал бы, конечно. А здесь вот уже завтра в Альпах будем.
Я отвлекся от разглядывания береговых красот и попытался прислушаться к оживленной беседе, что несколько поодаль вели Катя с Альбертом. Нет, как обсуждали события из жизни каких-то неизвестных мне своих знакомых и родственников, так и продолжают обсуждать. Непонятно и неинтересно. Да и ладно, у меня было над чем подумать, каковому занятию я и предался. Происшествие, случившееся с нами в Зимбахе, того стоило…
 
Зимбах оказался довольно крупной деревней, готовой вот-вот превратиться в небольшой городок. Для начала мы остановились на постоялом дворе, уже вполне походящим на нормальную гостиницу, куда записались под вымышленными именами, чтобы привести себя в относительный порядок. От места, где мы оставили арестантскую карету, пришлось больше часа идти пешком, при этом мы с Альбертом по очереди тащили наш арсенал, замотанный в один из плащей-пыльников, чтобы не сильно привлекать внимание, и потому все мы чувствовали острую необходимость помыться и поменять белье, которое, кстати, пришлось тут же и купить — вещи-то наши уехали с доктором Грубером и Герхардом. Потом пообедали и отправились на пристань искать для себя пассажирские места на водном транспорте.
Тут это и произошло. Я успел остановиться сам и схватить за руки Катю с Альбертом буквально за секунду до того, как из проулка вынеслась совершенно ошалевшего вида лошадь. А теперь вот пытался понять, что это было.
Нет, то, что снова сработало предвидение, это понятно. Непонятно другое. Если последние полторы седмицы мое предвидение никак не проявлялось в присутствии Кати, почему оно вдруг проснулось сегодня? Если я был прав, считая, что предвидение не действовало из-за исходящего от Кати, точнее, от тех заклятий, которыми запечатана часть ее памяти, магического фона, то почему оно вернулось, хотя никто с нее заклятия не снимал? Или причина в чем-то другом? Но тогда в чем? Нет, сам факт возвращения предвидения и его действия рядом с Катей меня, разумеется, вполне устраивал и откровенно радовал. Но вот непонимание причин его отсутствия и возвращения меня нервировало, и нервировало довольно сильно. И с какой стороны я бы ни подходил к размышлениям по этому поводу, успех мне не сопутствовал, что тоже никакой радости не приносило. Если только… Неожиданно пришедшая в голову мысль меня сперва даже испугала. Логично же предположить, что раз предвидение какое-то время не работало, а потом проявилось снова, то и внешнее воздействие, что стало причиной его отключения, было временным и в настоящее время отсутствовало? Логично, да. Но тогда… Тогда получается, что исходило то самое воздействие именно от Кати и с частичным закрытием ее памяти не связано никак. Следовательно, что? Следовательно, Катя воздействовала на меня сама по себе!
Я перевел взгляд на предмет своих размышлений, благо, Катя с кузеном были по-прежнему поглощены беседой. Честно говоря, я даже почувствовал обиду из-за того, что вот эта живость, с которой Катя говорила, и ее неподдельный интерес к разговору достаются сейчас Альберту, а не мне. Так, приехали. Я уже ревную Катю к кузену. Вот интересно — Катя действительно так живо участвует в беседе или это игра, затеянная как раз для того, чтобы провоцировать меня на ревность? В том, что Катя на такое способна, я после разговора на опушке леса уже ни капельки не сомневался.
Ну хорошо, — подумал я, отвернувшись от мило беседующих родственников. — Может. А магически воздействовать на меня так, что замолкает мое предвидение, она тоже может? Или это вышло у нее как-то само собой, помимо воли? Да и чего ей от меня добиваться с помощью магии? Того самого мужского интереса? Так она его безо всякой магии уже вызвала, а дальше он будет только расти. Причем сама она отлично это понимает. А то, что это понимаю еще и я, в данном случае неважно — потому как меня самого такое положение пока что устраивает. Или она от меня любви неземной хочет? Так это не по адресу, и что-то мне кажется, что Катя тоже особых иллюзий на сей счет не строит. Но вообще теперь рядом с нею придется держать ухо востро. Раз уж один раз она, уж пока не знаю, вольно или невольно, смогла отключить мне предвидение, дождаться еще и второго раза, откровенно говоря, совсем не хотелось бы…
 
Дело между тем уверенно шло к вечеру. К перевозке пассажиров в более-менее комфортных условиях «Катарина» приспособлена не была, поэтому нам выделили какую-то малюсенькую тесную каморку или как это на судах называется, где можно было только улечься на пол, куда настелили сложенный в несколько раз брезент, а под него — что-то относительно мягкое, уж не знаю, что именно. Зато нашлись суконные одеяла. Первой в эту импровизированную спальню зашла Катя, чтобы раздеваться не у нас на глазах, а там и мы с Альбертом устроились. Да уж, самые подходящие условия для ночного отдыха аристократов… Впрочем, когда хочется спать, заснуть можно где угодно, что мы и подтвердили личным примером. День был уж больно насыщенным всяческими событиями, и спать нам хотелось, что называется, как из пушки. Да, не так уж и неправ был шкипер, когда пытался нам отказать, ссылаясь на отсутствие условий для пассажиров. Ну и ладно. В конце концов, провести здесь нам предстояло всего одну ночь, а завтра к вечеру будем уже на месте.