Кай из рода красных драконов 2 (СИ)

— Что теперь? — спросил Бурка, когда мы напоили всех.
Я посмотрел на солнце, потихоньку спускающееся к горизонту.
— План придётся менять, — я отыскал глазами мешок колдуна: и интересно, есть ли там что-то полезное? — Найманы вернутся вместе с девушками. Не хотелось бы, чтобы пленницы тоже погибли.
Мы с Буркой планировали рассадить мертвецов так, словно они отдыхают. Потом отвести девушек в лес, вернуться, затаиться за ближними кустами у поворота дороги.
И когда прилетят найманы — швырнуть в них хоргон, отправив в местный ад всей кучей.
Но воины полетели грабить и вернутся с пленницами. Значит, надо было принимать бой.
— Что мы можем против девяти найманов? — спросил я задумчиво.
— Быстро я волков против хозяев не оберну, — помотал головой Бурка. — Мне поговорить надо с ними. Глупые они.
— А быстро напугать сможешь?
— Напугать могу, — кивнул он. — Тут хватит даже родового клича, чтобы они всполошились.
— Ещё один плюс — волки ночью в погоню не полетят… — вспомнил я.
Бурка кивнул и пошёл рыться в мешке колдуна. А я обошёл пленниц, постепенно приходящих в себя. Противоядие мы расходовали экономно, и тем, что постарше, я выделил ещё по ложке.
— Поднимайтесь, — торопил я растерянных девушек.
Они таращили глаза на Бурку, на трупы, но меня не боялись. Одет я был как местный, говорил как свой.
— Кто ты, воин из рода койон? — девицы углядели мои заячьи обереги. — За кого нам благодарить духов?
— Всё потом! — отрезал я. — Сейчас прилетит остальная банда! Бегите к лесу! Быстрее!
Не все девушки смогли сразу встать, и я растирал им уши, помня, что так приводят в себя пьяных. Поднимал, показывал, куда бежать.
Бурка тем временем нашёл запасы воды, ячменя и мяса. И уже звал меня, потряхивая мешками в обеих руках.
— Берите ячмень и мясо! — приказал я девушкам. — И бурдюки! Только быстро! Доберётесь до леса — сделаете привал! Огня не разжигайте!
— А куда нам идти, воин?
В воду они просто вцепились, и тут же стали передавать друг другу один из бурдюков.
— Быстрее! Потом напьётесь! — поторопил я. — Идите лесом! Возвращайтесь в свою деревню, поднимайте жителей и ночью уходите в лес. Найманы вернутся!
Когда девушки наконец скрылись в кустах — я выдохнул.
— Ну? — спросил я Бурку. — Будем сражаться, волчара?
Он серьёзно кивнул и сунул мне мешок колдуна.
— Хоргона тут нет, — сказал он. — Зато много «призрачного огня». Я знаю эту нехитрую магию.
— Призрачного? — переспросил я.
Здесь боялись духов, верили в призраков… Вон как барсы купились, когда призрачный дух барса объявился в расположении лагеря…
Вызвать дух барса я не мог. Даже я не знал, почему он тогда за меня заступился? А вот изобразить духа — почему бы и нет!
— Прячем трупы! — скомандовал я.
— Так волки найдут, — удивился Бурка. — Чутьё-то и эти бедные калеки сохранили.
— А ты сделай, чтобы не нашли!
Он задумался, потом рассмеялся и кивнул.
— Сделаю! Давай их в кусты утащим, чтобы человеки не углядели. А от волков у меня средство есть.
Я посмотрел на жирный труп колдуна и выругался: легко сказать — в кусты. Но делать было нечего. Мы закатили колдуна на его же плащ и потащили волоком.
Только на середине пути я вспомнил про пленника, развязал его и заставил таскать трупы. А то мы бы и до ночи не управились.
Через час лагерь был зачищен — ни следа воинов, ни следа пленниц.
Вещи и остатки припасов мы тоже спёрли. И оружие. Осталось только остывшее кострище.
Пленника убивать не стали, я и для него придумал задачу. Но это в финале, а пока пускай полежит связанный, с него не убудет.
Мы с Буркой перекусили мясом, лепёшками и белым сладким луком. Это была находка — в горах такого не росло. Потом я помыл ноги, обулся, и мы начали делать из волка монстра.
Темнело.
Дело шло медленно — ведь волчара только очень примерно знал, что за снадобья лежали в мешке колдуна. Но минералы, травы — всё было из здешней земли, а нюх у Бурки был просто феноменальный.
Он нюхал эликсир и сходу называл:
 
— Болиголов! Это яд, не трогай!
— А это? — протягивал я ему новую склянку.
— Масло, настоянное на зверобое, помогает от ран. А ещё на нём усиливающее заклинание. Я такого не знаю, но это запах хорошей магии. Оставь, пригодится.
Было уже совсем темно, когда в воздухе зашумели крылья, и мы замерли в кустах. Вернулись найманы.
Как только они опустились у большого камня, где раньше сидел колдун, Бурка рванул рубашку.
— Не торопись, — напомнил я. — Делаем медленно, страшно. Сначала воешь, потом я брызгаю на тебя «призрачным огнём». Готов?
Бурка рыкнул. Я не успел заметить, как он уже перекинулся.
Волк высунул морду, наблюдая, как мечутся воины, не понимая, куда подевались колдун, охрана, пленницы.
Ездовые волки, что отличались приличным чутьём, испуганно шарахались и не слушали приказов: «Ищи!»
Бурка очень старательно всё пометил. Все окрестные кусты воняли диким волком, грозным «старшим братом». И ездовые боялись покуситься на присвоенное им имущество.
В другой момент я бы поржал — так забавно суетились воины, уже слегка напуганные мистическим исчезновением собратьев.
Люди так устроены, что с особой охотой верят во всякую хрень. Вот по вере своей и получают потом.
Солнце исчезло за ближней горой, и резко, как всегда в этих местах, навалилась полная бархатная тьма.
— Пора! — прошептал я.
Бурка завыл, и ездовые волки в ужасе заметались.
Но это было только начало.
 Интерлюдия 
— Прóклятое место! — ругался Байкгон, старший дюжины волчьих всадников.
Этот тупой жирный колдун надоумил разбить здесь временный лагерь, ну и где он? Где трое всадников? Где пленницы, предназначенные главному колдуну, Шудуру?
Да он же теперь головы поотрывает всем непричастным и невиновным! Или жирный колдун, скотина, сбежал с пленницами? Выслужиться захотел, подземная тварь⁈
Воины спешились, сняли со спин зверей свою ношу — главный колдун потребовал сорок девственниц, жрать он их, что ли, собрался!
Ездовые волки — бурые звери с тёмными «ремнями» по спинам — нервничали, шумно втягивая ноздрями воздух и переступая лапами.
— Где они? — заорал подручный Байкгона, кривой на один глаз Шип. — Куда они могли подеваться?
Когда всадники в полутьме торопились добраться до временного лагеря, они не очень-то и смотрели вниз. Звери, обычно, дорогу помнят. И вдруг…
— Может, ты перепутал камни, одноглазый дурак? — буркнул Байкгон, озираясь.
Дорога однообразно тянулась на дни пути, камни эти кругом… Может, они перепутали место?
Но тьма уже подступила к дороге, и гнать дальше волков не имело смысла. Однако, если место не то — чем тогда так встревожены звери?
Байкгон потрепал по загривку своего бурого с рыжиной волка. Вспомнил, что ездовые звери найманов и местных дикарей отличаются по цвету шкуры.
Местные казались поседевшими до времени, а свои — чем-то похожими на собак.
Горное молоко тут, что ли, иное? Вот ещё незадача. А что если и с обрядом в здешней Горе что-то пойдёт не так? Найяд, командующий крылатыми волками, и без этого злой, как подземная тварь.
Байкгон ещё раз внимательно посмотрел на своего волка — зверь опустил хвост, лапы его мелко подрагивали. Он боялся!
Но кого мог бояться волк, вступавший в схватку с драконами? Да ещё рядом со своим хозяином?
— Нечисто тут, старший, — пробормотал Шип.
И тут же огрёб: а нечего лезть под горячую руку:
— А ну, заткнись! — заорал на него Байкгон. — Распустились тут! Место перепутали!
Он бы и дальше орал, но тут откуда-то сверху раздался длинный тоскливый звук:
— Вуууууу!..
Байкгон и сам подскочил от страха, не хуже своего волка.
Звери заволновались. Они начали метаться, но темнота не давала им возможности удрать с дороги, и самые робкие припали к земле, а самые храбрые попытались ответить на этот грозный вой своим.