Игра на вылет (ЛП)
Прошла всего неделя, а я уже ощущала последствия плохого сна и скудного питания. Никто из нас не знал, сколько времени потребуется, чтобы дойти до финала, но это вполне могло занять месяц или больше.
Приготовив рис, я снова наполнила фляги и быстро окунулась в океане, чтобы пописать и смыть пот. Никогда больше не буду воспринимать туалеты как нечто само собой разумеющееся.
Вернувшись в лагерь, добавила в рис несколько специй, и как только еда была готова, мы с Арчером поели в тишине. Я как раз фантазировала о блинчиках и сосисках, когда он прервал меня.
— Все в порядке? Ты сегодня тихая.
— Просто нервничаю из-за соревнования.
Это было правдой, но не только поэтому я была такой тихой. За последние пару дней у меня было много времени, чтобы поразмышлять о моих отношениях с Арчером, и вопросы, о которых я перестала думать много лет назад, снова всплыли на поверхность. Я боялась выпалить их, поэтому предпочла просто молчать.
Особенно мучил один: сожалел ли Арчер когда-нибудь о нашем расставании? Я поступила в колледж при Университете Айовы вскоре после того, как мы расстались, и мне потребовалось пару лет, чтобы перестать думать о нем слишком часто. Во время учебы в библиотеке или на вечеринках за пределами кампуса я задавалась вопросом, находилась ли я там, где должна быть? Я ведь могла бы учиться в колледже в Миннесоте, жить с Арчером и подбадривать его, наблюдая за домашними играми «Мамонтов».
Арчер передал мне флягу.
— Вода поможет. Просто делай все, что в твоих силах, и не переживай.
Ему легко говорить. Он был прирожденным спортсменом, в то время как мне приходилось держаться за поручень каждый раз, когда я шла по лестнице, чтобы не споткнуться — независимо от того, поднималась я или спускалась.
Еда и вода действительно помогли, и я чувствовала себя хорошо к тому времени, как мы отправились к точке сегодняшних соревнований. Нам пришлось пройти около мили, но когда мы приблизились, и я хорошенько рассмотрела то, что приготовили продюсеры, мне захотелось развернуться и убежать обратно в лагерь.
Они создали гигантскую грязевую яму. Джош улыбался и разговаривал с оператором, потягивая какой-то напиток из своего стаканчика из нержавеющей стали со встроенной соломинкой, его золотистые волосы выглядели свежевымытыми. Мои волосы были грязными от пота, и соленая вода чистоте не помогала. Мне вдруг захотелось, чтобы кто-нибудь столкнул Джоша в грязевую яму, просто чтобы увидеть выражение шока на его лице.
Через несколько минут прибыли другие команды, и когда камеры включились, Джош не стал объяснять, что мы будем делать.
— Вы, возможно, заметили, что у нас не хватает команды, — сказал он.
Все оглянулись, и я нахмурила брови, когда поняла, что он был прав. Девушка по имени Лекси и ее напарник пропали.
— Гейджа Лэмба здесь нет, — пробормотал Арчер.
— Гейджу и Лекси пришлось вчера выбыть, потому что Лекси стало очень плохо, — объяснил Джош. Среди команд послышались вздохи. Мы все жили на одном острове, но никто из нас не знал, что Лекси заболела. Джош дал нам время осмыслить новости, прежде чем продолжил. — Мы доставили ее в больницу, сейчас девушка находится в стабильном состоянии. Итак, теперь у нас осталось тринадцать команд.
— С ней все будет в порядке? — спросила Андреа.
— Думаем, она полностью поправится, — заверил всех Джош.
Слышать это было облегчением, но я все еще не переставала задаваться вопросом, что с ней случилось. Все тридцать две потенциальные участницы конкурса прошли трехчасовой ускоренный курс выживания на острове, прежде чем нас привезли сюда.
Мы узнали о множестве ядов, от которых могли умереть — на суше и на море — если не соблюдать бдительность. Медузы, змеи и даже некоторые ягоды смертельно опасны. Жутких ползучих ядовитых существ было немного, но все же.
— Готовы испачкаться, ребята? — спросил нас Джош, ухмыляясь. — Сегодня нас покинут последние две финишировавшие команды, а двум первым достанется то, за что, я думаю, вы все будете готовы бороться. — он сделал паузу для драматического эффекта, когда камеры охватили всех участников, фиксируя любопытные выражения их лиц. — Команды, занявшие первое и второе места, выиграют круиз на закате и ужин. В меню стейк, печеный картофель и черничный пирог!
Судя по стонам и крикам счастья, можно было подумать, что Джош объявил, что победители получат мешки с золотом. Очевидно, остальные были так же голодны, как и я.
— Каждая команда должна выловить по двадцать хоккейных шайб из этой грязевой ямы, — объяснил Джош. — Затем каждый член команды должен сложить по десять своих шайб на хоккейную клюшку, — он указал на стойку, уставленную хоккейными клюшками, — и отнести их в эти корзины. — Джош указал на ряд корзин примерно в ста футах от грязевой ямы, добавив: — Если кто-либо из членов команды уронит хоть одну шайбу, ему придется вернуться на стартовую линию и начать заново.
Приоткрыв от шока рот, я взглянула на Арчера.
— Ерунда, — сказал он гораздо увереннее, чем я себя чувствовала. — Мы справимся, Ло.
Пока ассистент режиссера демонстрировал укладку и переноску шайб на клюшках, я закрыла глаза, представив себя богаче на 500 000 долларов. Эти деньги изменят мою жизнь, и я была готова сделать все, что потребуется, чтобы их выиграть. Даже если для этого придется барахтаться в грязи, как свинья.
— Все готовы? — спросил Джош. Я состроила Арчеру паническую гримасу.
— Сюда! — крикнул мне Арчер, уводя нас в дальний угол.
Мы первыми встали на колени и принялись искать шайбы. Грязь была скользкой, прохладной и влажной. В тропическую жару это было даже приятно. Однажды я заплатила хорошие деньги за нечто подобное в спа-салоне в Де-Мойне.
— О! — закричала я, нащупав нечто твердое и круглое.
Я вытащила шайбу, и Арчер ухмыльнулся. Недолго думая, я засунула ее в чашечку бикини, чтобы освободить обе руки и продолжить поиски.
Некоторое время спустя я поскользнулась и плашмя шлепнулась в грязь. Надеялась, это не попадет в смонтированную для телевидения версию.
Мне потребовалась пара секунд, чтобы перевести дыхание, а затем Арчер обнял меня за талию и подхватил на руки. Я снова встала на четвереньки, и он заговорил со мной тихим голосом:
— Продолжай. У нас уже тринадцать.
Он складывал шайбы: девять, которые нашел сам, и мои четыре, считая ту, что все еще торчала у меня в бикини.
— Черт возьми, да! — крикнул кто-то поблизости.
Дерьмо. Кто-то выловил все двадцать.
— Сосредоточься, — сказал Арчер. — Не отвлекаемся. У нас все получится.
Я нащупала еще одну, когда и другая команда радостно возвестила о том, что нашла все шайбы.
Я не желала покидать шоу, проиграв соревнование, в котором мы с Арчером были способны занять достойное место. Это было не плавание и не бег. Я действительно смогу справиться, если возьму себя в руки и просто сделаю это!
— Готово! — крикнул Арчер, вскакивая на ноги и обнимая меня за талию.
Он прижимал меня к себе, мчась через грязевую яму к выстроенным в ряд хоккейным клюшкам.
— Отпусти меня!
— Я не хочу, чтобы ты упала! — пояснил он.
Что ж, обоснованное беспокойство. Я старалась выглядеть достойно, по крайней мере, настолько, насколько могла выглядеть покрытая грязью женщина, которую тащили через грязевую яму с хоккейной шайбой, прижатой к одной из сисек.
Арчер засунул все остальные шайбы в карманы своих шорт-карго, и в свободной руке у него тоже была стопка. Почувствовав, как шайба в бикини начала сползать, я ахнула, и та выскользнула у меня из рук как раз в тот момент, когда Арчер поставил меня на землю.
Он серьезно посмотрел на меня и сказал приглушенным тоном:
— Клади свои шайбы на клюшку точно так же, как я, хорошо?
Я кивнула, и он схватил две клюшки, передавая одну мне. Ассистент режиссера, который демонстрировал нам прохождение соревнования, складывал все десять шайб в одну стопку. Арчер же сложил их в три стопки по три штуки, добавив последнюю шайбу в среднюю.