Бандит (СИ)

— Да я откуда знаю? — теперь уже искренне ответила Аурика — Я что, слежу за всеми своими посетителями? Ворк спросил меня — не знаю ли я порядочного менялу. Я и отправила его к Вассе. В чем проблема?
— Он нам кое-что задолжал — туманно пояснил Багс, и пристально глядя в глаза женщине, вновь спросил — Где он живет? Как его найти?
— Не знаю! — ругая себя последними словами ответила Аурика. Ведь она знала, знала что с парнем будут проблемы! Так на кой демон отправила его к бывшему командиру? К единственному человеку, которому доверяла, и на кого могла рассчитывать! Решила подсунуть своей подруге забавную игрушку? Помощника по дому? Вот и нарвалась. Интересно, что ворк такого натворил? Такого, что им занимается сам Багс?
— Если ты соврала, если знаешь, где он сейчас может быть — я вернусь и тебя накажу… — так же терпеливо пояснил Багс — Ответишь мне по-полной. Так что еще не поздно выдать местонахождение этого ублюдка, и жить прежней сытной и радостной жизнью. Итак, последнее слово — знаешь, где живет ворк?
— Я все тебе сказала! — холодно отчеканила Аурика, в душе которой закипал гнев. Она очень хотела перерезать глотку этому ублюдку. Прямо здесь и сейчас. Только понимала, что скорее всего с ним не сладит. А если и сладит, то на улице ее будут поджидать как минимум пятеро мордоворотов пусть и менее умелых, чем Багс или Аурика бойцов, но после боя с Багсом она точно будет полужива (если вообще останется жить), и этих придурков для нее все-таки слишком много. Честно сказать, она сейчас уже не в лучшей своей боевой форме. Как-то позабросила упражнения, даже весу слегка набрала. Не та она теперь Аурика, что некогда бегала по каменным осыпям Мангурии и при этом даже почти не потела.
— Хорошо — кивнул Багс, и повернувшись шагнул к двери. Уже на пороге обернулся, и криво усмехнувшись многообещающе кивнул — Я думаю, что скоро еще увидимся. Кстати, хорошо выглядишь! В борделе ты бы имела успех.
Аурика не успела ничего сказать в ответ, Багс уже захлопнул за собой дверь. Аурика издала неопределенный звук, что-то среднее между рыком и стоном, а потом с силой ударила ладонью по столешнице так, что руку обожгло болью и кожа на ушибленной ладони стала гореть, как от ожога. Так что же произошло с этим…как его там? Келлан? С Келланом. Как это он умудрился задолжать Шарашу? Меняла платил Шарашу дань, это Аурика знала наверняка — все менялы на рынке были под Шарашем. С менялой была договоренность — она присылает к нему клиентов, меняла платит ей десять процентов от полученной прибыли. Нечасто, но так бывало — раз пять или шесть. И меняла честно отдавал ее долю — небольшие деньги, но все равно приятно, их ведь могло и не быть. И вот теперь…ну а что теперь? Нужно идти к меняле и разговаривать. Хорошенько разговаривать — так, чтобы он ответил!
Решившись, Аурика шагнула к светильнику, коснулась его, потушив этот магический артефакт, толкнула дверь, и через пять минут уже шагала по рыночной площади, оставляя за собой запертую на тяжелые деревянные щиты и дорогие замки такую уже родную лавку. Жалко будет, если ее спалят ублюдки Шаваша. А именно так бывает с теми торговцами, что перешли ему дорогу. И ведь потом не докажешь, что это сделали люди Шаваша — состроит невинную рожу, разведет руками, и…в общем-то, все. Никто не будет с ним воевать, никто не будет требовать пройти магический допрос. Одно дело, когда Шаваш требует дани — можно прийти с ним на встречу, сказать, что Аурика работает под рукой других людей. И совсем другое дело — начать тяжелую и кровопролитную борьбу с некоронованным императором Центрального рынка — ради какой-то там простой торговки. И Аурика прекрасно это понимала. Ах, Келлан, Келлан…и какие демоны тебя прислали?! Как хорошо она раньше жила…тихо, спокойно.
Васса был на своем рабочем месте — столик у входа в лавку-будочку, на столике — мелкие монеты стопкой, как вывеска, указывающая на то, чем он занимается. Но была и вывеска: «Размен монет — самый лучший курс здесь, у Вассы! Никакого обмана!». Примерно такие же объявления были у всех менял на рынке, у всех пятерых. Только имя в объявлении было другое. У всех лучший курс, и все они замечательные молодцы. 
 
Все менялы подрабатывали еще и ссудами под грабительские проценты, а потому Аурика их терпеть не могла. Впрочем — это не мешало ей иметь свой процент с поганого менялы. Деньги, есть деньги. Работа!
Увидев Аурику, Васса едва заметно вздрогнул, что не ускользнуло от взгляда женщины. А потом он стал нарочито деловито пересчитывать столбики монет, лежащие перед ним, и Аурику нарочито не замечал. Пока она не остановилась прямо перед ним и пнула столик ногой.
— Ооо! Аурика! Привет тебе! — фальшиво-радушно встретил ее меняла, будто сейчас только заметил — Что привело тебя ко мне?
— Во-первых, процент со сделки, который ты мне должен — холодно процедила сквозь зубы Аурика — Во-вторых, ты мне расскажешь, какого демона ко мне приходят всякие ублюдки и расспрашивают о ворке! Говорят, что он задолжал Шавашу, так вот какое отношение ты лично имеешь к его долгу?!
— Ворк?! Какой ворк?! — глаза менялы не врали. Они были таким искренними, такими ясными, только с такими глазами и нужно мошенничать и воровать. Самый ясный взор у жуликов и воров, это Аурика знала наверняка. Только вот взгляд этого жулика чуть дернулся в сторону, выдавая своего хозяина. И дернулся он по направлению к скучающему громиле, служащему Вассе телохранителем. 
Огромный детина, бывший боец Арены — он поражал своей массой, своими заплывшими жиром, но все еще потрясающими мышцами. Говорили, что не из худших бойцов — побед у него за плечами больше, чем поражений. Но в конце концов все-таки вышел из дела — там, на Арене, долго не живут. Тридцать пять лет — крайний возраст, когда можно сойти с Арены без увечий, или вообще не остаться там навсегда. Видимо парень не успел совершенно отбить себе башку, потому сообразил, когда надо завершать с боями. Вот только ему все равно не повезло — как Аурика случайно узнала, у него вдруг вылезли кучи болячек, которые ему пришлось залечивать у лекаря-мага, а маги за медяки не работают, они из тебя всю кровь выпьют за свои услуги. Магов в этом мире не так уж и много, и каждый из них на вес золота. Император, дед нынешнего императора, некогда издал указ о том, чтобы любой ребенок из тех, что проявили хоть какие-то магические способности, сразу же отправлялся на учебу в школу магии, а потом и в магическую академию. И соответственно поступал на службу Империи. А после того, как отработает по контракту не менее пяти лет — может открыть частную практику. Но будет призван на службу в случае, если Империя вступит в войну с каким-нибудь из государств. Аурика особо не вникала — вроде как можно было откупиться от службы Империи, можно было отслужить и не в армии — но магом она не была, потому эти частности ее никогда не интересовали.
Меняла быстро побросал свои медяки в небольшую кожаную сумочку, и шагнув к открытой двери будки, громко скомандовал:
— Гедран, прогони эту бабу! Она мешает мне работать!
Аурика даже задохнулась от возмущения и ярости. Ах ты ж мразь! Значит она мешает работать?! Тварь ты неблагодарная! Ублюдок!
— Аурика, уйди, пожалуйста… — попросил ее телохранитель, из скучающего сразу превратившись в настороженного и внимательного — Хозяин просит тебя уйти.
— Мне?! Уйти?! — Аурика буквально выхаркнула эти слова, плюнув под ноги гиганту — Гедран! Отойди! Эта тварь мне кое-что задолжала!
— Аурика, прошу тебя…уйди! — Гедран в сущности был неплохим, добродушным парнем, и ему совершенно не хотелось драться с этой женщиной. В исходе поединка он не сомневался, но зачем ему такое «удовольствие»? Тем более что он слышал про нее кое-что такое, что точно ему не понравилось. Человек, который двадцать лет провел на войне, волей-неволей научится не только выживать, но и лишать жизни других людей. И значит, придется биться насмерть. А оно ему надо? Он пугало в дверях лавки, а не вышибала в трактире! И кстати — получает Гедран меньше того же вышибалы. А у него семья, дочка, жена молодая! Он должен сегодня вернуться домой и принести дочке леденец — обещал ведь. А тут надо вступать в бой с разъяренной, как дикая кошка ветераншей. Ну и вот что это такое?!